Не убей меня, злодей! Я тебе ещё пригожусь - Инна Бабушкина

- Ты сохранила жизнь моей девочке, - прервал, вмиг разгибаясь и становясь воинственнее. - После ее казни, - зло зыркнул на герцога, - меня перенесло во времени, буквально на пару дней после того, как я отослал тебя... ее в этот чертов дворец, чтобы найти жениха и не заниматься глупостями. Послал эти платья, думая, что ты вернешься и простишь мою грубость. А когда от тебя не пришло ни весточки, отправился в дорогу, чтобы встретить... это недоразумение, - вновь озлобился на Торвина.

- Но как так вышло? Что мы поменялись телами?

- Все так колдунья, - чертыхнулся аристократ. - Моя свекровь - старая ведьма. Дочка мечтала о несбыточном - обрести жизнь в мире, где... ей будет легче. Я был уверен, что это невозможно, но... похоже, она сумела выведать заклинание обмена. Слишком опасное, чтобы его применяли на практике. А чтобы вытащить душу из другого мира... тут понадобится баснословное количество маны.

- Родовое кольцо, - протянул герцог, развеивая иллюзию.

Мир вокруг начал таять. Озеро, мост, город - все исчезало, словно смывалось чьей-то рукой. И когда я моргнула, мы очутились в кабинете. Торвин стоял у окна, по-хозяйски расположив руку на моей талии. Граф же застыл у камина и молча смотрел на пламя, думая о чем-то своем.

- Потому в нем остались лишь крупицы - чтобы и змею перетащить в тот мир и поквитаться, - подвел итог, отбрасывая украшение на стол.

- А ведь есть за что, - нахмурилась, вспоминая телесные ощущения Андреасы. В них не было ничего сопутствующего злому человеку. Ни злобы, ни зависти, ни жажды убийства. Лишь тревога и тоска. - Если Мирабель подделала все нападения со мной, то и графиню...

- Попросту подставили, - не в силах более держаться на ногах вечно строгий и сильный мужчина опустился в кресло, зарываясь ладонями в волосы. - Каким же я был идиотом!

- Выходит, что так, - не спешила его успокаивать. Я чувствовала страх предшественницы - в ее прошлой жизни не было места любви.

Лишь одиночество и настолько сильная потребность в принятии, что девушка готова была рискнуть жизнью, лишь бы покинуть стены ненавистного дворца и... дома.

Я не могла ее ни в чем винить, прекрасно понимая. Потому лишь желала, чтобы та построила такую же счастливую жизнь, какую выпала возможность создать и мне.

- Я бы хотел послушать эту занимательную историю, - осторожно шепнул герцог.

- Как сказку перед сном? - поиграла бровями, чуть опуская ладонь с его лопаток к более занимательным частям тела.

- Нет уж, ночью займемся чем-нибудь поинтереснее, - осторожно прикусил мочку уха, заставляя покрыться мурашками.

- Что ж, тогда оставлю рассказ на дорогу, - поцеловала мужчину в подбородок и позволила вернуться к делам.

* * *

В один из вечеров, когда мужчина был разгорячен, но уже спокоен и позволял ласково расчесывать его спутанные и чуть влажные волосы, меня посетило смутное озарение:

- Отчего же чары не подействовали на принца? Допустим, что место в твоем сердце я хитро выкрала. Но что же наследник? - недоумевала из-за несостыковки. Неужто примитивная дыра в сюжете?

- Обаяние змей не действует на влюбленных мужчин, - едва ли не промурлыкал муж, лениво подставляясь под ласку.

- Неужто он может быть заинтересован кем-то настолько серьезно? - совсем не верила.

Леандро казался таким ветреным... да даже если он был влюблен в одну девушку, разве же станет заинтересованный мужчина на глазах у всех ухаживать за другой?

- Наследником быть тяжело. Хотя бы потому, что человеку его положения приходится быть осмотрительным в сто крат больше, чем кому-либо. Это сейчас на провинциалку никто не стал покушаться - не та публика... Да и девушка стала бы лишь временным увлечением, - ну я бы так не сказала. - Потому, пока он не может себе позволить признаться в столь глубокой зависимости...

- Привязанности, - толкнула Торвина в плечо, за что сразу получила - меня загребли в медвежьи объятья, чтоб ручки не распускала. Недовольно засопела ему в шею, игриво потираясь носом о шею.

- Думаешь, ему удастся обрести счастье с возлюбленной?

- Если возьмется за ум...

Эпилог II. Свобода пахнет по-разному. Кому-то книгами, а кому-то антисептиком

Меня никогда не выбирали.

Ни женихи, ни даже родители. Что уж скрывать, собственная мать отказалась от бездарного дитя, покидая графство спустя всего месяц после моего рождения. А отцу все время было некогда.

Это казалось какой-то ошибкой судьбы. Разве можно, родясь в богатстве и браке, быть настолько ненужной и несчастной? Будто я существую рядом с собственной жизнью, но никогда не управляю ей.

А когда я осмелилась и нашла занятие, что дарило такое необходимое тепло... единственное, что приносило мне удовольствие и спокойствие... меня каждый раз прогоняли из дома.

Чтобы закончила с бреднями, чтобы взялась за ум, чтобы нашла жениха и покинула родительский дом.

Об обучении в академии или, не дай бог, работе отец и слышать не желал. Он в принципе не желал меня слушать, но эта тема всегда вгоняла его в тихую ярость, что сопровождалась разочарованным поджиманием губ и треском окон от всплеска магии. И тогда я умолкала.

Более мы ни о чем не беседовали и даже не виделись - мне было невыносимо сидеть с ним за одним столом, не то что появляться на мероприятиях.

Я мечтала лишь об одном - о лучшей жизни! О свободе! О месте, где можно было бы дышать полной грудью, смеяться, ошибаться, быть несовершенной и всё равно любимой. Где не нужно было бы притворяться. Где не считали бы морщинки на лице и не оценивали достоинство по размеру приданого.

Но судьба, кажется, записала меня в нелюбимицы. Потому как в ответ на молитвы я получала новое приглашение на бал и подготовленную карету. С сотней чемоданов, как знамя совершенно напрасно прожитой жизни, в придачу.

Каждый новый сезон становился хуже прежнего. Стоило людям вспомнить, что дева моих "преклонных" лет с каждым годом становится лишь старше и уставшее, как косые взгляды, смешки, перешептывания начинали сыпаться на меня с извращенным изобилием.

Но хуже всего - подозрения! Что бы не случилось, а вину всегда перекладывали на меня.

Без суда и следствия.

И когда в череде безумия появилась она, словно ангел, я была уверена, что мне ниспослал благословение!

И вновь жестоко ошиблась.

Сколько бы я