Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

- Кто эти голодранцы? Как вообще они посмели прикоснуться к дочери королевского советника?! А если благородным семействам Ёнджу станет известно, что дочь семьи Шим якшалась с какими-то простолюдинами?.. Кто возьмет тебя замуж?!

- Матушка! Эти люди спасли нас! Спасли от торговцев рабами! Если бы не они – вы вообще могли больше никогда не увидеть меня, – она все-таки заплакала – больше не из жалости к себе, а из страха за Юн Хо.

Но госпожа Ан оставалась холодна:

- Ты вела себя недопустимо! Бён Хёк мне рассказал. Что это за истерику с рыданиями ты там устроила перед всеми – и перед воинами отца, и перед этими безродными?! Я думала, ты взрослая, благоразумная девушка. Но ты так разочаровала меня, Со Хён!.. Поэтому будешь строго наказана: я запрещаю тебе покидать поместье!

- Мама!

- И не смей со мной спорить, непослушная девчонка! Видно, плохо я тебя воспитывала, если ты посмела тайком сбегать из дома! Что будет, если твой отец узнает об этом?! Признайся, сколько раз ты убегала в город?! И куда только смотрела охрана?!

Лера молчала, не желая давать матери лишний повод обвинить ее в непослушании. И так же тихо сидела на своем месте старая кормилица.

Взгляд супруги советника обратился на няньку:

- Хюн Шим, позаботься о лице моей дочери! Этот синяк… Он должен исчезнуть как можно быстрее! Ты поняла?! И распорядись, чтобы завтрак ей принесли сюда! Не хватало еще, чтобы слуги увидели ее с таким лицом!

Женщина, по-прежнему сидевшая на плоской подушке у стены комнаты, поклонилась хозяйке:

- Слушаюсь, госпожа!

Госпожа Сун Хын повернулась спиной к дочери и, держа спину прямо, а подбородок высоко, поплыла к выходу.

- Матушка, прикажите отпустить этих людей! Я знаю, вы можете! Они виноваты только в том, что спасли вашу дочь от злодеев! – срывающимся от волнения голосом выпалила Лера.

Женщина на мгновение остановилась:

- Я разберусь во всем! А ты пока сиди в своих покоях и не смей никуда выходить без моего разрешения! – и вышла из комнаты.

- Господи, что же делать?! – прошептала она, заламывая руки.

- Дитя, тебе не нужно было спорить со своей матушкой, – сочувственно произнесла Хюн Шим. – Ты только больше разгневала ее…

- Няня, помоги мне! Мне больше не к кому обратиться… – лихорадочно зашептала девушка.

Но женщина только замахала обеими руками:

- Что ты, что ты, девочка! Ну, что может бесправная старая кормилица, которую держат в усадьбе только из господской милости?

Лера упала на живот и уткнулась лицом в одеяло: «Это я виновата! Это всё из-за меня! Господи! Из-за меня схватили Юн Хо! Это только моя вина! Что же теперь делать?!»

В дверь тихонько поскреблись, и голосок Ха Юль виновато спросил:

- Барышня, могу я войти?

Лера повернулась на бок и отерла ладонями лицо:

- Войди, Ха Юль!..

Служаночка протиснулась в узкую щель полуоткрытой двери и тут же поспешно задвинула ее.

- Барышня, простите меня! – упала на колени перед постелью госпожи и уткнулась лбом в пол.

- Что ты делаешь? Встань…

- Госпожа, я виновата! Я должна была отговорить вас! Если бы мы не пошли в город…

- Так, всё, Ха Юль! Молчи! – остановила ее Валерия, опасаясь, что девчонка проговорится перед кормилицей. Девушка поспешно умолкла, даже зажала себе рот ладошкой.

А Лера опять обратилась к кормилице:

- Нянюшка, помоги мне! Только ты можешь это сделать…

- Да что сделать, дитя? Что я могу?

- Ты можешь узнать, где держат тех людей…

- И что это даст? Ты не сможешь освободить их… – покачала головой женщина.

- Смогу, если ты поможешь мне! Пожалуйста! – она опять молитвенно сложила перед грудью ладони.

- Что я должна сделать?.. – сдалась, наконец, Хюн Шим.

И Лера зашептала:

- Нужно узнать, где их держат, и сколько человек охраняют? А потом, как стемнеет, и в поместье все уснут, нужно отнести охранникам еду и вино, в который добавишь сонный отвар…

Лера знала, что иногда у матери Со Хён случалась бессонница, и она приказывала служанке запарить сонные травы. Запас разных трав всегда хранился у кухарки.

- Ох, девочка! Если госпожа про то прознает, она голову с меня снимет! – охнула кормилица. – И вино нельзя – они на посту, если только чай…

- Не снимет, если все сделать осторожно, – охваченная азартом, Лера пропустила мимо ушей окончание фразы женщины. – Кто носит еду стражникам, которые дежурят ночью?

- Помощница кухарки, Арым, – ответила, помолчав, Хюн Шим.

- С ней ведь можно договориться?..

- Нет, Со Хён! Что ты еще задумала, девочка?

- Нянюшка, за что схватили этих людей? Только за то, что они помогли мне? Избавили от страшной участи быть рабыней в империи Чин? А теперь я должна помочь им! Это мой долг, нянюшка! Если с ними что-то случится… – тут ее голос прервался, но девушка собралась с силами и продолжила. – Ты же не хочешь, чтобы этот грех лег на мою душу?..

Женщина еще некоторое время с сомнением качала головой, глядя на личико своей молочной дочери. Но, видимо, последние слова девушки убедили ее.

Она грузно поднялась и промолвила:

- Пойду, принесу целебную мазь – нужно полечить твою щечку. Ох, милая моя, что же за зверь сотворил с тобой такое?.. Совсем, видно, сердца нет у злодея, если поднял руку на нежное дитя…

Лера печально вздохнула:

- Я уже не дитя, нянюшка. Так ты поможешь мне?

- Я посмотрю, что можно сделать, – ответила Хюн Шим и вышла из комнаты.

- Ха Юль, – посмотрела на служанку девушка, – нужно незаметно выбраться из поместья и сбегать в харчевню аджуммы Аран…

- Нет, нет, барышня, нельзя! И не просите! Госпожа точно прибьет меня тогда!

- Тебе нужно только передать ей, что Юн Хо здесь… А ночью мы постараемся вывести его через черный ход…

- Если только капитан Дон Гиль не поставит там стражу…

- Давай надеяться на лучшее… А если не получится… – и она с силой замотала головой. – Нет! Нет! Нужно думать о хорошем!..

- Да что ж тут можно придумать хорошего, – сокрушенно вздохнула служанка.

Лера только теперь начала понимать, к чему привели ее необдуманные поступки. Все это не могло продолжаться бесконечно. А она как будто специально дразнила судьбу. И