Властному дракону по вкусу злодейка - Анита Жарова

С другой стороны…

Я подняла глаза, заглянула в золотистые радужки. Искала ответ на главный вопрос…

— Почему мне иногда кажется, что вы спасаете меня вовсе не из-за Узла Душ?

Упоминала реликвию максимально тихо, фактически бесшумно шевельнула губами. Не хотела, чтобы кто-то, особенно императрица-регент, слышали.

Вместо ответа дракон плотоядно усмехнулся.

Обернулся к императрице:

— Это уже не приказ. Миледи Крейн находится под защитой рода Дарионов. Засвидетельствовать.

Я не успела понять, кому именно он отдал распоряжение, потому что следующая секунда выбила воздух из лёгких. Император подхватил мое лицо за подбородок, повернул к себе, заставляя заглянуть ему в глаза.

— Это ответ на твой, — мягко выдохнул, чуть наклоняясь.

— А?.. — вырвалось у меня глупо, растерянно. Я успела только втянуть воздух и почувствовать, как к щекам приливает жар. — Ой…

Все. Больше ничего произнести не успела.

Его губы накрыли мои резко, без подготовки, без шанса увернуться. Горячие, как раскаленное железо. Поцелуй не был нежным. Нет. Он был властным, утверждающим, будто он ставил точку там, где все ждали приговора.

Глава 31

Ладонь легла на мой затылок, удерживая. Не позволяя отстраниться. Не оставляя выбора — и в то же время странным образом даря его.

Я слышала, как кто-то резко вдохнул. Окружающий мир замер и сузился до ощущения его горячего дыхания и стука крови в моих висках.

Губы горели, а он все целовал…лишая воздуха, заставляя голову кружиться и ноги подкашиваться от приятной слабости.

Казалось, наш публичный поцелуй длится вечность. Я успела сгореть на месте и возродиться, напрочь забыв обо всем. Где-то на краю сознания ощутила, как он усмехнулся в мои губы и немного отстранился. Не отпуская. Все еще удерживал меня за талию, властно, словно говоря «моя».

Его лоб на мгновение коснулся моего, дыхание скользнуло по коже, вызывая новую волну будоражащих мурашек.

— Я предупреждал и давал тебе возможность уйти…

Он не уточнял, но я поняла, о чем речь. Спонтанно вспомнился ключ, который он вложил в мою ладонь. Странный символизм. Тогда я ломала голову, что он хотел сказать. А сейчас…

Боже…сейчас я чувствовала, как саднит губы и тело горит огнем, из-за чего сознание плавится, не давая собраться с мыслями.

И этот ключ…

— Но я же не ушла, — едва слышно пробормотала, еле шевеля разгорячеными губами.

— Это была большая ошибка, Мел, — опасная и безумно будоражащая усмешка. Буквально заставляющая меня чувствовать себя обласканной огнем и стоящей на тонком острие лезвия. — Больше не отпущу.

— Vael’ir thessa.

Негромко произнес, опуская лицо к моей шее. Близко очень близко…фактически интимно. Слишком откровенно. Если он коснется…

Ой, нет…

Заливаюсь краской, вспомнив, что мы даже не одни, я жалобно вздохнула.

Ничего не произошло, только его дыхание осело в том месте, где беззащитно затрепетала жилка, реагируя на него.

Сильные пальцы на моей талии сжались сильнее, выдавая раздражение, которое он даже не пытался скрыть.

Я не успела ответить.

Он подхватил меня на руки так легко, будто я вообще ничего не весила.

Притихшая площадь ахнула. Я мельком увидела застывшее, потемневшее лицо императрицы-регента — и тут же потеряла его из виду.

— Куда ты меня несешь? — обхватила его плечи. Взгляд метнулся к высоким золоченым сводам, павильона, ведущего в сердце дворца.

— Императорские покои. Мои покои.

— К-куда?

Меня прижали к груди. Под щекой ощущалось ровное, сильное тепло. Его шаги были размеренными, но в каждом чувствовалось напряжение, сдерживаемое усилием воли.

— Я предупреждал…, — шепнул на ухо, оставляя легкий укус. Не больно, остро, внезапно. Затем целуя, осторожно лаская губами.

Кажется, я снова растворилась в новой порции слабости, отключающей мозг.

Двери глухо закрылись и меня мгновенно это отрезвило.

Ненадолго.

Лишь на секунду, когда нас накрыла тишина.

Потом — шорох.

Шелковая ткань простыней отозвалась тихим, почти стыдливым звуком, когда он опустил меня на постель. Не бросил — уложил. Осторожно, бережно, словно я была чем-то хрупким, что легко сломать… или слишком ценным, чтобы позволить себе небрежность.

Я задохнулась от контрастных ощущений. От прохлады шелка, ощутимого сквозь одежду и от жара его рук.

Растерялась, смущенно залилась краской, опуская дрогнувшие ресницы.

Все неожиданно. Рискованно. Каждое прикосновение как сводящий с ума ад. Его ад и бездна, куда он тянул меня.

Матрас мягко прогнулся под весом мужчины и пространство сразу изменилось — стало теснее, теплее, насыщеннее. Его ладонь скользнула вдоль моей спины. Кожа вспыхнула там, где он касался. Отозвалась томлением и дрожью.

Его губы снова на моих губах. Влажные, настойчивые.

Он не торопился.

Я вздрогнула, сама подалась навстречу и тогда он углубил поцелуй. Одной рукой закопался в моих волосах, другой скользнул по спине. Притянул к себе. Прижал крепко. Сильно.

Воздух внезапно снова закончился. А очередной судорожный вздох слился с его дыханием.

Мы целовались… с каждым движением его губ, чувствовала, как внизу живота закручивается тугой узел.

Умелые руки небрежно оттянули кружевной воротник, обнажая ключицы, а потом шею словно обожгло раскаленным железом, когда его рот прижался к коже.

Болезненные искры удовольствия побежали по телу. Потолок над головой закружился.

— Ты опять полезла туда, куда не следовало, — говорил, почти не разрывая поцелуи.

Наверное…может…

Слабые мысли мгновенно сгорали.

Я закрыла глаза, жадно хватая воздух.

Губы…руки…прикосновения кожи к коже.

Мои собственные ладони заскользили по широким плечам, машинально комкая ткань его рубашки.

Требовательный рот снова прижался к моему и меня накрыло жаркой волной.

И именно в этот момент, опустив ладонь на его торс, ощутила под пальцами что-то твердое, железное.

Золотой блеск ударил по глазам, едва я их открыла. Узел Душ.

Как я могла про него забыть?

Меня словно окатило холодом.

Сознание резко и болезненно прояснилось. Дракон тоже почувствовал. Приподнялся на локтях.

Мои пальцы замерли рядом с алым рубином. Тот будто налился кровавой яркостью.

По спине пробежала дрожь.

— Я… — голос сорвался. — Я могу снять его.

Он изогнул бровь.

Мужское тело, все еще нависающее надо мной, напряглось.

— Нет.

Сухо. Внезапно.

Я нахмурилась, не отрывая взгляда от артефакта.

— Если я его сниму, то ты освободишься от меня, — прошептала, чувствуя, как на языке с каждым словом оседает горечь.

Дракон накрыл