Наследники. Выжить в Академии - Екатерина Шельм

— Некоторые твои друзья? Кто именно? Бугарди или этот Питер Молл?

— Не угадала.

Дейвон подошёл и мягко взял моё запястье.

— Покажи.

— Зачем? Ты же не лекарь.

— У тебя не осталось исцеляющих зелий?

— Зачем тратить, если есть Врона?

— Какая похвальная бережливость.

— Увы, приходится. У меня же нет бесконечных запасов магических сил, как у… — я стушевалась, потому что Дейвон осторожно смахнул грязь с моих поцарапанных пальцев и подул на ранки. — Как… как… что ты делаешь?

— Ничего, — сказал, не поднимая глаз. — Ты сильно ушиблась.

— Я… извини. — я отняла руку. — Давай, пожалуйста, пойдём к лекарям. Раз уж мы не можем найти этого негодяя, что тратить время на пустые разговоры.

Дейвон отшагнул, отвернулся. Неловкость мгновение повисела в воздухе, но он быстро взял деловой тон.

— Почему ты была в этом классе сейчас? Разве ты не должна быть на занятиях у Соры?

— Он меня отпустил. Сказал, что я позорю магическое искусство и прочее. Велел являться только на зачёты, а время тратить на зелья.

— Какая невероятная щедрость с его стороны. — недобро сказал Дейвон.

— Думаешь, он специально отправил меня…

— Он не знал, куда ты пойдёшь, не так ли? Но ты осталась одна, это стало удобным моментом. И теперь такие моменты будут каждый день, выходит?

— Все знают где я буду одна несколько часов каждый день. — я похолодела. — Силы колдовские!

— Не думаю, что Сора пытается подыграть твоим врагам. Он просто не терпит посредственных магов.

— Спасибо, полегчало!

— Я поставлю защиту на твой скворечник. Войти смогут только те, кому ты доверяешь. Так что будь любезна, выбирай их с умом.

— Или сильный маг, который сможет снять твои чары.

— Или так. Если боишься, ты знаешь, что делать.

— Подними руку и так далее, я помню, спасибо.

— Но до твоего защищённого скворечника ещё добраться нужно. А путь не близкий. На любом повороте тебя может кто-нибудь поджидать. Деньги слишком уж сладкие. Многие уже представляют, как купят себе имение где-нибудь на юге, будут есть персики и пить за упокой твоей души сладкое анпанское вино. Картина выходит очень привлекательная, так что покушений станет еще больше.

— А ты много об этом думал, да? Себя не представляешь на фоне морских закатов?

— Бывает, я, знаешь ли, не так богат, как Альтаренсы.

Дейвон улыбнулся. И я (проклятое сердце заткнись!) улыбнулась ему в ответ. Ну почему именно с ним мне было так спокойно и одновременно так волнительно?

— Спасибо, что помогаешь.

— Не хочу, чтобы ты умерла.

— Ты в меньшинстве.

Дейвон сделал шаг и поднял моё лицо за подбородок.

— Если страшно, можешь уйти отсюда. Не забывай, ты не обязана здесь быть.

— Всё в порядке. — я ненавязчиво отстранилась. — Я, конечно, тревожусь, но, полагаю, это отличная школа жизни.

— Тебя убить могут, Фиалка. Это не шутки.

— Разве я смеюсь? Пожалуйста, отведи меня к лекарям. Болит всё ужасно.

— Что ты им скажешь? — Девон зашарил по внутреннему карману кителя, ища шпаргалку чар переноса. — Если заявишь, что на тебя покушались, они доложат офицерам.

— И Сора вернёт меня на занятия. Нет уж. Скажу, что упала. Могла же я скатиться с лестницы.

— Ты? Ещё как!

Дейвон приобнял меня, разжёг портал, и мы шагнули в лазарет.

Талантливый лекарь Врона срастил мне кости с таким видом, будто делает всему миру невероятное одолжение. И хоть его кислая мина слабо походила на сочувствие, пришлось признать, что мне повезло «упасть с лестницы» в его смену. Врона самодовольно сообщил мне, что с другим лекарем пришлось бы ночевать в больничном крыле, но невероятно талантливый он заштопает “ эти пустяковые царапины» раньше, чем я зевнуть успею. Я на это предпочла вздохнуть, изображая благоговейный трепет.

Врона был полезным малым, жаль я ему не нравилась. Если бы не он, я бы не успела закончить уборку. Это принесло бы ещё одну удавку и риск вылететь из академии. Чтобы не выгнали, пришлось бы сознаваться, что летела я не через пять ступенек, а через пятнадцать этажей.

Словом, уходя из лазарета, хмурому Вроне я улыбалась, как родному брату.

Меньше чем через час я вернулась в кабинет капитана Хельды, который так стремительно покинула. Решила никому не давать больше повода заглянуть на огонёк и заперла дверь на торчащий изнутри замочной скважины ключ.

Когда чуть позже я выуживала из валяющегося всюду хлама тряпки, швабры и порванные пакетики из-под порошков, в дверь недовольно забарабанили. Я побежала открывать. На пороге стоял офицер-здоровяк под два метра ростом, которому вменили отряд Щеглы, и которого я подозревала в преподавании боевой подготовки. И не без оснований. Он выглядел так, будто может передробить в теле человека все кости, просто посильнее сжав в объятиях. Волосы у него были золото с серебром, а брови, ресницы и борода тёмные. Гигант посмотрел на меня сверху вниз всего мгновение и заорал:

— Это ещё что за новости! Заперлась в моём кабинете?! Да как посмела! — он затрясся от злости, а я похолодела от ужаса.

— Простите, сэр! Я тут убираюсь по указанию Зурги.

— И зачем запираться?

Он вошёл, расстегнул ремень, снял с исполинских плеч китель и швырнул на гору вещей вокруг стула. На нём осталась белая, немного трещащая по швам, рубашка. Он расстегнул манжеты и стал закатывать рукава.

— Боишься, что кто-то увидит тебя за таким неподобающим королевской особе занятием, Церингер? Не царское это дело полы драить? — я как дурочка уставилась на его волосатые запястья.

— Э…

— Стоит проверить, хорошо ли ты надраила тут всё? — надменно спросил он. Его ярость волшебным образом испарилась, офицер смотрел хитро и язвительно.

— Я… я… Это магические порошки, сэр. Я, собственно, ничего не делала, только равномерно распределила их по поверхностям.

— Да неужели? Тогда выметайся. А то начнут судачить, что у нас с тобой неуставные отношения, — по лицу мужчины поплыла сальная улыбочка. — Или уж оставайся, — он дёрнул кустистыми бровями. Я головой помотала, так быстро он прыгнул от гнева к приставаниям. Это что какая-то странная проверка?

— Уже ухожу, сэр. — подхватила ведро и побежала за шваброй.

— А это что? — офицер заинтересовался Ящиком. Я в ужасе застыла, боясь, что глупый артефакт затоптал какие-нибудь нужные ему бумажки, и меня сейчас снова вышвырнут из окна. — Разумный?

— Нет, сэр. Полуразумный. Это фамильный…

— Это же ящик Альтаренса! — проговорил он севшим голосом. — Не знал, что ты привезла его сюда. — От игривости и следа не осталось, теперь передо мной был восхищённый учёный, которому показывают новейшее изобретение. Хельда сунул руку в карман на груди и вытащил очки. Тоненькие дужки и прямоугольные стёкла на