Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод - Марианна Красовская

Девушка вздрогнула, виновато взглянув на Сильвера. Тот явно все слышал, у драконов вообще тонкий слух.

— Лесенька, солнышко, ты не будешь возражать, если я приглашу твою маму на танец? Мечтаю давно, ты же знаешь.

Вот это поворот! Леся, значит знает (предположим), а маман ее — нет? Это сговор?

Но дочь так восторженно отреагировала криком: «Ур-р-р-а-а-а!», что Соня и рассердиться на нее не смогла.

Дракон аккуратно ссадил девочку с плеч, она совершенно по-хозяйски забрала его галстук, свисающий из кармана, и продолжая вопить залихватское «Ура!», ускакала куда-то в кусты.

— Вы же позволите? — Эндрис протянул руку ей, Соня собралась с духом и робко кивнула. Когда она в последний раз танцевала вообще? Вспомнить еще бы… На собственной свадьбе, наверное.

Как по заказу, вдруг зазвучала совершенно чудесная мелодия медленного танца. Щемящая, нежная, неторопливая.

— Просто расслабься. Постарайся забыть, что нельзя наступать партнеру на ноги, что на нас смотрит сейчас весь Эдем и, конечно же, обсуждает…

Да он издевается! Соня тут же ему наступила на ногу, подумав об этом вот всем.

— Вот так. А теперь вспомни, что ты очень красива, — Сильвер очень тихо шептал, склонившись к самой ее макушке. — Удивительной красотой. Северной, акварельной, февральской. Вся состоишь из загадочных полутонов, ты — сама тайна.

Он пьян? Никогда и никто Соне не говорил ничего подобного. Но алкоголем от директора совершенно не пахло. Обычный его аромат: в любую погоду Сильвер пах почему-то трескучим морозом и елками. А еще — Новым Годом.

И выглядел трезво. Разве что его привычное напряжение словно растворилось, и очки его снова запотели. Интересно, это что-то значит? Или они у него какие-то особенные, раз он терпит эту проблему и не меняет их? Директор растерянно притормозил, чертыхаясь, отпустил свою партнершу и отступил на шаг. А Соня…

Что двигало ею сейчас? Она совершенно не понимала и думать совсем не хотела. Только осторожно сняла с него эти дурные очки, убрала их в нагрудный карман своей блузки и прошептала:

— Да ну их. Я тебя поведу, доверяешь?

Дракон ей улыбнулся, прищурившись подслеповато.

— Абсолютно. Вашу руку еще раз, принцесса.

Шаг, еще один, они медленно развернулись, и мир вокруг вдруг пропал. Магия?

Кто его знает. Оставалась лишь музыка и они двое, ведомые ее звуками. Руки на спине Сони, такие горячие, крепкие и невообразимо ее волнующие.

Сама она не доставала ему даже до плеч, так и положила ладони на грудь кавалера, ощущая под рубашкой стальное напряжение мышц. Никогда она и предположить не могла, что танец может быть столь интимным процессом. Дух захватывало от этой близости тел, голова шла кругом от его горячего дыхания прямо ей в волосы и от слов, что дракон продолжал говорить. Зачем он это делает?

35. Друзья

Когда музыка вдруг закончилась, они несколько долгих минут так и стояли, обнявшись, ничего не слыша и не видя. Эндрис увлеченно рассказывал Соне чудесную сказку о ней, такой прекрасной, а она его слушала, будто маленькая девочка, и мечтательно улыбалась.

И вот тут вдруг раздался оглушительный детский визг, настолько отчаянный, что уши закладывало. Соня, вздрогнув и рванувшись из крепких ладоней Эндриса, похолодела. Да что же она за мать! В который раз, расслабившись, оставила дочь без присмотра, и это в таком опасном месте, как ботанический сад!

Была поймана за руку, возмущенно зыркнула на дракона и получила в ответ:

— Кричат оттуда, — Сильвер махнул в совершенно противоположную сторону, — звук отражается от деревьев, и это мальчишка кричит, разве не слышишь?

Да, кричала не девочка, точно.

И теперь уже оба они быстро побежали прямо по чистым газонам на звук. Со всех сторон туда же спешили взволнованные взрослые. Напряжение нарастало, все нервничали, толкались и мешали друг другу; уже через пару минут люди обнаружили источник крика.

На маленькой светлой поляне перед испуганными взрослыми предстала действительно любопытная картина:

Леся стояла, закрыв лицо руками, и трясла головой, всхлипывая и притопывая ногой по траве со словами: «Нет! Нет! Я не хотела!»

Рядом, воинственно уперев руки в боки, на нее решительно наступал один из братьев Епурэ, кажется, Дима (он был чуточку поплотнее). Но кричал отчаянно и громко, с подвываниями и ощутимой уже хрипотцой его брат.

Он стоял на коленях, упираясь в землю передними… эээ, лапами? уж точно не руками… да, крепкими лапами, покрытыми густой белой шерстью. Из коротких штанишек ребенка кокетливо выглядывал белый хвост, пушистый и толстый. Острые ушки на самой макушке украшали вихрастую голову, но все остальные части тела мальчишки были вполне человеческими.

— Что. Здесь. Происходит?

Первым рядом с детьми оказался директор, одним властным жестом отодвинув старшего брата и ухватив за плечо дрожащую Лесю, которая сразу же оторвала ладони от заплаканного лица.

— Я… я… — она снова горько всхлипнула и, увидев вдруг Соню, выглядыющую из-за спины Сильвера, кинулась к маме в объятия, уже в голос ревя:

— Я не хотел-а-а-а! Я только сказала, что замуж за него не пойду, мы будем только друзьями, а он! А он вдруг вот так, и вот, мамочка, мне очень страшно, давай уйдем скорее отсюда!

Соня с ней была совершенно согласна. Мороз по коже продирал от вида полуребенка-полуволка. Если это волк, конечно, больше похож на полнейшего песца.

К детям уже подбежала их родители, Виктор подхватил на руки все еще не утихающего Романа, ощупал его очень быстро, нахмурился. Кира заламывала руки, суетясь вокруг них, и только маленький, но суровый Дима так и продолжал стоять рядом, насупившись.

— Она все врет! — вдруг сказал мальчик очень четко и громко. Эти слова все услышали. Леся в объятиях Сонечки замерла.

— Она издевалась над Ромкой, говорила ему, что я лучше, что он просто глупый мальчишка, дразнила весь вечер, а мне… — тут всхлипнул уже и он. — Мне это нравилось.

Вокруг собрался весь новый и весьма разношерстный коллектив ботанического сада. Народ перешептывался. Соня решительно встала, собираясь уйти и ребенка забрать с собой. Пусть сами тут разбираются со своими хвостами, если они у их детей растут почем зря. Слава Всевышнему, ее Леся совершенно нормальная! Ну, почти.

— Что нам делать? — Кира тихо спросила у мужа, но Соня отлично услышала.

— Первый неполный оборот — очень плохо, сама понимаешь. Он может на всю жизнь остаться теперь недоволком-недовампиром. Я не знаю, что с этим делать, — Виктор напротив говорил очень громко и зло.

— Я могу завершить оборот принудительно. Я же дракон, — Сильвер, стоявший все это время чуть в стороне и словно бы размышлявший, снова