Жестокое наследие - Мила Кейн

class="p"> Я дотянулась до дерева и легко схватилась за ветку. Когда я поставила на нее одну ногу, вся ветка закачалась. Ладно, возможно, я была немного тяжелее, чем предполагала, но я могла это сделать.

Я перенесла свой вес на дерево и использовала инерцию, чтобы ухватиться за ветку поближе к стволу. Медленно я начала спускаться, ставя ноги только на самые большие ветви, которые могла найти. Когда я приблизилась к земле, то замедлилась — ветки становились все тоньше, и мне приходилось проявлять большую осторожность, чтобы нащупать точку опоры.

К этому моменту я была всего в трех метрах от земли. Я могла просто спрыгнуть. Я стояла лицом к стволу, мои руки вцепились в шероховатую кору, пока я пыталась найти, куда поставить ногу напоследок.

Внезапно моя нога нащупала твердую, но податливую опору. Я издала тихий всхлип облегчения, перенесла ногу на ветку и медленно опустилась. Пальцы стали лихорадочно ерзать по коре в поисках другого выступа, за который можно было бы ухватиться.

— Чуть левее, — подсказал голос снизу.

Я потянулась к ветке слева, медленно осознавая, что только что произошло. Я была так сосредоточена на поиске пути вниз, что забыла о том, что, если меня поймают, все усилия потеряют смысл.

Я взглянула вниз и покачнулась, чуть не упав.

— Осторожнее, синьора Конти, ты же не хочешь споткнуться, упасть и испортить свой важный день завтра, — донесся до меня насмешливый голос наемника.

Блядь, блядь, блядь. Меня поймали.

Я застыла на месте, пока ветка под моей ногой не зашевелилась. Так значит, это была не ветка, а его рука.

— Ладно, я спускаюсь, — пробормотала я и наклонилась.

Ладонь исчезла под моей ногой, и я соскользнула на несколько дюймов, а затем его руки сомкнулись вокруг моего талии.

Я прижалась к нему всем телом, его лицо оказалось прямо на уровне моей груди, а мои ноги болтались в воздухе.

— Опусти меня на землю, — горячо потребовала я. Мне хотелось заплакать. Мой единственный шанс сбежать был упущен. А был ли он вообще? Скорее всего, нет. С тех пор как в моей жизни появился этот мужчина, я оказалась в ловушке. Выхода не было.

По щеке скатилась слеза. После смерти Томмазо я часто плакала, но в последнее время, похоже, установила новый рекорд.

Его пристальный взгляд скользил по моему лицу. Он выглядел менее замкнутым, чем обычно. Может, дело было в позднем часе, но мне показалось, что в его чертах появилась какая-то мягкость. А может, я просто себе это вообразила. Вокруг царила темнота, и лишь тусклый свет луны позволял разглядеть его. До меня донесся легкий аромат чего-то сладкого и дымного. Он был пьян?

— Не плачь, Джорджия.

Его глубокий голос, такой знакомый и в то же время такой другой, снова разбил мне сердце. Элио Сантори был моей тихой гаванью. Парнем, который ворвался в мою жизнь и изменил ее навсегда. Я никогда не чувствовала себя в большей безопасности, чем рядом с ним, а когда он ушел, то забрал это чувство с собой и больше не возвращал. Но мужчина передо мной не был им. Да, он выглядел так же, говорил так же, но у него не было глаз Элио, а самое главное, у него не было его души. Элио, которого я знала, никогда бы не стал наемником Ренато Де Санктиса. Даже больше — его sottocapo. Он мог взять легкие деньги и бросить меня, но были границы, которые он бы никогда не переступил.

И все же, несмотря на то, что я знала, что в этом мужчине меньше сострадания, чем в груде камней, я должна была попытаться.

— Отпусти меня, пожалуйста… просто отпусти, — прошептала я.

Он все еще удерживал меня, прижимая к себе. Медленно его руки ослабли — ровно настолько, чтобы я скользнула вниз по его спине. Я ощущала каждую линию его тела.

— Ты мог бы просто отвернуться, сделать вид, что я сбежала… Ренато не стал бы тебя винить.

— Я бы винил себя, когда бы Равелли тебя поймали. А они бы поймали, без сомнения. Сейчас тебя защищаю только я и это место. Без покровительства Де Санктисов ты обречена. Ты бы предпочла смерть мне?

— Но я ведь выхожу замуж не за тебя, верно?

— А если бы это было так? Все равно бы стояла здесь, пытаясь сбежать? — продолжал настаивать он.

Я сменила тактику.

— Я могу позаботиться о себе лучше, чем ты думаешь. Со мной все было бы в порядке.

Он провел большим пальцем по моей губе, ошеломив меня и прервав мои беспокойные слова.

— Все кончено, Джорджия. Спасения нет, ни отсюда, ни от меня. И никогда не было.

В груди поднялся гнев. Меня переполняло чувство гребаной несправедливости. Я приоткрыла губы, когда его палец скользнул мимо и проник внутрь. Он дернулся напротив меня. Я провела языком по кончику его большого пальца, а затем сомкнула вокруг него зубы.

Я сильно укусила его, и кровь наполнила мой рот.

Он просто стоял и терпел. Он не сопротивлялся. Я снова укусила его, провоцируя оттолкнуть меня, но мужчина лишь бесстрастно наблюдал. Непоколебимый. Я попыталась укусить сильнее, но не смогла. Просто не смогла.

Вместо этого отдернула голову, отпуская его палец, и выплюнула на траву полный рот крови.

— Пора спать. — Его голос был тихим. Он взял меня за руку и решительно повел к дому.

— Пожалуйста… просто отпусти меня, — всхлипнула я, окончательно разрыдавшись. Я остановилась и попыталась сесть на траву.

Он поднял меня на руки и продолжил путь, не сбавляя шага.

— Я не смог бы, даже если бы захотел, — безжалостно сказал он мне.

— Полагаю, ты и не хочешь? — произнесла я, сама не понимая зачем. В этом не было смысла. Совсем никакого. Похоже, к этому времени я уже просто стала зависимой от боли и разочарований.

Он молча пронес меня через весь дом и поднялся по лестнице.