Сезон продаж магических растений - Валентина Ильинична Елисеева

магический купол над одной из грядок? Дорожки вблизи этих травок в питомнике академии буквально вчера посыпали битым красным кирпичом: их колючки вот-вот станут ядовиты. Хозяин теплицы тоже проявил разумную предусмотрительность.

— В том и дело, что с соблюдением техники безопасности у погибшего всегда был полный порядок, — кивнул замглавы. — Нам важно понять, человек умер от естественных причин, из-за случайного, ничем не мотивированного сбоя в организме, или всё-таки внезапный сбой был кем-то (чем-то) спровоцирован? — Замглавы помялся и угрюмо продолжил: — Возможно, какое-то растение стало опасно активно не в сезон?

О, стало ясно, отчего её сразу упаковали в защитную полумаску — такую же, как на эксперте и замглавы. Маги, служащие в имперской безопасности, тоже не имели привычки халатно относиться к вопросам безопасности.

Активно не в сезон — ей доводилось слышать о подобном.

— Помнится, контора расследовала подозрительный случай с отравлением ядом чёрного могильника? — с расстановкой проговорила Кэсси, вспоминая всё, что ей поведал о том Мар. Хм-мм, поведал он немного. — Тот случай прояснили?

— Нет, дело о гибели фабриканта ещё не закрыли, и оно чертовски похоже на это, — констатировал замглавы, — особенно в плане наличия ярких мотивов для заказного убийства. Тут их целый спектр. Во-первых, у хозяина дома не так давно скончался пациент подросткового возраста, и родители мальчика обвинили целителя во врачебной ошибке и обещали отомстить. Совет Целителей ошибок в действиях коллеги не нашёл — мальчика сильно потоптали кони и шанс спасти его был один к тысяче. К сожалению, горюющие люди склонны находить виновного в их горе, не руководствуясь гласом логики и разума. Во-вторых, целитель выращивал лекарственные травы не только для себя — он щедро и задёшево снабжал ими коллег, отчего приобрёл массу недоброжелателей среди крупных лавочников города, торгующих тем же товаром. В-третьих, после трёх лет вдовства целитель женился вновь: и по любви, и чтобы у его детей появилась мать. И всё бы хорошо, но он взял в жёны девушку, у которой имелся страстный поклонник, поклявшийся извести супруга возлюбленной. То, что возлюбленная совершенно добровольно и с горячим желанием отправилась под венец с другим, только усилило ненависть юнца к удачливому сопернику.

— Да уж, все самые распространённые мотивы для убийства: месть, корысть и ревность. Странно, если при таком изобилии целитель скончался сам по себе, к вящей радости всех недругов. Жаль его, очень приличный был человек, — вздохнул эксперт по магическим растениям.

— Если вы не отыщете тут подозрительных цветов-кустов, придётся закрыть дело как некриминальное, — предупредил замглавы. — А мне оно вовсе не видится таковым, чтоб меня вихрем о скалу приложило!

Кэсси переглянулась с коллегой, и они молча согласились обойти всё обширное пространство теплицы. Попросив оставить их наедине с природой, растениеводы-профессионалы углубились в поиски.

Для определения в воздухе или на поверхностях большинства известных науке ядовитых составов давно разработаны полоски-индикаторы, меняющие цвет при попадании на них частиц искомого вещества. Для токсинов, производимых растениями, полоски тоже имелись — целая плеяда учёных-биологов получила звание магистров за такие разработки. К счастью, в теплице не имелось экзотических, редчайших видов, до которых не добрались бы в своих трудах учёные мужи империи предыдущих веков. К сожалению, ни один индикатор не выявил ни действующих источников ядовитых паров, ни остатков таковых в воздухе теплицы. Последнее было не удивительно при наличии магической системы вентиляции помещения: если кто-то тут и распылил яд, он давно выветрился.

Не полагаясь на строгую науку, откровенно пасовавшую перед предложенной замглавы загадкой, Кэсси сразу настроилась на растения, пытаясь выявить то, чьи процессы жизнедеятельности не соответствовали времени года. Ощущаемые ею чувства были на удивление миролюбивы для сборища зелёных монстров всех мастей. Плотоядные подвиды не излучали охотничьего азарта, побудившего бы их напитывать отравой листья и шипы не в соответствии с сезоном. Те, что периодически наливались ядом из-за происходящих структурных изменений при переходе от зимней спячки к активности, цветению, плодоношению и обратно, находились в фазе стабильности, ядовитости не предполагающей. Те образцы флоры, что являлись ядовитыми на постоянной основе, как цикута смертоносная, были заботливо укрыты слоями магических защит — по утверждению эксперта (опытного мага) никак не потревоженных. В общем и целом, Кэсси безбоязненно допустила бы в исследуемую теплицу своих студентов.

— Полагаю, можно смело снять полумаски, — проворчал напарник Кэсси по поиску растений-вредителей, и она полностью с ним согласилась. — Только двери откроем и замглавы предупредим о своём намерении, а то влетит нам за опасное самоуправство.

Пока шли переговоры с осторожным заместителем Мара, Кэсси двинулась в повторный обход, на этот раз без отвлекающих инструментов и без необходимости демонстрировать научный подход к решению задачи. Жаль, её не вызывали к чёрному могильнику! Мар обмолвился, что она смогла бы вынудить дерево думать, что в страну вернулась ранняя весна и пора источать ядовитую смолу. Любопытно, а заставить куст «ужасающего барбариса» наполнить колючки ядом она сможет? Он становится ядовит, лишь когда поспевают ягоды, чтобы их не склевали прожорливые птицы. Разумеется, глупо застывать истуканом у всех на виду, убеждая барбарис, что всё не так, как кажется, и после весны резко нагрянула осень, а его отсутствующие плоды не только выросли, но и созрели.

«Да нет, растение можно убедить в чём-то, создав ему хоть какие-то основания для подобного убеждения, как я придумала подвести солевой раствор под изумрудное жало. На ровном месте даже растения так крепко не обманешь», — сказала себе Кэсси, задумчиво стоя над кустом.

Однако внутренний голос настойчиво нашёптывал, что она справится и с таким вызовом! Что это — завышенное самомнение? Или подспудная уверенность в силе своего дара? Ведь ответила она «да» на вопрос Мара о могильнике!

— Нэсса, что-то нашли? — крикнули ей от порога.

— Нет, просто хожу, размышляю, — откликнулась Кэсси.

Так, куст ужасающего барбариса невиннее младенца — по крайней мере, ничего настораживающего в его эмоциях она не нашла. Если бы его действительно кто-то убедил в наличии спелых ягод на ветках, а потом бы куст очнулся и ничего не обнаружил — он был бы как минимум очень расстроен. Когда у Коки отбирали украдкой сворованные им шоколадные конфеты, противопоказанные паучьим силкам, он транслировал обиду и горе потери никак не менее суток.

Улыбнувшись воспоминанию о питомце, Кэсси прислушалась к общему фону теплицы, стараясь разбить общий поток на отдельные фрагменты и выявить сигналы негативных