Ничего мне не обещай - Меган Брэнди

Мейсон решил занять комнату Кэмерон, поэтому, когда он настоял на том, чтобы я заняла комнату Ари, которая находится по другую сторону смежной ванной, мне пришлось согласиться.

Я тихо сижу на кровати, ожидая, что, возможно, он просто что-то уронил и снова уснул. Но тут я слышу звук льющейся воды, я выбираюсь в коридор, к ванной.

Мой желудок неожиданно сжимается, и с каждым шагом мне становится только хуже. Как только я выхожу из ванной, что-то заставляет меня остановиться.

Сейчас, должно быть, уже за полночь, учитывая, что мы не выключали фильм до десяти вечера.

Почему Мейсон не спит?

Господи, Пейтон, ему, наверное, просто захотелось в туалет.

Качая головой, я разворачиваюсь, но тут слышу какой-то звук.

Может быть, душ включен? Или он упал?

Я наклоняюсь ближе, пытаясь разобрать что-то сквозь шум воды, и улавливаю звук затрудненного дыхания. Это были резкие, торопливые выдохи. Я делаю еще один шаг, почти заглядывая внутрь, когда раздается тихий стон, и я замираю на пороге.

Еще один стон.

По моей коже пробегают мурашки, и я чувствую нервозность. Не может быть, чтобы он…

– Черт, – ворчит Мейсон, и я вздрагиваю, когда с другой стороны стены раздается еще один глухой удар.

Кажется, будто он больше не может сдерживать свои чувства и сейчас переполнен ими. Как будто его переполняет…

Боже мой… Он действительно это делает…

Внутри меня вспыхивает жар, и мои глаза широко распахиваются от шока. Это ощущение ошеломляет, но… оно не неприятное или нежеланное.

Что? Нет!

Нет, нет.

Я крепко зажмуриваюсь, но быстро понимаю, что это было ошибкой. В темноте желания, которые казались мне слишком пугающими при свете, оживают, и в моём сознании проносятся самые похотливые и удивительные образы.

Мейсон, прислонившись сильными плечами к стене, закрывает глаза, а его сочные губы приоткрываются ровно настолько, чтобы он мог ощутить вкус воздуха. Его пресс напрягается, длинные тонкие пальцы обхватили его, когда он…

– Пейтон.

Мои глаза распахиваются, я замираю.

Боже мой, он произнес мое имя. Он испытывает удовольствие, и он произнес мое имя, и в моем животе словно извергается вулкан. Я протягиваю руку, чтобы ухватиться за стену.

– Ты можешь войти.

Моя спина выпрямляется, рот открывается от удивления. Я открываю и закрываю его несколько раз, но все, что я могу произнести, – это «э-э-э…».

Войти? Пока он…

– Мне бы не помешала помощь.

О, боже мой.

Он хочет, чтобы я помогла ему?

Миллион колибри порхают у меня в животе, и, клянусь, мои колени начинают дрожать.

Подождите-ка. Что со мной происходит?

– Мне бы не помешало принять душ, – хрипит он.

В этот момент я закрываю рот.

Душ?

Принять душ?

Нерешительно, я имею в виду, что делаю минимум движений, я выглядываю из-за угла, слишком боясь заглянуть внутрь.

Но вместо этого я обнаруживаю его в зеркале.

Я мгновенно хмурюсь.

Мейсон действительно стоит, прислонившись спиной к стене и прислонив к ней голову, но его здоровая рука вцепилась в застежку перевязи, а рубашка, в которой он ложился спать, запуталась вокруг нее.

Его штаны не спущены, и его член, ну, определенно, не твердый и не находится в его руках.

Значит, он не ублажал себя с мыслями обо мне?

Я чувствую его сердитый взгляд еще до того, как это на самом деле происходит, и тут же краснею.

Почему у меня вдруг появляется горький привкус во рту?

Я прочищаю горло и осторожно проскальзываю внутрь. Мейсон тут же отводит глаза, его щеки слегка розовеют, и я понимаю, что он смущен.

Если я и знаю что-то об этом человеке, так это то, что он ненавидит чувствовать себя беспомощным и не любит, когда кто-то прислуживает ему, хотя, кажется, он меня просто обожает.

Даже в день нашей первой встречи он доверху наполнил мою тарелку завтраком, подробно разбирая белки, углеводы и другие детали, о которых, как преданный своему делу спортсмен, он знает всё.

У меня не хватило духу сказать ему, что я прекрасно знаю, что углеводы есть практически во всём, благодаря одержимости моей матери моим весом. Или что я не смогу съесть и четверти того, что он мне подаст, не почувствовав тошноту.

Ладно, хватит тянуть время!

Я делаю шаг вперёд, приобнимаю Мейсона за талию и поворачиваю его. Сначала он дёргается, но потом позволяет мне развернуть его. Когда я слегка нажимаю на его здоровое плечо, он осторожно опускается на крышку унитаза.

Когда он наконец поднимает взгляд, его глаза расширяются, а здоровая рука тянется к моему лбу. Его лицо искажается от паники.

– Что случилось? – спрашиваю я в спешке, прижимая руку к щеке.

Он слегка хмурится и проводит тыльной стороной пальцев по моему виску.

– Ты хорошо себя чувствуешь? Кажется, у тебя жар, но моя рука немного онемела, поэтому я не могу точно сказать, горячий у тебя лоб или нет.

Я краснею еще больше, убирая его ладонь и отворачивая его голову, чтобы он не мог на меня смотреть. Я притворяюсь, что это для того, чтобы расстегнуть его рубашку.

– Я чувствую себя прекрасно. На самом деле, я немного зла.

Он откидывает голову назад, сузив глаза.

– Я здесь не просто так, Мейс. Ты думал, я пытаюсь сбежать из дома?

– А это не так? – поддразнивает он в ответ.

Улыбаясь, я стягиваю его рубашку через голову и опускаю ее вниз.

Мейсон смотрит на меня очень внимательно, и я приподнимаю бровь.

– Какой от меня толк, если ты не собираешься использовать меня так, как тебе нужно?

Что-то вспыхивает в глазах Мейсона, и он протягивает руку, кладя её мне на бедро. Его легкое прикосновение заставляет мой пульс участиться.

– Прости, Прелесть. Ты хочешь, чтобы я использовал тебя так, как я хочу, и я это сделаю.

В его взгляде столько напряженности, что я задерживаю свой взгляд на мгновение дольше, чем следовало бы. Кажется, я киваю и быстро наклоняюсь, чтобы не пытаться разгадать выражение его красивого лица. Я расстегиваю застежку на повязке и даю ей упасть вниз, отбрасывая в сторону.

Мейсон слегка вытягивает шею, но когда он собирается пошевелить рукой, то может поднять её совсем не высоко. Его челюсть сжимается, и он снова отводит взгляд.

– Эй, – шепчу я, не замечая, как беру его за подбородок и поворачиваю к себе. Его губы приоткрываются, и мой большой палец скользит по его подбородку, слегка касаясь нижней губы. Я пытаюсь отстраниться, но Мейсон ловит мою руку, прежде чем я успеваю ее опустить. Он держит ее на расстоянии