Экономка в дар дракону - Екатерина Стрелецкая

тем более потомка Лэйфара. Моя мать была живым примером всех добродетелей, позволивших ей быть выбранной в супруги отцу: скромная, тихая, покорная, из знатного рода. Цефея же является полной противоположностью ей: бастардка, рабыня, своенравная, хотя и действует во благо обитателей замка.

Нет, я не могу допустить ту же ошибку, что и дед. Но не только по отношению к предкам, но и к самой Цефее. Даже несмотря на свой статус, она заслуживает большего, чем стать любовницей, не имея прав на большее. Габриэль точно знал, как ударить больнее, когда преподносил её в дар, сделав невозможным мне даровать ей свободу. До тех пор, пока духи не покинули пределов святилища и продолжают питать родовую магию, ни одна из тварей, этих порождений Тёмного, даже близко не подберётся ни к замку, ни к моим землям, а, значит, простые люди не станут их жертвами. Рисковать столькими жизнями ради собственной прихоти я не могу себе позволить.

За всеми этими размышлениями даже не заметил, как наступила полночь. Обычно сон всегда приносил облегчение, даря долгожданный отдых, особенно в родовом замке, но после отставки меня продолжали мучить кошмары, в которых раз за разом падал с огромной высоты камнем вниз, когда резко из драконьей ипостаси оказался в человеческой. Дышать становилось сложно, а всё тело пронизывало болью, словно его опутывали цепи, за которые тянули в разные стороны одновременно, и только с рассветом всё прекращалось.

После нанесения раны во время боя меня ждал тот же самый конец, что и Мэйгрид, если бы не счастливое стечение обстоятельств и годы упорных тренировок, не говоря уже о боевом опыте. С тех пор ночь перестала быть временем, когда можно было набраться сил и отрешиться от действительности. Только из-за предстоящей долгой дороги заставил себя отправиться в спальню. Проходя по одному из коридоров привычно коснулся ладонью каменной стены, чувствуя едва ощутимое тепло. Хоть что-то. Но при этом не мог не улыбнуться: своенравная экономка для своенравного замка, даже жаль, что Цефее недоступна способность считывать настроение замка.

Утром я приказал Норману и Цефее построить всех слуг, чтобы объявить о своём отъезде и о том, что назначаю на время своего отсутствия этих двоих главными. Дольше откладывать поездку не имело смысла, так как деньги понадобятся в ближайшее время, а рассчитывать на усиление родовой магии не приходилось: замок откликался слабо. Я подходил к Алистеру, но и он рассказал, что давно перестал ощущать связь с ним, что опровергло мои предположения, что дело во мне. Пусть он и не полноценный наследник, но Духи-Прародители Драконов всё равно благоволят и таким, как он, ограничившись лишь тем, что отняли у него мать.

Перед тем как покинуть замок, я позвал в кабинет Цефею, чтобы хоть как-то загладить свою вину за грубое с ней отношение, но её выходка с платьем меня просто вывела из себя! Такое ощущение, что она была послана свыше встретиться на моём пути исключительно для того, чтобы испытывать мои нервы на прочность. Зато могу не сомневаться, что в моё отсутствие в замке точно будет порядок: своим характером Цефея кого угодно доведёт до белого каления, но все поставленные задачи выполнит.

Вскочив на Брана, я направил его на северо-восток, чтобы при благоприятном исходе уже к вечеру завтрашнего дня вернуться. Лучше бы, чтобы так и произошло. Большую часть своего жалованья я на всякий случай припрятывал подальше от замка, и, как выяснил, решение это было ненапрасным. Несмотря на то что Эллеру передавались достаточно значительные суммы, он всё равно продолжал обкрадывать не только меня, но и всех, кто служил в замке. Всё бы ничего, но схрон я запечатывал артефактами, завязанными именно на родовую драконью магию. Не знал же, что может так случиться, что лишусь большей её части, потеряв способность к обороту. В итоге сейчас будет стоять вопрос даже не в том, чтобы разблокировать артефакт, а дабы он не вытянул остатки: тот самый случай, когда «перебдеть» вышло боком. Посвящать Цефею в эти нюансы не стал, пусть хотя бы эта тревога её не коснётся. Но первоначальный план провалился с треском, едва стоило достичь схрона…

Глава 41

Колючий электровеник

«Лэитара Алеф» или «Лэитара. Алеф»? Я открыла глаза, пытаясь понять, что же всё-таки имели в виду духи. Да, вот так, набралась наглости и спросила, зачем меня туда таскают каждую ночь. Ответом был лишь едва слышимый шелест ветра, в котором услышала лишь два слова, но вот как их расценить? Имели ли они моё имя в сочетании с какой-то характеристикой, значения которой не знаю, или всё-таки два отдельных слова? И, как назло, ни словаря, ни инструкции духи не предоставили, просто вышвырнули обратно в реальность. Ладно, что-нибудь придумаю. По крайней мере, выяснила, что в своих догадках насчёт святилища не ошиблась и меня не шиза накрыла, когда увидела тот самый перстень на руке Тагарда. Ещё бы сообразить, кого спросить насчёт слова «лэитара»: Лорну или Илзу, потому что есть у меня некоторые сомнения в том, что старая няня может что-то понять раньше меня и либо утаить, либо вообще рассказать о моих расспросах генералу. А я пока не готова рассказывать ни о своих кошмарах, ни о том, кем являюсь на самом деле.

Если опустить неоднозначную ситуацию, случившуюся накануне в кабинете Тагарда, то у меня появились некоторые козыри, чтобы разобраться в происходящем, ведь было получено разрешение не только входить в покои Мэйгрид и госпожи Гленны, но и копаться в тех комнатах, куда отнесли припрятанные Эллером и Мореей ценности. Может, там наткнусь на непонятное слово, и тем самым либо найду ответ на загадку, не дающую мне покоя, либо появится вполне весомый предлог докопаться до сути.

Как всегда, я забежала на кухню, чтобы перекусить, так как на голодный желудок по утрам могу лишь убивать. Жестоко и цинично. Илза, зная об этой моей привычке уже приготовила пару бутербродов и травяной отвар, переключившись при моём появлении на приготовлении завтрака. Однако несмотря на ранний час, за одним из столов уже хлопотала Бэйтрис, ловко отсортировывая крупу от сора. Судя её по цветущему виду, новый статус и работа не были ей в тягость. Я хотела было шепнуть Илзе, чтобы она до завтрака также нашла что-нибудь из еды для жены Нормана, но кухарка жестом оборвала меня, кивнув на пару грязных тарелок в мойке. Что тут сказать? Лишь кивнуть и отправиться по своим делам. Раз кухарки и экономка