Инферниум - Кери Лейк

-Это не все так внезапно. Я веками мечтал заявить на тебя права.

-Послушай, я была полностью согласна с установлением связи, пока ты не упомянул публичный секс. Ребята, у вас нет демонического мирового судьи или что-то в этом роде? Может быть, в часовне Элвиса Драйва?

Он нахмурился еще сильнее.

-Какой в этом смысл?

-Это давняя традиция, уходящая в глубь веков. Они наблюдают и определяют, достойны ли мы их благословения.

-Достойны? Значит, недостаточно того, что мы унижаем самих себя, нас нужно судить? -Я сильнее почесала шею, не осознавая, насколько сильно, пока он не провел по моему запястью, и ожог не пролег по моей коже там, где я впилась ногтями. -Это похоже на порно с веб-камеры. Я не могу. Я не могу этого сделать. Не стыдно тем, кто может. Вся эта история с подглядыванием - просто не мой конек.

Я отвернулась от него, но когда я попыталась подняться с его колен, он усилил хватку таким образом, который сказал мне, что его мысли по этому поводу не подлежат обсуждению. Насколько я понимала его позицию о желании защитить меня, переговоров не было.

-Я просто чувствую, что связь должна быть немного более естественной. Не потому, что ты не хочешь, чтобы кто-то другой предъявил на меня права.

Я пустилась в спор, который был даже не моим, хватаясь за что угодно, лишь бы заставить его изменить свое мнение о церемонии.

-Я не думаю, что ты понимаешь последствия, если это произойдет. Сама мысль о том, что кто-то другой прикасается к тебе, целует тебя, трахает тебя, - сказал он сквозь стиснутые зубы, и его хватка крепче впилась в мое бедро. -Публичные претензии гораздо менее унизительны, чем то, чему вы могли бы в конечном итоге подвергнуться под властью повелителя.

Я даже не могла поверить, что слышу это от него. Ревнивый и собственнический Иерихон внезапно оказался на виду у посторонних глаз, которые занимались Бог знает чем, наблюдая за нами. Это даже не было рискованной, вызывающей выброс адреналина разновидностью вуайеризма. Запрещенные прикосновения под обеденным столом или сеансы поцелуев в раздевалке. Это был настоящий секс у всех на виду. Перед теми, кто судил, чтобы определить ценность нашей любви. Самая нелепая вещь, которую я когда-либо слышала.

-Что случилось с человеком, который уничтожил бы все, что пришло за мной? Легионы ангелов и демонов?

-Если ты забыла, я больше не обладаю силой, способной бороться так как гребанный дзилагион.

Змееподобное существо, которое пыталось затянуть меня под воду, когда мы впервые прибыли в Паслен.

-Так вот в чем все дело?

-Нет.

-Тогда, что? Потому что ты вел себя странно. Не ты сам.

Он ухмыльнулся и снова потянулся мимо меня за своим стаканом, наливая себе еще.

-Я полагаю, что надвигающееся проклятие матери моего будущего ребенка сделает это.

Мать Нерожденного? Почему у него получилось, чтобы это звучало так отстраненно, как что-то из научно-фантастического фильма?

-Думаю, у меня больше веры в то, что ты восстановишь свои крылья и вернешь свою силу.

Уставившись в свой стакан, он невесело рассмеялся и залпом проглотил пойло.

-Неужели ты не понимаешь, что где-то там есть силы, могущественные сущности, которые могут сокрушить целое царство одним взмахом руки?

-Не хочу показаться самоуничижительной, но я сомневаюсь, что могущественная сущность, способная разрушать миры, заинтересована в душе будущей гормональной мамы.

-Черт возьми, Фаррин! Перестань хоть раз быть наивным человеком!-Он стукнул кулаком по столу рядом с нами, заставив вздрогнуть мои мышцы, и я обернулась, чтобы увидеть трещину, которую он оставил в дереве. -Для некоторых ты желанна просто потому, что принадлежишь мне, и сама мысль об этом задевает убийственную струну. Я скорее буду смотреть, как каждое несчастное существо в каждом царстве сгорит дотла, чем отдам тебя.- Острая боль пронзила мой череп, когда он сжал руку в кулак и откинул мои волосы назад, обнажая шею. -Ты моя.

Он облизнул губы, устремив взгляд на мое горло, как будто собирался вгрызться в сочный стейк.

Именно тогда мне пришла в голову мысль. Та, которая объясняла его странное поведение. Его горячее или холодное обладание. Единственное, что имело смысл.

Он знал демона, который предъявил права на меня.

Я только успела раскинуть руки, ударившись ладонями о его грудь, как он дернул меня к своему рту. Тяжело дыша через нос, я ждала, когда он вонзит зубы в мою шею.

-Ты знаешь, не так ли? Ты знаешь, кто имеет права на мою душу. Вот почему вы встретились в лесу.

Отпустив меня, он отвернулся, не потрудившись ответить, но гнев на его лице подтвердил мои подозрения.

-Скажи мне.

-Рассказав тебе, я только создам для тебя неоправданный стресс.

Что, несомненно, было причиной, по которой он скрывал это от меня. Мысль, которая не заставила меня почувствовать себя лучше.

-Скажи мне, Иерихон. Я хочу знать. Это кто-то, кого ты знаешь. Кто-то, кто хочет причинить тебе боль.

Его губы скривились в усмешке, когда он уставился в свой напиток.

-Есть только один, кто когда-либо пытался разрушить каждую частичку моей жизни.

-Кто?

-Мой отец.

Меня охватил головокружительный шок. Я могла бы вспомнить о нескольких сомнительных личностях, включая Барчиела - или епископа Венейбла, как его когда-то называли. Но, Боже мой, его отец? Это, должно быть, была самая запутанная семейная драма, которую я когда-либо слышала.

-И это тот самый?

-Да.

Мое сердце сжалось от его ответа, и я вцепилась в край стола, чтобы не покачнуться от волн тошноты, пульсирующих во мне.

-И твой отец попытался бы...

-Он обязательно бы это сделал. Он бы вырвал у тебя этого ребенка голыми руками, зная, что это убьет меня .

-И ты никак не сможешь это остановить.

-Он неприкасаем. Совет боится его и последствий того, что он выведет его из себя. -Его рука, лежащая рядом со мной на столе, сжалась в крепкий кулак. -Я все еще намерен выторговать твою свободу, и я предъявлю на тебя права. Публично, чтобы каждый древний лорд в совете знал, что ты моя.

Я уже чувствовала себя раздетой догола. Как будто весь мой выбор, все, чего я хотела, было вырвано у меня из рук. Оказавшаяся между отцом и сыном. Мне было трудно это проглотить, учитывая, что единственным преступлением, которое я совершила, было возвращение того, кого я любила. Даже если в глубине души я знала, что сделаю это снова, я начала задаваться вопросом, не было ли