Безжалостные наследники - Ана Уэст

Наши отцы считали, что мы делаем то, что нам говорят. Они думали, что у них есть преимущество. Но по тому, как Сиена отреагировала на мой поцелуй, как она медленно таяла в моих объятиях, было видно, что она не может скрыть правду.

На свадьбе я понял, насколько похожи наши семьи. Когда дело дошло до сути, оказалось, что между нами не так уж много различий. Мы были одними и теми же людьми, выходцами из одной страны. У нас были одни и те же корни. Но я, наверное, был одним из немногих, кто это понимал. Кто действительно это видел.

И всё же у меня было ощущение, что Сиена тоже это видит. Может быть, вместо того чтобы постоянно ссориться, мы могли бы исправить то, что было разрушено. Наши отцы использовали это как предлог, чтобы притвориться, будто между нами заключено перемирие, но что, если мы действительно сможем его заключить?

Возможно, если я найду убийцу, Сиена начнёт мне доверять. Я знал, что мой отец, скорее всего, сейчас празднует смерть Джованни, но он не пытался связаться со мной по этому поводу. Он ясно дал понять, что на этой неделе я должен познакомиться с Сиеной, а он будет держаться в стороне. Или, точнее, чтобы шпионить за ней и выяснить, что я могу узнать о её семье.

Изменятся ли его планы? Теперь, когда Джованни мёртв, его должность будет вынесена на голосование на следующей комиссии в ближайшие месяцы. Я не удивлюсь, если мой отец уже начал планировать, как я получу больше голосов, чем Матео, заместитель Джованни.

Но если бы я мог помочь Сиене, возможно, нам не пришлось бы строить козни, чтобы я стал новым боссом. С её поддержкой я смог бы осуществить плавный переход и завоевать лояльность и поддержку остальных членов её семьи. Это было бы намного проще, чем пытаться устроить переворот.

Я не знал, с чего начать, но знал кое-кого, кто знал. На протяжении многих лет я постепенно налаживал связи в преступном мире, особенно с теми, кто часто имел дело с различными семьями в Нью-Йорке. Конечно, они не знали, кто я на самом деле, но я понимал, что мне понадобятся связи, когда я займу место отца. А что может быть лучше, чем отсеивать предателей, действуя под прикрытием?

Дорога до Флашинга не заняла у меня много времени. Здесь находился самый большой в нашем городе китайский квартал, где было множество магазинов и закусочных с тайваньской и индийской кухней. У человека, к которому я собирался пойти, был ресторан прямо на границе, где подавали одни из лучших тайваньских блинчиков. Но я иду туда не ради еды.

Цяо Чэн был именно таким, как его описывали, – маленьким. По сути, это была забегаловка, которую снаружи вряд ли можно было принять за ресторан, но это не имело значения. Вэнь зарабатывал не на блинчиках мирового класса. У него были другие источники дохода.

Когда я вошёл, меня встретили тени. Вдоль стен стояли тёмные кабинки. Воздух наполняли насыщенные ароматы имбиря, свежего кориандра и острого сейтана. Над столами висели красные китайские фонарики, а стены были светло-бежевого цвета. Кроме меня, здесь никого не было, хотя я слышал, как где-то сзади стучат кастрюли. Звонок предупредил Вэня о моём присутствии. Он появился в кухонном окне, прищурившись, чтобы разглядеть что-нибудь сквозь тусклое освещение.

— Ро, это ты?

Когда я впервые встретил Вэня, я сказал ему, что меня зовут Роуэн, но он просто сократил моё имя до Ро. Он сказал, что так легче произносится, и я просто согласился.

— Это я, — сказал я, пожимая плечами. — Как у тебя дела?

— О, ты знаешь. Выживаю. — Он постучал по стальной столешнице. — Подожди минутку.

Исчезнув, он что-то крикнул одному из своих поваров на мандаринском диалекте, а затем снова появился в дверях кухни. Фартук, который был на нём надет, был испачкан чем-то похожим на засохшую кровь. Я никогда не спрашивал, чем Вэнь занимается помимо информирования и готовки, но что-то подсказывало мне, что я и не хочу этого знать.

Я знала о Вэне с детства, хотя сам не вступал с ним в контакт, пока не поступил на первые несколько курсов университета. До тех пор он не воспринимал меня всерьёз. Я пришёл к нему под видом нового пехотинца Скарано, что было не так уж сложно сфабриковать.

Я проверил все его контакты. Я узнал о нём из файлов моего отца, которые я просматривал без его ведома. Итак, у меня был парень, который на протяжении многих лет создавал мой фальшивый образ, чтобы сделать ещё один. Вэнь никогда не сомневался в этом.

В конце концов, я бы рассказал ему, кто я такой. Но не сегодня. Я не хотел, чтобы он относился ко мне как-то иначе или, что ещё хуже, убил меня, прежде чем я успею задать ему вопросы. Вэнь не слишком жаловал лжецов.

— Проходи. Садись. Скоро принесут пельмени. — Он указал на кабинку в дальнем углу. Как обычно.

Я сел, и он устроился напротив меня. Вэнь был на добрых 60 сантиметров ниже меня, его чёрные волосы падали на лоб, а по бокам были выбриты. Я заметил, что он немного похудел с нашей последней встречи. Его рубашка висела на тонких плечах, а лицо выглядело ещё более измождённым, чем раньше.

— Что хочешь знать на этот раз?

Я достал листок бумаги и положил его на стол.

— Ты видел такой символ?

Вэнь присмотрелась повнимательнее.

— Нет. Что это? — Он с любопытством взглянул на меня.

Я колебался, не зная, как много ему рассказать и как много он уже знает. Но моя нерешительность уже подсказала ему, что всё, что может сорваться с моих губ дальше, скорее всего, будет ложью. Поэтому я решил сказать правду.

— Я нашёл это в летнем домике Джованни Розани.

Его лицо оставалось невозмутимым.

— Это ты сделал?

Я отпрянул с отвращением.

— Конечно, нет. Но я хочу выяснить, кто это сделал.

Вэнь постучал пальцами по бумаге.

— Я никогда раньше не видел этот символ. Но я кое-что слышал о Джованни Розани перед его смертью.

— Сколько? — За услуги Вэня всегда нужно было платить.

— Моя