Ромео и Джульетта на книжной улице - Поппи Александер

Макароны с сыром оказались выше всяких похвал – фузилли, утопающие в густом соусе бешамель, с горчицей, хрустящими кусочками бекона и тянущейся моцареллой. Фло положила в каждую тарелку щедрую порцию подрумяненного чеддера, соленого, блестящего от масла.

Макароны с сыром всегда были тетиным коньком.

Джулс пришлось сдерживаться, чтобы не проглотить все за минуту. Покончив с едой, она сидела, мечтательно рассматривая огонь, гладя Мерлина и потягивая вино: насыщенное, терпкое, с пряными ягодными оттенками.

Она испытывала сразу два чувства: восторг и умиротворение, и это было очень приятно.

Повернув голову, она заметила, что Фло за ней наблюдает.

– Я рада, что ты счастлива, милая девочка, – мягко сказала Фло. – Передать не могу, как это согревает мою душу… Ты этого достойна, любовь моя. У вас с Романом будет замечательная жизнь, я не сомневаюсь.

– Эй, не спеши, – улыбнулась Джулс. – Еще рано…

Однако Фло знала, о чем говорит: губы Джулс сами растягивались в улыбку.

Внезапно она погрустнела. Все это прекрасно, они с Романом счастливы, а что будет с тетей Фло?

– Я немного переживаю, как вы с мамой уживетесь, – не выдержала она.

– Ах, кстати… я тут сегодня смотрела, – нарочито бодро ответила Фло, – в Уитчерч-Эстейт сдается симпатичная двухкомнатная квартирка. Магазины рядом, и до пляжа не очень далеко. На автобусе можно доехать.

– Уитчерч-Эстейт? Это уже слишком! Там опасно!

– Ну, не знаю, – с наигранной веселостью сказала Фло. – По-моему, ты преувеличиваешь. Мне везде встречались замечательные люди.

– Ты судишь по себе.

Фло протянула ей распечатку из агентства недвижимости.

– Вот, глянь.

Это был многоквартирный дом малоэтажной застройки, когда-то белый, а теперь грязно-серый, с буро-зелеными пятнами. Фотограф даже не счел нужным убрать побитую тележку для покупок и грязный матрас, попавшие в кадр. Джулс пробежала глазами уклончивое описание, в котором основное внимание уделялось плану квартиры и фотографиям комнат. Отставшие обои и шторы на перекошенном карнизе производили угнетающее впечатление.

– Ужас какой, – мрачно резюмировала Джулс.

– Зато комнаты приличных размеров.

– Ага, конечно.

– Да, освежить стены не помешает, – признала Фло. – Если что, поможете? Я куплю пива и сделаю чили – устроим новоселье с покраской.

– Неужели нет других вариантов?

– Доступно по цене, – твердо произнесла Фло. – Нечего тут мудрствовать. Моей пенсии хватит на аренду, и я смогу дожить до следующей, если не шиковать. Это главное.

– Вовсе нет, – упрямо возразила Джулс.

Тетя Фло, которая провела всю жизнь в трудах и заботах о других, не должна на старости лет обитать в таких условиях.

– Я тебе помогу, – добавила она.

Бог знает как, но она непременно это сделает.

– Ни за что, – твердо ответила Фло. – Я никогда не влезала в долги и не собираюсь начинать на старости лет.

– Ты же согласилась переехать к маме. По крайней мере, будешь жить в Мидлмассе, рядом с Дианой и Мунго, а не в наркопритоне.

– Ты преувеличиваешь, дорогая, – сказала Фло. – Нужно смотреть правде в глаза. Мы с твоей мамой в одном доме – верное смертоубийство. Ничего, я и сама справлюсь.

Ну почему она так одинока? Джулс с трудом сдерживала слезы. Только бы Фло не заметила. Надо быть сильной.

– Почему ты так и не нашла своего Романа? – спросила Джулс.

Фло фыркнула.

– Кто тебе сказал? Может, и нашла, – возразила она. – Я, знаешь ли, тоже когда-то была молодой и красивой.

– Конечно. Ты и сейчас прекрасна. По крайней мере, так считает Грэм.

– Ах, Грэм… Он милый, благослови его господь, но я не могу назвать его любовью всей своей жизни.

– А кого можешь?

– Так я тебе и сказала, – улыбнулась Фло. – Ах, приятно вспомнить… Господи, как давно это было…

– И все-таки ты не осталась с этой загадочной личностью?

– К сожалению, нет. Тем не менее я считаю, что «лучше любить и потерять…» и так далее.

Фло грустно замолчала.

– Ты категорически отказываешься переехать к маме?

– Боюсь, у нее слишком тяжелый характер, – сказала она, возвращаясь к предыдущей теме. – Я уже тебе объясняла, что на то есть причины. Она рано осиротела…

– Ей повезло, что ее вырастила ты, – перебила Джулс.

– А мне повезло с тобой. Конечно, ты появилась неожиданно, и бедняжка Мэгги, сама еще ребенок, не очень хорошо справлялась с ролью матери.

Фло задумчиво смотрела в огонь, вспоминая прошлое.

– А ты случайно не знаешь, кто мой отец? – поинтересовалась Джулс.

Она никогда раньше не спрашивала у тети так в лоб. Как-то имела неосторожность попытаться узнать у матери и долго потом не могла прийти в себя после истерики, отбившей у нее всякую охоту задавать вопросы.

– Конечно, знаю, – вздохнула Фло. – По крайней мере, почти уверена.

Джулс ждала, сердце выскакивало из груди. Господи! Неужели у нее вдруг появится отец? И, может, сводная сестра или брат?

– Дело было летом… – продолжала Фло, – сразу как Мэгги – твоя мама – бросила колледж и пошла на курсы секретарей-машинисток.

– Какая банальность, – заметила Джулс. – Почему раньше считалось, что женщина способна только варить кофе, знать стенографию и сидеть на коленях у начальника?

– Насчет этого не скажу, – ответила Фло. – В те годы такие курсы пользовались огромной популярностью. Мэгги была довольно способной, но для университета ей не хватало трудолюбия и усидчивости. Жаль: учеба пошла бы ей на пользу, заставила повзрослеть. А она просто искала, кто вытащит ее из такой дыры, как Мидлмасс, в местечко повеселее, и чтобы не напрягаться. Она была очень красива и думала, что этого достаточно.

Фло отпила вина, посмотрела на огонь и вновь погрузилась в воспоминания.

– Мэгги устроилась администратором в Гранд-отель на набережной, ну тот, знаешь, в стиле ар-деко, на свадебный торт похож… В двадцатые годы он поражал своей роскошью, а сейчас такой облезлый, смотреть жалко. Так вот, там работал бармен, звали его Алистер – гораздо старше Мэгги, но очень интересный мужчина, и любил сорить деньгами. Ах да, и по уши женатый, я упомянула?

– Ого, – потрясенно пробормотала Джулс.

– Так вот, – продолжала Фло, – не знаю точно, кто на кого запал, но бедняжке Мэгги хватало наивности думать, что она для него что-то значит. А ему, думаю, льстило, что красивая девчонка так слепо в него влюблена. Скрывать они даже не пытались. Сплетни, пересуды, дошло до его несчастной жены, на том все и закончилось: Мэгги указали на дверь. Она потеряла Алистера – насколько вообще могла его «иметь», – а в придачу и работу.

– Как несправедливо!

– Согласна. Бедная глупышка. Так было принято: уйти должна разлучница. Полный абсурд, и тем не менее.

Тетя Фло задумалась на мгновение.

– Мэгги была в отчаянии. Конечно, я ей сочувствовала; один бог знает, сколько мне