Твои границы - Лина Мур

— Почему ты его так ненавидишь? — тихо спрашивает Мигель, словно нас подслушивают. Он даже не прокомментировал мой выбор напитка.

— А почему небо синее?

— Это не ответ.

— У меня много причин. Устану перечислять. Ты его видел. Он мерзкий старый ублюдок.

— Фиолетовый. Он хорошо выглядит. Я бы не сказал, что он старый.

— Я рада, что мы сошлись на том, что он ублюдок.

— Фиолетовый.

— Я ненавижу его по многим причинам, Мигель. Одна из них его жестокость к своему сыну. Конечно, Роко может вывести из себя любого, но на всё есть причины. Роко не родился таким, как и я не стала такой моментально. Это всё влияние папочки, его воспитание и отношение. Когда Роко, избитый, голодный и сломленный валялся в подвалах за решёткой, папочка целовал в зад ублюдков похлеще.

— Фиолетовый.

— Лицемерный мудак он.

— Фиолетовый.

— Любить я не его всё равно не начала. Пока Роко восстанавливался и снова переживал побои и сломанные кости, он защищал чужих детей. И знаешь, за что он его бил? Я скажу. За то, что Роко не он. За то, что Роко хотел быть собой и уйти из семьи. За то, что Роко его ненавидел именно за жестокость ко мне, к матери, к себе. За многое. У нас куча причин желать этому мудаку сдохнуть в самых адских муках.

— Фиолетовый.

— Он мудак, и не спорь. Он просто законченный ублюдок. Не говори «фиолетовый». Иначе я никак не могу выразить словесно свою ненависть и презрение к нему.

Замолкаю, когда официант с улыбкой приносит мне виски, который я выпиваю залпом. Я давно уже перестала ощущать мерзкий вкус алкоголя, чувствую лишь свою мерзкую кровь, которая сделала меня такой дерьмовой сукой, которая явно находится не на том месте и не в то время. Я занимаю сейчас чьё-то время, и мне не стыдно. Мне насрать. В этом вся я. Что могу, то заберу. Не дадут, украду. Поймаю, убью. Алгоритм довольно прост.

Нам приносят основное блюдо, но у меня нет аппетита. Мне паршиво. Хочется напиться. Уйти в этот иллюзорный мир, в котором я сильная, и мне никто не нужен. Никто не был и не будет нужен.

Неожиданно для меня Мигель подзывает официанта и просит упаковать всё с собой.

— Зачем? Я… думала, что выбрать: вилку или ложку для бефстроганова, — непонимающе говорю.

— Ты врёшь, — с улыбкой замечает Мигель.

— Да, — тяжело вздохнув, признаюсь я.

— Вот и хорошо. Если честно, то я чертовски устал. Я бы хотел лечь на диван, сделать попкорн, включить какой-нибудь фильм и просто его посмотреть.

— Как насчёт какого-нибудь ужастика, хм… про призраков, к примеру?

Глаза Мигеля вспыхивают удовольствием.

— Идеально, Раэлия.

— Или какой-нибудь тупой фильм, вроде пародии на «Сумерки»?

— Ты реальная? — смеётся он и дотрагивается до моей руки. — Надо же, оказывается, ты женщина моей мечты. Что насчёт острых рёбрышек до слёз в глазах и игровых автоматов?

— Ты шутишь, — облизав губы от восторга, шепчу я.

— Ни капли, — Мигель отрицательно качает головой.

— Я готова идти прямо сейчас, — улыбаюсь, хватая сумочку.

В это время нам приносят счёт, и Мигель достаёт свою карточку, как и я. Он бросает на меня злой взгляд и расплачивается. Зачем? Я в состоянии оплатить за себя.

Схватив пакет с едой, Мигель берёт меня за руку и едва ли не тащит за собой из ресторана.

— Больше никогда так не делай, — рявкает он на меня, когда мы оказываемся на улице.

— Как?

— Я пригласил тебя, я плачу.

— Кто платит, тот и музыку заказывает, слышал о таком? — прищуриваюсь я.

— И что это значит теперь? — тоже прищуривается он.

— Это значит, что я плачу за себя и за тех, кто типа со мной. И я выбираю врезать им или же убить их. Сейчас по моей логике ты делаешь это, я не хочу быть тебе обязанной. Я…

— Боже, Раэлия, закрой уже свой чёртов рот, — шипит он и дёргает меня за собой. — У тебя искажено столько понятий, что порой я не знаю, злиться мне или начать кидать в тебя дротики. Я не собираюсь требовать от тебя чего-то, раз оплатил ужин. Запомни это. Я мужчина и обеспечиваю свою девушку. А её деньги — это её деньги, она может делать с ними всё, что захочет.

— Значит, так, да? — фыркаю я.

— Так.

