После того как мы упали - Мила Любимая

Кронос уже был готов к активным боевым действиям и это еще больше возбуждало.

Ян провел пальцами по моему бедру, с особой нежностью очертив изгибы.

— Презервативы в ящике… — прошептала я, прикусив мочку его уха.

Он потянулся к комоду, выдвинул ящик и достал оттуда один презерватив, зубами разорвал упаковку, а затем раскатал резину по члену.

— Уверен, что сам справишься? — усмехнулась я, наблюдая за его трясущимися пальцами.

Боже, с ним я еще более испорченная, чем есть на самом деле.

— Это все твоя вина.

— В чем же?

— Знаешь, сколько у меня не было секса?

— Боишься, что забыл инструкцию к маленькому Кроносу?

Не удержалась…

Он, наконец, справился с презервативом, жестко прижал меня к стене, предварительно шлепнув по заднице.

— Я когда-нибудь сожгу тебя, Пожарова.

— У нас рекламная пауза? — рассмеялась я, обвивая его за шею обеими руками. — Ты собираешься заняться со мной сексом, Ян Сергеевич или нет?

Подхватив меня на руки, Ян сделал несколько шагов по направлению к дивану и сбросил меня на него.

— Не проси меня быть нежным, — произнес он, подложив под мою попу подушку. — Не смогу.

— А я и не прошу.

Ян накрыл мое тело своим. Я зафиксировала руки на его плечах, скользя ногтями по разгоряченной спине.

Какое это облегчение просто трогать его. Ощущать кожу под пальцами и осознавать, что этот мужчина мой, что он хочет только меня…

— Ты такая красивая, — прошептал он, упираясь головкой члена в мою уже мокрую девочку.

Че-еее-рт.

Мне кажется, я кончу, стоит ему сделать всего пару движений.

— Ты понял это только теперь?

— У меня было время, чтобы понять, какая ты идеальная.

Одной рукой упираясь в диван, второй приподняв мою ногу, Ян входит в меня. Резко и во всю длину, дав мне пару секунд, чтобы привыкнуть.

Мне кажется, что меня охватил сверхъестественный пожар, такой он горячий. Когда Ян начал совершать короткие, но чувственные толчки, я сильнее впилась ногтями в его спину, обхватив его ногами.

Руки Яна сомкнулись на моей талии, губами он уткнулся в шею, прикусывая кожу.

Сегодня он, похоже, сдержит свое обещание — сожжёт ведьму. Я буду рада сгореть так.

— Быстрее, — всхлипнула я, прогнувшись в спине.

Глаза от наслаждения закатились, пальчики на ногах подогнулись, а тело прострелила первая судорога. Огнем кайф пронесся по всему моему существу. Фрикции становились все более жесткими, все более ритмичными. Комнату наполнили звуки трения наших тел, громкие стоны (то ли мои, то ли его!) и звук сердец, отбивающих оглушительную дробь…

ТУК-ТУК! ТУК-ТУК! ТУК-ТУК!

— Пожарова, — он обхватил мою шею, до боли впившись в кожу. — Ты со мной?

От страсти и желания его красивое лицо исказилось. Сейчас он стал похож на настоящего Дьявола.

Найдя его губы, поцеловала, языком проведя по зубам. Правой рукой Ян сжал мою ягодицу, ударил по ней ладонью и резко перевернул меня, ставя перед собой на колени.

Всего пара глубоких движений и мое тело начинает мелко трясти от сладострастной дрожи. Но Ян продолжает двигаться, глухо рыча прямо на мое ухо. Одна его рука фиксирует меня за шею, вторая между моих ног — крепко прижимает к себе.

Не в силах более выносить сладкого мучения, я взрываюсь, разбиваясь на миллионы осколков.

Черт…

Это прекрасно!

Я учащенно дышу, грудь вздымается, а Ян находит пальцем клитор, лишь невесомо касаясь его.

— Боже! — вырвалось из меня, а глаза от новых ощущений наполнились слезами.

При этом он продолжает двигаться, раскачивая нас. Я теряюсь… ничего уже толком не соображаю. Будто плаваю где-то среди пуховых облаков.

Вертолеты летят… комната кружится…

Ян кончает одновременно со мной, вжимает лицом в подушку, продолжая еще вибрировать во мне. И падает, такой же слабый и вымотанный после секса, как и я, но в самый последний момент притягивает к себе. Так что я утыкаюсь носом в его грудь.

Сделав глубокий вдох, вбираю в себя запах Яна. Думала, что мне никогда не забыть этого аромата, но нет… сейчас он ощущается остро, заново наполняя меня воспоминаниями о лете, арбузном мороженом, ледяном кофе и нас.

Кажется, только что я полюбила раз и навсегда утренний секс.

— Я снова все испортил, — выдохнул Ян.

— Почему?

— Хотел начать с белой стены, — пожал он плечами. — Быть честным, говорить правду. В конце концов, поухаживать за тобой красиво, чтобы ты уже влюбилась в меня полностью. А мы с тобой переспали.

Я и так в него втрескалась по самые гланды. Но против красивых ухаживаний (после секса) тоже ничего не имею против.

— Стоит заметить, что секс был очень даже приличный.

Сотников шлепнул меня по заднице.

— Пожарова, тебе напомнить, как ты орала?

— Как же? — подняла на него глаза.

— Как долбаная ведьма Банши.

— Всего лишь физиология, милый.

Поспешила выбраться из его объятий, поскольку не хотела, чтобы на моих булочках остались еще какие-то доказательства слабости к этому парню.

Встав с постели, накинула на себя плед, и двинула в зону кухни, намереваясь приготовить кофе.

Это именно то, что нужно! Без кофе я сегодня точно не проживу.

— Сделаешь мне? — крикнул вдогонку Ян.

— Ага, — пробурчала про себя. — Вот брошу все и начну тебе печеньки печь.

— Не откажусь.

Ян подошел ко мне со спины и обнял за талию, упёршись подбородком в мое плечо.

— Ты куда собралась?

— Мне на работу, — ответила я. — А тебе пора домой. Надеюсь, ты не подумал, что…

— Что? — он развернул меня к себе лицом.

— Ян, — нервно сглотнула, отлизав губы. — Это ничего не значит.

— А я не собираюсь делать тебе предложение руки и сердца, Пожарова.

— А я не собираюсь на него соглашаться.

— Ну раз мы…

Где-то зазвонил телефон.

— Это твой, — я развернулась обратно к столешнице. — Ответь на звонок, вдруг это важно.

— Сейчас нет ничего важнее нас с тобой.

— Ян, я так на работу опоздаю. Ответь на чертов звонок.

Он так напрягся, что у него даже задергались желваки. Но круто развернувшись, Сотников все же исчез в прихожей. Без понятия, с кем он разговаривал, до меня доносился лишь его спокойный, приглушенный голос.

На скорую руку приготовив завтрак, состоящий из кофе и бутербродов с сыром и карбонадом, я уселась за барную стойку.

Ян вернулся уже наполовину одетым, представ передо мной в голубых джинсах и с обнаженным торсом.

Кто бы сомневался…

А я, между делом, заметила на его груди новую татуировку — черное сердце, пронзенное стрелой, и мелкая надпись под ним.

— Что там написано? — зачем-то спросила я.

— Расскажу, когда согласишься стать моей.

Боги, он невыносим.