Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 2 - Дия Семина

Придётся идти другим путём, но каким, понятия не имею…

Виолетта и Виктор где-то в художественной лавке, надо было у клерка спросить, где это, хоть какую-то пользу бы принёс мне.

Но возвращаться не хочу, лучше самой.

Осматриваюсь и вижу на третьем этаже небольшую рекламку, баннер художественной лавки, висящий недалеко от лестницы.

Сработало проклятое туннельное зрение: «Вижу цель и не вижу опасность».

Смотрю на это треклятую вывеску, спешу к лестнице и даже не заметила, кто со мной рядом оказался.

Не просто оказался. Но схватил за локоть и очень грубо повернул на себя.

Воропаев.

Сидел где-то, как крыса, не показывался, и в самый неподходящий момент объявился. Караулил он меня или повезло ему, хотя сегодня же пятница, все ошиваются в торговом центре? Бездельники…

Пытаюсь освободиться, но он ещё крепче сжимает мою руку.

— На ловца и зверь. Анюта! Неужели ты? В поисках очередных штанов?

— Руку отпусти! А то провоняю твоим парфюмом. Нам не о чем разговаривать, особенно в таком тоне.

Сказала и поняла, что пахнет-то он совершенно иначе. Приятно, дорогой мужской одеколон, с некоторым привкусом пряностей, сладковато для мужчины, но дурманисто.

Прям искуситель.

— Боишься, что твой инвалид муж учует, что ты с кем-то шлялась. Так, я готов тебе предложить всё то, чего ты теперь лишилась.

— За такие слова я должна дать тебе пощёчину, ты ведь этого добиваешься? Чтобы наш скандал вышел на новый виток?

Он смотрит на меня с долей удивления, но улыбнулся…

И улыбка такая, всепрощающая…

— Ты всё забыла? А я, грешным делом, тогда в ресторане подумал, что ты при муже не признала меня…

— Да, забыла и очень этому рада, отпусти руку!

— Я ведь был твоим женихом, точнее, твоя мамаша устроила нашу помолвку. Пусть не помолвку, но сговор. Пусть не по любви, но сделка простая и обоюдовыгодная, я получаю тебя, деньги и успех в обществе, за счёт дохода. А ты мой титул барона. Это была сделка, какую ты нарушила одним словом: «Пошёл вон».

— Вообще, это два слова! И я впервые слышу эту историю, уж не придумал ли ты её?

— Неважно. Твоё мещанское происхождение и гордыня – несовместимы. Не тебе строить из себя недотрогу, — он говорит, не стесняясь, и довольно громко. Вырываю руку и отталкиваю его от себя.

— Невысокий статус не отмеряет долю личной гордости, с тобой никто из женщин не желает общаться не потому, что ты небогат, а потому что ты моральный урод, который может себе позволить оскорбить женщину в публичном месте. Причём замужнюю, и причём находящуюся в тяжёлой жизненной ситуации. Ты удивишься, но у людей есть уши и глаза, они тебя видят и слышат.

— Анна, у вас всё нормально? Он вас оскорбил? — это уже Виктор слетел по лестнице, шагая через две ступени, и взял меня под руку. Испугался, что не выполняет свои прямые обязанности.

— Стерва! — прохрипел Воропаев. Но тут же покраснел. Схватился за горло, дёрнулся и хотел было сказать ещё что-то гадкое, но я всё поняла. Митя по-своему заткнул ему пасть.

— Пошли! — утягиваю Виктора за собой, пока у нас есть небольшая фора. Стоило нам подняться на безопасное расстояние, и Митя отпустил свою жертву.

У меня теперь есть гораздо более эффективный охранник, чем банковский курьер.

— Он вас оскорбил?

— Это старая история, он мой личный враг. Придётся узнать, насколько его претензии обоснованы. Если он сказал правду, то я не знаю, что сделаю с Марьей. Вот и сходили в Торговый центр. Блин!

Мне сделалось прям очень нехорошо. Давление или просто нервы, но приступ тошноты и головокружения вот-вот снова свалит с ног.

Плохо от одного осознания, что Марья мной торговала, лишь бы заполучить титул, даже с таким ничтожеством…

— А ведь так оно и было. Летти, милая, а на тот бал Румянцевой, я пришла не с тобой и не с Катей, а с Воропаевым?

Она покраснела и кивнула.

— Договорной брак. Вы встречались всего пару раз. Он вхож в наш круг, а ты нет. Мы с тобой познакомились на какой-то вечеринке. Сначала даже не поняли, кто тебя привёл. Ты и не призналась. Но потом догадались, что это был Олег Фёдорович. Ты не смогла с ним встречаться и дала отставку и довольно грубую. Всё удалось сохранить втайне, даже Модест не знал. Мы бы тоже не узнали, но ты сама нам с Катей сказала, точнее, намекнула, что у тебя нет иного пути, только Модест или ничего. Потому как мамаша выдаст тебя замуж за старика или урода, и ты как раз показала пальчиком на Воропаева. Прости, я думала, что раз ты всё забыла, то и эту пакость тоже лучше забыть.

— Да уж, пакость. Мне срочно надо выпить ароматного глинтвейна или лучше сбитня. Боже мой, боже мой, Марья ничем не брезговала и никем…

— Прошу вас, сударыни, в кафе. Выпьем чай или сбитень, надо же, какой насыщенный выход в свет, — резюмировал Виктор, а мы лишь кривенько улыбнулись. Обе опозорились, чего уж…

Мне эта встреча словно третий глаз истины открыла.

Теперь понятно, почему Воропаев устроил тот скандал с дуэлью. Он просто умелый мститель. Дождался момента и подставил нас с Модестом.

Анна и за Савелия решилась выйти, потому что выбор был невелик. Симпатичный, щедрый Сава – от папы. Или женихи от маменьки, один другого страшнее. С Модестом не получилось, то лучше уж с простым предпринимателем.

Я всё ещё в шоке, но в этот момент прониклась уважением к Анне. Она не такая дура была, как о ней все думали, к телу не допускала, придурку Воропаеву дала отказ, даже против воли Марьи и шла напролом к своей цели. Если бы не осечка на венчании с графом…

То она бы всё равно умерла.

Потому что у княжеской крови стоит запрет на бастардов.

Шах и мат, тебе, Марья Назаровна. Столько пакостных усилий и всё напрасно.

Ароматный сбитень с бисквитным печеньем мы вкушали молча, каждый погрузился в личные и не самые приятные размышления, а я вдруг не хуже Модеста заговорила стихами:

О сколько нам открытий чудныхДарует будний выход в свет,

Как много тайн и планов мутных,Сегодня шлют нам свой привет!

Глава 35. Долгожданная встреча

С точки зрения бизнеса и культурной