— Ну, тогда. — Торможу, отчего Мигель шатается и толкает меня. Я издаю пронзительный свист благодаря пальцам, чтобы привлечь внимание такси, и оно останавливается.

— Что ты делаешь? — в ужасе спрашивает он.

— То, что ты сказал. Тащи свой зад в эту машину, Мигель, — я пихаю его к такси.

— Нет, здесь я распоряжаюсь. Мы идём играть…

— Сначала мы заедем за тампонами, окей? — выгибаю бровь.

Мигель прочищает горло и просто кивает. Его так легко надуть.

Он покорно садится в машину, а я за ним. Назвав нужный адрес, я довольно смотрю в окно. Ну, держись. Значит, так, да? Мигель ещё не понял, с кем он связался.

Глава 25

Мигель

Я думал, что хорош в свиданиях. Я романтичен. Мама с детства учила меня ухаживать за женщинами. Но или со мной что-то не так или с женщиной, которую я пригласил на свидание. Я предпочитаю второе, потому что свидание не получилось. То есть оно вроде бы и прошло нормально, но в то же время ужасно. Всё, что мог я испортить, то испортил своим языком, своими проблемами и своим «красноречием». Наверное, всё же проблема во мне. Или в Раэлии? Пока я этого не выяснил.

— Что мы здесь делаем? — хмурясь, спрашиваю, направляясь за ней в детский игровой центр. Закрытый центр. — Насколько я помню, тебе нужны были тампоны.

— Ага, для ушей или для чего-то ещё. Чёрт, Мигель, не нуди, — фыркает Раэлия и тащит меня дальше за собой.

— Ты же не собираешься украсть ребёнка, да? — шёпотом спрашиваю её.

— Если только ты не вышел из детского возраста, — смеётся она.

— Кто здесь? Мы закрыты! — рявкает охранник, и на нас попадает луч света.

— Привет, старик, этот всего лишь я, — улыбается Раэлия.

Мужчина убирает фонарик и, прищурившись, рассматривает меня. Ну, он выглядит как пожилой охранник. Ничего необычного.

— Кого ты притащила? — спрашивает он.

— Это мой новый друг. Мы ищем тампоны. Вот плата за тампоны, — она протягивает руку, в которой лежат деньги, но я не вижу сколько их. Раэлия просто издевается надо мной.

— Проходи. Но недолго.

— Знаю. Пару часов, окей?

— Окей. И передай Роко, чтобы он вернул мою чёртову кастрюлю!

Раэлия смеётся и толкает дверь в детский центр.

— Подожди. Остановись, — дёргаю её на себя, и у неё нет выбора.

— Ну что? — оборачивается она и надувает губы.

— Я просил тебя больше так не делать. Твои деньги…

— Ты сказал, что свои деньги я могу тратить так, как захочу. Я захотела. Так что, прости, Мигель, но в следующий раз будь осторожнее со своими желаниями. И раз первая часть свидания была твоей задумкой, то я собираюсь выиграть.

— Но мы не соревнуемся. Это свидание. На них люди общаются и наслаждаются…

Яркий свет резко включается, как и музыка. Всё начинает вокруг меня мигать огоньками, и я приоткрываю рот.

— Вот, наконец-то, ты уловил мой ритм, Мигель. Мы пришли наслаждаться, — улыбается Раэлия и показывает на огромный зал. — На пару часов это всё наше. Давай пошли.

Смеясь, она сбрасывает босоножки и рывком разрывает подол платья так, отчего оно становится мини.

— Ну же, Мигель, батуты! Пошли прыгать! — визжит она.

Раэлия несётся мимо аттракционов, словно ребёнок, а я качаю головой и спокойно иду следом. Где-то в глубине центра раздаётся её смех, а затем снова визг. Через некоторое время я нахожу её в зоне батутов. Это огромная площадь, разделённая на квадраты, в которых располагаются индивидуальные батуты.

— Ну, Мигель, не будь занудой, это круто! — Раэлия отталкивается ногами, и её платье открывает белоснежные трусики.

Ей всё равно, а мне вот нет. Я становлюсь нервозным, отчего принимаюсь кусать нижнюю губу. Тонкая ткань снова скользит вверх, открывая плоский живот с выраженными кубиками пресса, как и крепкие округлые ягодицы. У Раэлии шикарное тело. Такому телу даже мужчина бы позавидовал, а я бы набил ему морду. Хотя я не бью людей. Иногда… бывает… боже, да не важно.

— Мигель, — Раэлия, перескакивая через ограничения, допрыгивает до меня и упирает руки в бока. — Живо тащи сюда свой зад. Я серьёзно.

— Я посмотрю, — натягиваю улыбку и прочищаю горло.

— Нет, ты не будешь смотреть. Ты будешь развлекаться. Это мой грёбаный