Божье чудовище - Лариса Петровичева

Джулиан прикрыл глаза и ничего не ответил.

Следующие полчаса пути прошли в молчании – я больше не хотел говорить с этим чудовищем. Два монстра в одном экипаже, да такое любая статистика отвергнет! За окном стало совершенно темно – луна скрылась за тучами, и все очарование весенней ночи померкло.

Но потом мы свернули с тракта на отлично вымощенную дорогу, сразу же появились фонари на столбах, и Джулиан объяснил:

– Загородный дом отца. Здесь огромная лаборатория и никаких посторонних глаз. Лин Симпсон не любила сюда приезжать, тут водятся совы, а она почему-то боялась сов.

Словно в подтверждение его слов, над низеньким кустарником проплыла беззвучная крылатая тень и резко упала вниз. Я услышал негромкое “Уху!” и понял, что она добыла мышь.

– Лин Симпсон вы наказали, верно? – спросил я. – Дейла уже была мертва, а аптекарша и Лонгвилл не справились с экспериментом с Огненным дыханием.

– Увы! – развел руками Джулиан. – И все равно она нам пригодилась. До конца мая я буду с тем эликсиром моунди, который приготовили из нее. Пусть он и слабенький, не такой, как при Дейле, но это лучше, чем ничего.

Это звучало отвратительно людоедски, и я подумал: а монстром здесь все считают меня.

Вскоре экипаж въехал в ворота, и я заметил не менее дюжины крепких мужчин: особняк хорошо охраняли. Как же Грей со своими помощниками сюда прорвется?

Ответ был прост и предсказуем: никак.

Экипаж прокатил дальше по дороге, остановился возле ярко освещенного двухэтажного особняка, построенного еще в прошлом веке, судя по балкончикам и колоннам, и Джулиан ослепительно улыбнулся:

– Добро пожаловать в Марвен-холл, доктор Броуди! Если не боитесь сов, вам здесь понравится.

***

Сов я не боялся, а волнение за Флер немного улеглось, когда она выпрыгнула из экипажа и подбежала ко мне. Я сжал ее ледяную руку и спросил:

– Все в порядке? Ты замерзла?

Флер вздохнула. Ее глаза сияли решительностью и гневом, влияние Сонной Лозы почти ушло. Без повторных приемов остатки зелья окончательно покинут организм завтра к вечеру.

Хотелось надеяться, что мы сможем дожить до этого.

– Все хорошо, – откликнулась Флер. – Как ты?

– Ну вот и добрались! – произнес лорд Чарльз, выходя из экипажа, и я не успел ответить. – Прошу, доктор Броуди, все это теперь в вашем распоряжении. На втором этаже я прикажу обустроить ваши комнаты, не так уж удобно мотаться сюда из города каждый день.

– Мне придется мотаться, – ответил я, направляясь вместе с Флер к гостеприимно распахнутым дверям особняка. – У меня есть обязательства и перед другими заказчиками.

– Я понимаю, – кивнул лорд Чарльз. – Подумаем об этом после того, как вы тут освоитесь.

Весь первый этаж был отведен под лабораторию и, войдя в нее, я ощутил прилив раздраженной зависти: моя собственная лаборатория серьезно уступала этой. О таких аналитических установках я мог только мечтать – слишком уж они были дороги. А разделители и синтезаторы? А маховики? А артефакты – свеженькие, в хрустальных гнездах, в густой защитной жидкости?

И такое сокровище служит настолько омерзительным целям! Да я бы мог изменить всю жизнь королевства, имей хотя бы половину этого!

– Прошу, прошу! – лорд Чарльз подошел к большому рабочему столу и гостеприимно раскинул руки. – Дейла трудилась именно здесь. Вот тут ее записи, но вы, понятное дело, все обустроите по-своему, на ваш лад. Проходите, доктор Броуди, располагайтесь. Я хотел бы, чтоб сегодня вы уже начали работу над Сонной Лозой.

– Понимаю, фабрики не должны простаивать, – кивнул я, и Флер свирепо сощурилась, словно хотела взять лорда Эшфорда за шиворот и сунуть головой в какой-нибудь станок. – Но если брать за основу Огненное дыхание, то это уже будет не совсем Сонная Лоза. У кого вы заказывали банки?

Я прошел к морозильному шкафу, открыл дверцу и увидел не менее трех дюжин сверкающих банок с Огненным дыханием. Открыл одну – Огненное дыхание поставлялось в гранулах, черные сверкающие зерна едва уловимо пахли ландышем. Я подцепил одно, понюхал – свежайшее.

– Лин Симпсон покупала их по каким-то своим каналам, кажется, Береш и Боттс, – ответил лорд Чарльз. – Но с этим, я думаю, не будет проблем. Мы уже нашли выход на новых поставщиков.

– Неофициально, я полагаю?

Лорд Чарльз кивнул.

– Вы же понимаете, Артур…

– Понимаю, но буду лично проверять и перепроверять все поставки, – сказал я. Вынул банку, закрыл морозильный шкаф и пошел к рабочему столу. – Неофициалы вам такого намешают, что у ваших работниц мозги вытекут через ноздри.

Лорд Эшфорд поежился, и я добавил:

– Впрочем, и официальные поставщики этим тоже, бывает, грешат.

Дейла хранила вещи в идеальном порядке. Все инструменты сияли, каждый был на своем месте. Записи хранились в аккуратной стопке: я открыл толстую растрепанную книгу, которой пользовались чаще всего, судя по ее состоянию, и прочел строчку, написанную красными чернилами поверх расчетов:

“Истинная любовь это отдать жизнь за того, кого любишь”.

Возможно, это так – вот только сама Дейла не отдавала свою жизнь, а забирала чужие. Я закрыл книгу и кивнул.

– Флер, начинаем работать. Халаты, шапочки на голову, обработка рук.

Для нас нашлось все – и халат с шапочкой для Флер, и что-то огромное белое и бесформенное для меня. Я снял мантию – лорд Эшфорд изменился в лице, но все-таки устоял на ногах, не подмочив репутации, а Джулиан даже бровью не повел.

Он видел в зеркале монстра намного страшнее меня.

– У вас и записывающие артефакты есть? – спросил я, возвращаясь к рабочему столу. Лорд Эшфорд кивнул.

– Шеймус настоял на их установке! Пытался анализировать работу Дейлы, понять, что именно он делает не так. Я, конечно, не в восторге от этого, но Дейла не возражала.

– Отлично, – кивнул я. – Отойдите, пожалуйста, вон туда и не мешайте.

Отец и сын послушно отступили, куда указано. Я прошел к основному шкафу с ингредиентами и