Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод - Марианна Красовская

— Ну да. Разделся, — дракон пододвинул к себе стопку с отчетливым запахом крепкого алкоголя.

— Перед этой твоей садовницей?

— Ага.

— Она завизжала? Упала в обморок. Прости, но она пахнет… девственницей.

— У нее ребенок вообще-то.

— Неважно. У нас, вампиров, другие категории. Софья — невинная овечка. Такую интересно раскрутить на постель, а вот даль… — Виктор вдруг поперхнулся, глядя на помрачневшее лицо Сильвера. — Я теоретически, Андр!

Тот только кивнул, лихо опрокидывая в себя стопку водки.

— Так все же, зачем? Ради этого? — вампир довольный, с румяным лицом и блаженной улыбкой махнул листком бумаги и с явным удовольствием покосился на нарезанную кроваво-красными дольками большую грушу.

— Да. В ней искра почти потухла. А этого нельзя допускать. Она талантлива и очень.

— Тут не поспоришь, — вампир снова взглянул на рисунок. — Продай, а?

Глаза дракона мгновенно полыхнули ледяным пламенем, он молниеносно выхватил листок и быстро спрятал его в карман. Разве что драконьим напалмом своим в наглеца не пыхнул. Виктор насмешливо скривил губы и покачал головой.

— Искра, говоришь? Ну-ну. Я так и понял.

Продолжать не стал, памятуя, что Сильвер дракон, а это племя всегда отличалось и ясным умом, и склонностью к накоплению ценностей. А что может быть дороже талантов? Разве что… симпатичные очень таланты.

Замолчали, выпили. Этих двоих когда-то объединяло лишь общее увлечение классической ботаникой и систематикой, они были коллегами, со временем стали приятельствовать, а сейчас уже чувствовали себя практически даже друзьями. А друзья понимают друг друга даже тогда, когда молчат. Особенно, когда молчат.

Вечеринка была в самом разгаре. Прямо на полянке, возле сказочного дома-дерева, стояли столы, на которых была разложена всякая снедь, сновали вокруг незнакомые и очень веселые люди, носилась громкая детвора. Играла музыка, как ни странно, живая. В кустах стоял рояль, за ним сидел (внезапно!) Леонид и с упоением, закатывая глаза и топорща свою бороденку, наигрывал какую-то незнакомую Соне мелодию. Словом, все было так, как Соня особенно ненавидела.

Вместо того, чтобы смело нырнуть в этот хаос, как это делали все приличные гости, она остановилась, разглядывая новый дом. Не такой уж он был и большой, зато высокий. В стволе дерева сверкали яркими бликами настоящие окна, круглые, как иллюминаторы на кораблях. Судя по их количеству, в доме-дереве уместилось три небольших этажа. На нижних ветвях веревочные качели, занятые сейчас какими-то кумушками.

Лесю найти вот так сразу не удалось, а значит, Соне придется это идти туда и разыскивать свое чадо. Приблизилась осторожно, радуясь, что ее никто не замечает пока, увернулась ловко от стремительно летящего, как спортивный снаряд, чужого ребенка, столкнулась с незнакомым мужиком с парочкой элегантных витых рогов, растущих из высокого лба, извинилась. Хотела поглядеть, нет ли у него еще и копыт, да не успела, а жаль. Хвоста все равно не было видно.

— Водки? — спросил кто-то у Сони где-то над головой. Она отрицательно качнула головой. К крепким напиткам девушка любви не испытывала никогда.

— Лимонаду?

— Не откажусь.

Ей сунули в руки высокий запотевший стакан с божественным напитком фрау Зильды и больше ничего не сказали. Если вечеринка вот такая — она, пожалуй, готова с ней смириться!

— Я тебе говорю, у нее роман с нашим директором! — раздался звонкий женский голос откуда-то со стороны качелей. — Да все уже знают!

Соня вздрогнула. Она терпеть не могла сплетни, но сейчас почувствовала, что непременно должна знать, у кого и с кем этот самый роман. «Наш» директор на Эдеме имелся лишь один.

— Ты просто не представляешь, какая у нее зарплата! И это — без профильного образования! — не унималась болтливая дамочка. При слове «зарплата» Соня вдруг угадала, что голос этот принадлежал Зефире. Кто еще может так быстро собрать информацию? Все документы и все приказы идут через нее… — Вот ты бы дала девке с улицы зарплату больше, чем архивариусу с ученой степенью?

Соня подумала, что она бы точно не дала. Архивариус, вампир и по совместительству муж Киры, внушал уважение и немножко ужас. За одно это ему стоило доплачивать. И все же, кто эта таинственная «она»? Возможно, как раз таки Кира? Было бы забавно. Босс и бухгалтер — сюжет для кошмарного триллера. Ночь любви… ревнивый вампир… или дети, лохматые и с клыками. Нет, не страшно. На комедию больше похоже.

— Ты подумай, а с виду такая скромная, тихая, — задумчиво сказала басом собеседница Зефиры. — Книги у меня брала…

Страшное подозрение закралось в голову Сони. Да нет, бред! Мало ли, кто там у гоблинши в библиотеке брал книги, верно?

— Вот такие тихие и уводят потом чужих мужей!

— Так Сильвер свободен, как ветер, разве нет? Суккубе своей он клятв не давал, это точно. Драконы, они свое слово блюдут при любых обстоятельствах. И вообще, знаешь… Мне кажется, ты ошибаешься.

Этот голос Соня уже точно узнала. Кира выдвинула достойные аргументы. Не возразить.

— Предлагаю поспорить! — зараза, похожая голосом на Зефирку, воскликнула очень азартно.

— Уймись, у тебя нет ничего интересного, — рыкнула гоблинша-библиотекарь. — Да и зачем ему такое чудо? Она же затюканная вся такая, ну, покрутится директор вокруг нее, поохотится. Надоест и забудет. Зачем ему эта драная кошка?

— Может, она его шантажирует? Ребенок точно не его? Вон, гляньте, как носится с ним, что-то не помню я нянек-драконов.

Соня, затаив дыхание, повернулась в сторону детской площадки у дома. «Нянька-дракон» был прекрасен: он изображал самолет, и абсолютно счастливая Леся его пилотировала. Нет, Сильвер не обернулся драконом. Без пиджака и без галстука, в очень светлых штанах и рубашке, расстегнутой сверху, раскрасневшийся и взъерошенный дракон пританцовывал в ритме вальса, раскинув широко свои красивые длинные руки. А на его шее гордо сидела маленькая всадница и взмахивала ручками, будто крыльями птица.

И смотрелись оно вовсе не глупо. Да, завидуйте, бабы.

Сомнений больше не осталось. Затюканная, говорите? Это вы, дорогуши, поторопились! Сейчас Соня вам покажет «драную кошку»!

Решительно развернувшись, она твердым шагом потопала в сторону той самой трогательной пары, чувствуя завистливые взгляды в спину и злясь. Поспорят они, как же. И кто еще тут кого шантажирует, скажите на милость?

Но с каждым шагом решительность испарялась, а когда девушку наконец-то заметил и Сильвер, так и вовсе закончилась.

Он остановился, сделал шаг ей навстречу, и Леся притихла. Так и стояли почти что вплотную: Соня, директор, нависший как туча над ней, и испуганный почему-то ребенок.

— Эндрис, я… я… — и тут Соня услышала очень отчетливо со стороны дерева-дома слова:

«Я вам говорила? Не сдалась ему эта облезлая. Только ребенок и