Невеста с гаечным ключом - Лея Кейн

— Зато ко мне вернулся коммуникатор, — похвастался он прибором. — Зря только настройки скидывал.

— А что вы сказали про Иссара? Он знает о вашем плане?

— Я блефовал.

— Это я его научил, — напомнил о себе Кассиан, развалившись в кресле и уставившись здоровым глазом на напряженного Райнера. — Расслабься, лосяра. Не буду я с тобой драться. В холодильнике есть еда. Перекусите.

— Может, сначала вы посвятите нас в свой план? — предложил Райнер.

— Из-за заварушки на рынке я не успел сделать документы. Теперь туда не попасть. Там охраны больше, чем в Валгалле. Но те славные ребята, которых твоя подружка и мой брат потрепали…

— Троюродный, — уточнил Арриан.

— В общем, те ребята сопроводят в Валгаллу принца Арриана, его невесту и брата… троюродного, — проворчал он напоследок.

— Какую еще невесту? — нахмурился Райнер.

— Ты ему не сказала? — удивился принц.

— Не было времени.

— Что я пропустил? — спросил у меня Райнер.

— Это уже не имеет значения. Все пойдет по другому сценарию, — пояснила я.

— Мы же уже договорились, — начал злиться Арриан.

— На тот момент мы не знали, чем я насолила Генералу-Протектору. Теперь у меня в рукаве козырь, который не только нас спасет, но и всю Кассандру с ног на голову перевернет.

— Какой козырь? — с подозрением спросил принц.

— Я Владычица Кассандры.

В комнате повисла тишина. Кассиан перестал прикладывать лед к глазу и уставился на меня, словно впервые видел. Арриан же, казалось, окаменел.

— Ну да, — ухмыльнулся Кассиан, — а я самый честный человек во вселенной.

— Это правда, — подтвердил Райнер. — У Генерала-Протектора на руках результаты генетического теста. Невия — законная наследница престола Кассандры.

Арриан устало выдохнул, потупил глаза в пол и вдруг пробормотал:

— Теперь ясно, почему Тавиан Грок оставил пост и какую клятву он сдерживал столько лет. Он оберегал дочь истинного Владыки.

— Вот только это был не Владыка, а Владычица, которую по приказу Кластера убил Генерал-Протектор, — произнесла с омерзением ко всему, что связано с той проклятой Федерацией. Меня даже от Арриана стало воротить, ведь он тоже был частью той кровожадной системы. — И я не собираюсь делать вид, что все в порядке. За убийство моей мамы ответят все.

Принц, наконец, вперил в меня пристальный взгляд и похолодел. Наверное, выглядела я грозно, хоть и прекрасно понимала, что не гожусь для политических игрищ. Но сдаться с моей стороны означало предать память Астреи Райлин.

— Мне очень жаль, — произнес Арриан, но в этот раз на самом деле искренне, а не как тогда, когда узнал, что я сирота. — Кластер нуждается в колоссальных реформах. Но в одиночку ты не справишься. Он слишком глубоко проник в Кассандру. Моя помощь тебе остро необходима. Заключим династический брак, который защитит тебя от Кластера. Иначе нет гарантии, что ты не закончишь, как твоя мать.

— Зубы сломают, — буркнула я. — Нам не нужен этот брак, чтобы что-то изменить. Достаточно того, что будущий Император Главной Империи теперь знает Кластер изнутри.

Я чувствовала, как меня переполняет смесь злости и решимости. Всю мою жизнь меня считали никем. Всю жизнь я думала, что моя мать выбросила меня, как щенка. Всю жизнь я задавалась вопросом, почему судьба ко мне так несправедлива. Но утопать в интригах я не намеревалась. Всплывшая правда может изменить мой образ жизни, но не меня саму. И я никогда не променяю Райнера даже на всех принцев Галактики. А способ поквитаться с Кластером обязательно найду.

— Что ты там про нашу семейку говорила? — первым нарушил тишину Кассиан.

— Давай в детство впадать не будем? — ответила я.

Арриан, смирившись с новыми обстоятельствами, швырнул коммуникатор на стол и заявил:

— Значит, план меняется.

Глава 34

План изменился в корне. Теперь мы двигались к Валгалле не как беглецы, преследуемые Генералом-Протектором, а как делегация, требующая аудиенции Владыки. Нас сопровождало три десятка имперских миротворцев и дюжина солдат. Целый кортеж глянцевых вездеходов с ревом мчал по дороге, ведущей в столицу. А я все еще не могла до конца осознать, как кардинально изменилась моя жизнь за какие-то неполные сутки.

Валгалла предстала перед нами во всем своем великолепии и уродстве. Неприступные стены отделяли сверкающие небоскребы и утопающие в зелени парки от грязных трущоб, нищеты и голода остальной Кассандры. Контраст не просто бил по глазам, а вызывал тошноту. Именно сюда стремились попасть все обитатели планеты, но лишь избранные удостаивались этой чести.

Перед нами распахнулись огромные ворота, и мы въехали на территорию столицы. Здесь все было другим: чистые улицы, ухоженные газоны, идеально вымуштрованные патрульные. Каждый камень здесь был на своем месте, каждое дерево подстрижено по линейке.

Нас встретил эскорт из бронированных транспортеров, который должен был сопроводить гостей к главной резиденции Эмриса Второго, где нас уже ждали.

Проезжая по широким проспектам Валгаллы, я видела витрины магазинов, ломящихся от роскоши, элегантных горожан, одетых в дорогие ткани, автоматы, раздающие свежие фрукты и прохладительные напитки.

Я видела счастливых детей, играющих на идеально ровных лужайках, а за стенами столицы тем временем дети работали, не разгибая спины, чтобы помочь родителям.

Я видела стариков, неспешно прогуливающихся по паркам, с их спокойными и умиротворенными улыбками, а за стенами столицы старики умирали в нищете, брошенные своими семьями, которые сами едва сводили концы с концами.

Видела девушек, балующих своих маленьких собачек, наряженных в яркие комбинезоны и украшенных бриллиантовыми ошейниками. Они с умилением гладили их по шелковистой шерсти, подносили им лакомства из серебряных мисочек и фотографировали. А за стенами столицы бродячие псы сбивались в стаи, рылись в мусоре в поисках еды и погибали от болезней и жестокости людей.

Видела мужчин, выходящих из роскошных машин и гордо несущих себя в рестораны и банки. Они были хозяевами жизни, вершителями судеб, а за стенами мужчины барахтались в болоте безысходности, пытаясь заработать хоть какие-то гроши, чтобы выплатить налоги и прокормить свои семьи.

Это был другой мир, отрезанный от остальной Кассандры не только теми самыми стенами, но и пропастью благосостояния. Мир, от созерцания которого меня охватывала лютая ярость.

Наш кортеж остановился перед огромным зданием, отделанным белым мрамором и сверкающим в вечерних лучах золотом.

«Главная резиденция Владыки Эмриса Второго» — гласила официальная вывеска.

Райнер присвистнул: