Стихийный сон - Кристина Юрьевна Юраш

— Ты… ты… серьезно? — испуганно прошептала я, чувствуя, как у меня дрожат губы и руки, вцепившись в его плечо. — Ты… хочешь… меня…

Палец лег мне на губы, пока я смотрела, не отрываясь, в золотистые глаза.

— …вызвать? — закончила я свою мысль, отстраняясь от пальца.

Да, согласна. Вспомнила, так сказать, не очень удачный момент. Как говорится, кто старое помянет, тому глаз вон! Глаз дергался, понимая, что его это касается в первую очередь, сердце стучало, как стучит колесами груженый доверху локомотив, пролетая мимо одинокого полустанка.

С такой же скоростью перед моими глазами пролетела вся моя скучная жизнь. С досадой я поняла, что мою автобиографию могут брать за основу миллионы людей, подставлять свое имя и получать собственную. Маленький сонный рыжий котенок, который появляется в моем животе в редкие моменты нежности, впервые показал острые длинные когти.

— Ты… Ты меня убьешь за то, что я сказала тебе… Это… глупо! Ты… — я нервно сглотнула, — Я жалею, что связалась с тобой! Ты… Ты просто…! Я не стану с тобой сражаться! Ты сам знаешь, что я проиграю… Так нечестно! Я кроме дыма ничего не… умею…

Паника, словно мутный осадок на дне старого чайника, поднималась из глубин души. Нет, он просто пошутил! Хочет, чтобы я извинилась… Но я не буду извиняться! Не буду!

— Расскажи мне, перед смертью, чем ты живешь? — холодно спросил Феникс, убирая волосы с моего лица. Волосы прилипли к пересохшим губам. — Ради чего ты каждый день с утра открываешь глаза? Что для тебя самое важное? Есть ли у тебя какая-нибудь цель? Мечта?

— Это что-то изменит? — прошептала я, впиваясь пальцами в его плечо и стыдясь этого жеста. Нет, нас, конечно, нельзя назвать слишком близкими, но мы же не чужие люди? Почему он на меня смотрит таким холодным отстраненным взглядом?

— Рыжик, отвечай на поставленный вопрос. Ради чего ты живешь? Чего ты хочешь от жизни? Не надо отворачиваться! — мое лицо зафиксировали рукой и посмотрели мне в глаза пристально и в упор. Я молчала, не зная, что ответить. Этот вопрос в моем сознании возникал уже не одну сотню раз, но я не знаю на него ответ! Живу, потому что… потому что… Потому что просто живу!

Меня никто не спрашивал, хочу ли я жить или нет! Никто не спрашивал, хочу ли я быть рыжей или нет? Хочу ли я каждый день создавать чужие дома, не имея своего? Через мои руки за два года прошло больше сотни проектов, больших и маленьких, роскошных и бюджетных.

Я ловлю себя на мысли, что завидую своим клиентам. Завидую даже «инженеру» и «дизайнерше», потому что у них есть средства, силы и желание воплотить свое чудовище на маминых семи сотках, а у меня нет. И, положа руку на сердце, я понимала, что если в этом доме будет тепло, уютно и меня будут ждать, то я любила бы даже этот барак. До первого похода в санузел, как ни прискорбно.

— Я просто живу, — вздохнула я, молча умоляя его не смотреть на меня таким взглядом. — Потому что меня родили на свет, дали имя и сплавили к бабушке! Живу, потому что не хочу умирать! В жизни есть много маленьких радостей. Я сама себе их нахожу… Шоколадка, например… Знаешь, я очень редко ела шоколад… Он… он… очень вредный для здоровья и для зубов… Ну, мне так говорили… И сейчас я иногда себе его разрешаю… Если только с кофе… Знаешь… Знаешь, как вкусно… И настроение поднимается…

— Ты готова сражаться за шоколадку? А что еще ты готова сделать за шоколадку, о, мечта любого мужчины? — удивленно спросил Феникс, немного сменив взгляд и тон. — А как же семья? Дети?

— Нет у меня детей! И мужа нет! И замужем я никогда не была! Мне некогда было устраивать свою личную жизнь! Некогда, понимаешь! Я училась, работала и подрабатывала! Дом-работа-дом! — вспылила я, посмотрев на пальцы, намертво вцепившиеся в чужую одежду. — Когда? Объясни мне! Когда мне заниматься личной жизнью? По клубам я не тусуюсь, в гости хожу редко… Я работаю, понимаешь?

На меня посмотрели, скептически подняв бровь.

— Мне не-ког-да! — уверенно отчеканила я. — НЕ-КОГ-ДА! Потом, когда-нибудь я займусь этим вопросом вплотную… Вот только немного разгребусь на работе…

— Тебе не кажется, что слово «некогда» очень похоже на слово «никогда»? И что, кроме нервного срыва, ты заработала на работе? — допрашивали меня. — Ты купила себе квартиру? Красишь губки, глядя в зеркало заднего вида новой иномарки? Стала высококлассным специалистом? Лучшим отростком во всей отрасли? Заработала себе на безбедную старость? Спасла сотню жизней?

Ну, если так посудить, то, возможно, спасла. Пока что ни один из моих проектов не сложился, погребя под крышей домовладельцев. Ни один из моих проектов еще не стал братской могилой. А это — повод для оптимизма!

— Нет! Не заработала! — огрызнулась я, понимая, что, когда речь заходит о доходах, я бедна настолько, что нищие родственники церковной мыши смотрят на меня с презрением.

— Бедный Рыжик, жизнь была к тебе несправедлива. Особенно, если вспомнить носочек с ромбиком, где Рыжик хранит все заработанное. Я так понимаю, что раз речь идет о носке, а не наволочке и пододеяльнике, то дела у Рыжика идут неважно, — согласился Феникс, делая глубокий вдох и грубо и прижимая меня. — Иди сюда, я тебя пожалею… Перед тем, как мы с тобой сразимся, тебе же хочется, чтобы тебя пожалели? Ну вот, все, жалею… Жалею моего Рыжика… Бедная, несчастная девочка…

Меня нарочито погладили по голове. Я еще удивилась, как мои волосы остались на месте после такого «поглаживания».

— После того, как ты отдалась работе, она просто обязана на тебе жениться. А размножаться ты будешь при помощи ксерокса… Бедный Рыжик… Твой лучший друг — обеденный перерыв… Тебе зарплату хоть платят? Или ты работаешь на голом окладе и энтузиазме?

— Прекрати! — я увернулась от руки, которая снова норовила примять мои волосы. — Периодами платят! Когда как!

— Бедный Рыжик… Такая безответная любовь к работе… Интересно, почему жизнь к Рыжику была несправедлива? Может, жизнь забыла о Рыжике? Жизнь идет мимо, а Рыжик молча сидит и ждет, когда жизнь о ней вспомнит и внезапно начнется, — заметил Феникс с насмешкой, сжимая меня до хруста косточек.

Я вынуждена была слушать не только то, что мне говорят, но и биение чужого сердца. Сердце-сердце, неужели ты не дрогнешь прикончить меня на месте? Неужели ты такое жестокое? Я думала, что ты