Пепел на моих крыльях - Рина Белая

Я сосредоточилась на своем дыхании. Вдох. Выдох. Только это имело значение в этот момент. Вдох. Выдох. Медленно, глубоко, как будто этот процесс мог вернуть мне ясность ума. Потом пришла первая здравая мысль: мое дыхание касается его крыла. Оно слишком близко, так близко, что он даже не успеет убрать его, если я вдруг стану опасной.

Следующая мысль пронзила меня, холодная и острая: эльфы. Я резко замотала головой, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Они были здесь. Живы! Вот только… Они стояли неподвижные, скованные страхом, и не могли отвести глаз от мертвого тела дракона.

На их лицах был написан ужас.

В тот момент мне до боли захотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться, чтобы никогда больше не видеть их лиц. Для них драконы были не просто существами, они были воплощением света, гармонии, самой сути магии, на которой держится их мир. Их раса существует только благодаря магии, и сейчас я стояла перед ними как та, кто уничтожила дракона, словно разрушила нечто священное.

Мое сердце сжалось от ужаса перед собственным поступком.

Аш'Шарракс склонил ко мне свою огромную голову, и его теплое дыхание мягкой волной коснулось моей кожи. Его морда осторожно прикоснулась ко мне, слегка подтолкнув вперед, словно напоминания о том, что нужно продолжать идти. Мои ноги сами сделали шаг, а затем еще один, подчиняясь его требованию.

Когда солнце скрылось за горизонтом и небо окрасилось в багровые тона, мы остановились на ночлег. Пепельный дракон ушел на охоту. Эльфы разожгли небольшой костер, но я отвернулась, отказавшись и от еды, и от их молчаливых взглядов.

Когда Аш'Шарракс вернулся, я сменила ипостась и забралась в его огромную лапу. Там, в тепле его тела, я сжалась и тихо выдохнула, чувствуя, как меня окутывает усталость. Мысль пришла сама собой, холодная и тихая, как ночной ветер: может, они правы. Может, я действительно должна умереть.

Мир не может существовать в гармонии, пока есть такие силы, как моя и сила Титана Бездны. Мы приносим лишь хаос и смерть. Сталкивая нас и сжигая в пламени друг друга, сущности Первозданных драконов дают этому миру шанс выжить.

Я чувствовала, как эта мысль медленно наполняет меня осознанием. Такая сила, как моя, слишком опасна. Возможно, это и есть мой долг, мое предназначение: разрушить эти силы, чтобы мир мог дышать.

Глава 27

Дорога привела нас в самое сердце бескрайних гор, покрытых вечными льдами, — к храму Воздуха, точнее, к тому, что от него осталось. Это были руины, замершие в своей трагической красоте. Некогда парившие небесные горы теперь лежали среди скал, их огромные обломки, изрезанные временем и ледяными ветрами, напоминали кости древнего титана. Молчаливые и грандиозные, они рассказывали о великой магии, которая некогда удерживала их в воздухе, и о катастрофе, что привела их к гибели.

Храма Воздуха, действительно, больше не существовало.

Но это была лишь открытая часть храма. Глубоко внутри находилось закрытое помещение, где была заключена сущность Первородного дракона стихии Ветра.

Лаэрон посмотрел на меня с тревогой и сомнением в глазах. Он медленно снял лук с плеча, сжимая его так, словно ожидал, что опасность может возникнуть в любую секунду.

— Ты уверена? — спросил он.

Я встретила его взгляд, ощущая странное спокойствие внутри себя.

— Как никогда раньше.

— Альтана, мы в самом центре мертвой земли, — напомнил Ваэринэль.

— Сейчас день, — сказала я и грустно улыбнулась. — Возможно, вам действительно стоит остаться здесь и подождать меня.

Желая поскорее завершить все это, я приказала голосу направлять меня и, не колеблясь, вошла в самые глубины храма, уходившие глубоко под землю. Эльфы и пепельный дракон молча последовали за мной. Когда последний беспрепятственно вошел в храм, стало ясно: страж потоков Света был прав. От сущности Первородного дракона остались лишь слабые осколки, неспособные ни на что. Магия, некогда защищавшая это место, угасла, впуская чужака.

Раньше это был круглый зал, открытый всем ветрам, наполненный дыханием стихии, живой и бесконечно гармоничный. Теперь же перед нами предстали лишь руины, объятые тьмой и звенящей пустотой. Стены, некогда сиявшие магией Ветра, превратились в мрачные обломки, а воздух, который прежде пел о свободе, теперь казался мертвым и неподвижным.

Я прошла в самый конец зала, сквозь мрак и руины, туда, куда вел меня голос. Среди обломков и пыли я нашла его — крошечный осколок, мерцающий слабым светом, словно угасающая звезда. Я осторожно подняла его, и в тот же миг он вспыхнул, озаряя все вокруг мягким сиянием. Он словно узнал меня, поприветствовав родную душу, с которой был связан испокон веков.

Но радость длилась всего мгновение. Внезапно по земле прокатилась липкая, холодная волна чужеродной магии. Тьма начала сгущаться, закручиваясь в воздухе, словно живая. Поднимаясь из глубин зала, она медленно обретала форму, пробуждая нечто зловещее и преграждая нам путь наверх к свету.

Перед нами появились существа, от которых веяло древней тьмой. Это были Теневые стражи. В отличие от мелких теней их формы, хоть и состояли из густой тьмы, казались устойчивыми и четкими. Тела покрывали острые шипы и рога, а из боков извивались зловещие щупальца. Но еще более жуткими были двое, стоявшие позади них. Это были Призрачные вожди — высокие темные фигуры с крыльями и горящими красными глазами.

Сжав осколок, я пообещала защитить сущность и, передав его Ваэринэлю призвала драконицу.

Теневые стражи напали. Пепельный дракон мгновенно выдохнул яркое пламя, охватившее передний ряд Теневых стражей, а я хлестнула себя хвостом по бокам. Теплая кровь, стекавшая алыми каплями по моим чешуйчатым бокам, была насыщена магией, способной разрушить силу Бездны и растворить Падших. Я резко рыкнула на Лаэрона, указывая взглядом на окровавленный бок.

Он понял меня мгновенно: не теряя времени, он окропил наконечник своей стрелы моей кровью, готовясь использовать ее силу в следующей атаке.

Ваэринэль последовал примеру Лаэрона, подставляя лезвия своих мечей под струи моей крови. Крепче сжав оружие, он рванулся вперед в тот момент, когда первые Теневые стражи, прорвав оборону Аш'Шарракса, устремились к нам.

Их силуэты, извивающиеся в пламени пепельного дракона, казались неуязвимыми, но едва клинки, пропитанные моей кровью, коснулись их очертаний, они начали растворяться. Тени исчезали, как дым на ветру, оставляя после себя лишь дрожащую пустоту. Ваэринэль двигался с безупречной точностью, его удары сеяли хаос среди приближающихся стражей, каждый из которых исчезал при соприкосновении с магией, заключенной в его клинках.

Призрачный вождь, взлетев