Я приручу тебя, босс - Оливия Лейк

Я улыбнулась.

— Я понимаю, что это может выглядеть, как показательная очистка кармы, но я реально хочу что-то оставить после себя.

— И все? И никаких плюшек для компании? — с веселым сомнением поинтересовалась.

— Почему все? Государству нравятся такие инициативы: субсидии, налоги, финансирование. Всем будет хорошо, — тихо рассмеялся Никита. — Арина, я еще хочу кое-что создать, — остановился и взял меня за руки. — Семью хочу. Жену. Детей. Двух девочек с золотистыми волосами, синими глазами и самым добрым сердцем.

— И мальчика с голубыми глазами, упрямым подбородком и целеустремленностью ракеты, — ответила я. Никита притянул меня в объятия и сжал: старался целомудренно, но я чувствовала, что напряжен до предела, каждая клеточка энергией заряжена.

— Арина, а ты выпила вторую таблетку? — неожиданно спросил.

— Я не беременна, если ты об этом.

Да, вымывания после постинора не было, но месячные пришли, не в срок, но все же.

— Я понял, но выпила или нет?

— Нет… — ответила правдиво, но осторожно. Я не очень понимала, что он хотел от меня услышать.

Никита расплылся в улыбке. Для него, похоже, это много значило.

— Поехали домой, — предложил тихо.

— Никита, я не могу уехать с тобой в Москву, — нужно обговорить на берегу нюансы. Нет, теперь я буду жить своей жизнью в первую очередь и не бросать все по зову мужчины. — У меня дети, класс, обязательства.

— Я имел в виду к тебе, — и достал ключ, который отдала ему после его уверенного заявления, что переезжает ко мне. — А в остальном, мы справимся. Мой дом там, где ты, Арина. Моя любимая жена.

— Еще не жена, — попеняла шутливо.

— Так стань ей, — достал бархатную коробочку из кармана. — Арина Левицкая, — стал на одно колено, привлекая внимание всего честного народа, — выходи за меня такого редкого остолопа замуж. Без тебя я погибну. В болезни и здравии. В богатстве и бедности. На всю жизнь. До самого конца. Ангелочек, — льдисто-голубые глаза сверкнули ярким пламенем, — будь моей. Прими меня как своего мужчину.

Ответа ждал не только Никита, зевак хватало, но я видела только его.

— Я люблю тебя, — протянула руку, и он надел мне кольцо. — Да. Конечно, да!

Когда мы выходили из парка, краем уха услышала:

— Как пить дать, уйдет в декрет! — раздосадовано произнес женский голос.

— Конечно, уйдет! — ответили ей. — Я бы тоже от такого мужчины быстренько родила и не один раз! Днями и ночами работали бы над потомством! — они рассмеялись, а у меня щеки заалели. Как раз этим и будем сейчас заниматься…

Эпилог

Шесть лет спустя

Никита

— Как думаете, мамочке понравится? — мы с сыном и дочерью делали для Арины сюрприз своими руками — большую картину маслеными красками, созданную художниками Вяземскими в составе трех человек: меня, Маши и Ромы. Им скоро три года и очень нравилось возиться с тюбиками и рисовать голыми руками. Единственная запара — отмыть этих сладких золотистых поросят. Ангелочков, но поросят.

Мы с Ариной поженились через год после обручения. Это было восхитительное и одновременно тяжелое время! Я жил на два города, разрывался между работой и любимой женщиной. Каждую минуту хотел быть с ней, но Арина была тверда в намерении закончить учебный год, а потом уже личную жизнь устраивать. Возможно, в какой-то степени это была проверка. Моему ангелочку очень сложно было довериться и открыться заново. Она хрупкая и ранимая девочка, а я чуть не уничтожил эту юную прекрасную красавицу. Своими руками буквально разорвал связь между нами образовавшуюся. Любовь, которую не узнал сразу. Не верил в свою способность чувствовать сокровенное и тонкое. Она научила. Арина. Показала, что это нестрашно, что по-настоящему любящие люди горой друг за друга. Не предадут и не обманут. Арина стала мне страстной любовницей, верной женой и подарила двух очаровательных близнецов. Наши дети. Мальчик — первенец и сладкая папина доча.

— Так, поросята! — громко скомандовал. — Марш купаться, пока мама не вернулась.

Я специально Арину отправил на целый день в спа: она отдохнет перед праздником, а мы закончим с подарком. Картина готова, в золотистую раму вставлена, только детям все мало, хотят продолжить веселье!

Детская ванная комната у нас была не только для водных процедур, но и игровая зона с мини-бассейном и маленькими горками. Когда узи показало разнояйцовых близнецов, сразу понял, что нужно решать вопрос с домом и срочно. Прав был. Мелкие росли шабутными проказниками. Мы с Ариной и не заметили, как обзавелись собакой-корги Феликсом и рыжей британкой Стешей, и весь этот выводок просто не поместился бы даже в самой большой квартире: им простор нужен!

— Папа, Лома быгается! — жаловалась моя принцесса. Да, Ромка растет бандитом! Оба похожи на красавицу-маму, но сын характером в меня. Ему сложнее давалось управление эмоциями, чем сестре. Маша в Арину не только внешне, но и эмоциональным интеллектом пошла. С Ромой нужно терпение, но мы очень любим его и помогаем справляться с неудачами и очень радуемся успехам.

— Он играется, — улыбнулся, наблюдая, как ловко работает водяным автоматом. — Маша, бери пистолет! — крикнул дочери. Надо бы их отмыть от красок, но… Пусть немного порезвятся.

— Тук-тук, можно? — в ванную заглянули две светлых головы: мать и теща. Я воспринимал бабушку Арины, как ее вторую маму. Они с дедушкой приехали к тридцатилетию внучки: погостить, с правнуками повозиться.

— Уважаемые граждане бабушки, — поднялся, загораживая проход, — вы уже мелких затискали, дайте нам втроем побыть.

Я как бы ни старался, но работы много, и с детьми виделся в основном по вечерам и на выходных. А если приходилось уезжать в командировку — вообще тоска. Нет, надолго больше не отлучался, но две недели вдали от семьи — много. Очень много.

Арину брал с собой в каждую поездку, пока срок беременности позволял, потом просто никуда не ездил: делегировал и оставался рядом. Я вообще очень долго боялся, что могу вернуться, а ее не будет: что наша счастливая супружеская жизнь — просто сон. Я много грешил в этой жизни и долго не мог поверить, что меня наградили любовью прекрасного ангела. Теперь верю. Когда Арина смотрела нежно своими невероятными синими глазами, и я верил.

— Мамя! Мамя! — к вечеру вернулась Арина, свежая и отдохнувшая. Дети, окруженные кучей любящих взрослых, все равно бежали к ней, матери.

— Привет, котята, — она, стройная и тонкая, совсем не изменившаяся после беременности, пыталась подхватить их обоих. Но это невозможно: наши дети слишком