Мое имя Морган - Софи Китч

– Ты уверена, что это разумно, если она не просила тебя прийти?

– Утер мешает нашим встречам, он всегда так делает. Но ты – дочь рыцаря, моя приближенная. Вежливость требует, чтобы девица твоего ранга лично ей представилась. – Я соскочила с табуретки и схватила подругу за руки. – Пожалуйста, Элис, скажи, что пойдешь со мной.

Она с нежностью посмотрела на меня.

– Конечно же. Веди.

Я по-прежнему помнила все уголки и закоулки Тинтагеля; по лестницам для прислуги и узким коридорам мы добрались до матушкиных покоев на северной стороне замка, к дверям в задней части ее гостиной. Каждое утро после молитвы она перекусывала тут за длинным столом, хотя когда-то делила эту трапезу с отцом, чего Утер, конечно, не знал.

Я ворвалась в полутемную комнату, Элис вошла следом. Матушка стояла у стола, положив руку на спинку стула, как будто собиралась усесться, только ни еды, ни питья видно не было.

Она резко обернулась.

– Морган! Я за тобой не посылала.

– Знаю, – сказала я, – но мне нужно…

– Не сейчас, – оборвала она. – Ты должна уйти.

– Матушка, пожалуйста!

– Пусть девочка говорит, госпожа моя, раз уж у нее такая срочность.

Я не заметила его, и потому этот протяжный рокот наполнил меня ужасом. С ужасающей медлительностью массивная фигура Утера Пендрагона выступила из тени и двинулась в нашу сторону в зеленоватом рассветном полумраке.

– Рад тебя видеть, Моргана. Надеюсь, эти годы пошли тебе на пользу. – Его сентенция острым лезвием скользнула по коже. Он широко раскинул руки. – Молю, поведай нам, что у тебя за беда такая.

Мне пришлось сглотнуть подступивший к горлу комок ненависти, но я все равно получила мимолетное удовольствие, солгав ему прямо в лицо:

– Эта леди, моя приближенная, до сих пор не была представлена официально, и ей не годится сидеть за королевским столом, не получив на то соизволения королевы.

– Или короля, – рявкнул Утер, но сделал движение в сторону матери: – Прошу вас, моя госпожа. Я не потерплю, чтобы у меня в доме отклонялись от заведенного порядка вещей.

– Конечно, господин мой. – Матушка чопорно повернулась ко мне, теребя пальцами высокий расшитый ворот платья. – Это будет сделано, Морган, но сейчас мы заняты. Иди, я скоро пришлю за тобой.

– Незачем, моя королева. – От бодрого голоса Утера волоски у меня на руках вздыбились; король мягко подошел ближе. – Я поражен, что Моргана вообще об этом подумала. – Его змеиный взгляд метнулся к Элис. – Скажи мне, юная дева, кто твой отец?

Элис открыла рот, но матушка перебила ее.

– Это может подождать, мой господин. Нужно продолжить наш важный разговор.

– Я думаю, мы уже все решили. На самом деле… – Утер со звучным хлопком соединил свои жесткие ладони, – мы можем объявить Моргане о нашем решении прямо сейчас, раз уж она тут.

– Почему вы обо мне говорили?

– Мой господин, не сейчас! – взмолилась матушка, но это был слабый протест, в успех которого она явно не верила.

– Скажите мне! – настаивала я.

Матушка вздохнула и показала на Элис.

– Она принесла тебе клятву верности? Пообещала хранить твои тайны даже под страхом пытки или смерти?

Я протянула руку и схватила Элис за руку.

– Нет, но я доверяю ей, я…

– Так не годится. – Матушка бросила на Элис холодный королевский взгляд. – Как ни жаль, вам придется нас покинуть.

Я стала протестовать, но Элис покачала головой.

– Нет, cariad. Я должна идти. Подожду тебя в твоих покоях. – Она сделала матушке реверанс, произнесла: – Госпожа моя королева, – и двинулась к главному выходу.

Я проводила взглядом ее напряженную спину. Дверь перед ней распахнул сам Утер, и я услышала, как моя подруга пробормотала: «Мой господин», прежде чем он захлопнул тяжелую створку за ее спиной. Я стояла смирно, собираясь с духом.

– Мне хотелось бы знать, зачем меня призвали в Тинтагель? Аббатиса Гонория сказала, нужно решить какие-то правовые вопросы.

Матушка отошла в сторонку, остановившись перед высоким тусклым окном. Что бы ни ждало меня впереди, это затеяла не она, но и воспрепятствовать происходящему, как всегда, была не в силах. От лопаток к затылку вдруг пробежала зловещая волна мурашек, одновременно холодная и обжигающая.

– В некотором роде это действительно правовой вопрос, – подтвердил Утер. – Ты слишком погружена в свой маленький мир или, может, все же заметила, что кроме тебя призвали еще кое-кого? Среди новых лиц есть особенно важная персона. Ты видела этого человека за столом, рядом со мной. Это Уриен, король Гора.

– Ага, еще один из ваших карманных корольков, – сказала я пренебрежительно. – Ничего нового в этом нет.

Губы Утера раздраженно дрогнули.

– Я смотрю, Моргана, в монастыре ты не пообтесалась. Тебе бы лучше вспомнить о манерах, прежде чем ты познакомишься с королем Уриеном.

Смысл разговора пока что ускользал от меня.

– Я буду такой, какая есть. До его мнения мне нет никакого дела.

– Вот и напрасно. – Глаза Утера внезапное осветило дикое ликование. – Тебе должно быть дело до его мнения, ведь он – твой будущий супруг.

Мне следовало бы догадаться, что к этому все идет: по злорадному спокойствию Утера, по тихой тревоге матушки, по наплыву гостей, по знакомым кипучим приготовлениям. Я вспомнила о том, как Элейн выдавали замуж, и вот теперь настала моя очередь. Тот факт, что новость поразила меня словно арбалетным болтом, не делал чести моей сообразительности.

Я оперлась на спинку стула, меня поддерживал вздымавшийся внутри гнев.

– Он не будет моим мужем, – отрезала я. – Я решительно отказываюсь.

– Нет, ты решительно согласишься, – ответил Утер. – Формальная помолвка уже состоялась.

Я бросилась на него, согнув пальцы как когти, готовая выцарапать ему глаза, но, оказывается, матушка могла очень быстро двигаться, хоть я и никогда этого не знала. Она перехватила мое извивающееся тело, приняла на себя яростный порыв, крепко обвив руками талию, и, как барьер на ристалище, разделила меня и своего посмеивающегося мужа.

Я вырывалась от нее, плюясь, будто кобра.

– Вы напрасно считаете меня такой дурочкой. Я знаю, что помолвка незаконна, если я не принесла при свидетелях клятву верности.

Утер расхохотался; матушкины руки крепче вцепились в мое тело.

– И все же, Моргана, – лениво процедил он, – тебе придется подчиниться. Вечером ты будешь представлена королю Уриену, сядешь подле него за стол и дашь ему возможность оценить то, что ему предстоит увезти с собой в Гор.

– Ни за что!

Сколько раз еще мне придется повторять эти слова? Насколько взрослой, злой и сильной должна я стать, прежде чем до него дойдет: я всегда буду противостоять ему, не страшась наказания, буду сражаться до последнего вздоха, отказываясь подчиняться приказам, которые исходят из его лживых уст убийцы.

– Король Уриен