Безумная Ведьма - Элизабет Кэйтр

Нет, — поджимает губы Изи. Себастьян крепче сжимает её ладонь в своей. — В итоге оказалось, что нет. Вороны – они привязаны к Тэрре, потому что к ней привязана она. Они не могут улететь, потому что ждут свою хозяйку, нашу королеву. До Замка мы так и не дошли – всюду шныряли Узурпаторы. У каждого дома по несколько, а то и больше. Они поставили Тэрру на колени в прямом смысле и её единственными защитниками оказались её вороны. И ты, Видар. Мы перевернули Пятитэррье. Четвёртую Тэрру практически стёрли, остался маленький кусок, что чудом держится, а остатки от Ордена Мятежников поселились во Второй Тэрре. Там, кстати, нас не жалуют, — Изекиль приподнимает свободную футболку, демонстрируя длинный ярко-алый рубец на животе. — Оттуда мы бежали сюда. Демон, здесь был полный Хаос. Потребовалась уйма времени, чтобы доказать, что мы не чужие для Эсфирь, что мы не поддерживаем режим Тьмы и Узурпаторов. Только тогда нас приняли. К слову, Ваши слуги невероятно пытливы, — Изи дёргает уголком губы, обращаясь к Касу.

— Я поставлю памятник каждому из них, — слабо кивает в ответ Паскаль.

— А потом мы начали без конца искать вас, помогать Тэрре выстоять в набегах Узурпаторов и стараться просто верить в то, что вы все живы. — Изи чуть наклоняет голову, пряча лицо в отросших до лопаток розовых волосах. — Я думала, это всё. Я практически похоронила каждого из вас. Пятьдесят лет вас не было дома. — Дрожь простреливает голос, а затем она резко поднимает голову, словно взяв каждую эмоцию под тотальный контроль. — И вот вы вернулись. Практически истерзанные. А ты… — она переводит глаза на Видара. — Ты вообще едва ли… живой, — голос всё-таки срывается на шёпот.

Себастьян крепче прижимает к себе шпионку, молча касаясь её виска губами. Сердце разрывалось от той дрожи, что простреливала её тело.

Видар прикрывает глаза. Хватит. Кончено. Он больше не может. Стоит ему открыть глаза, как радужки теряют последние капли сапфирового отблеска. Яркий холодный васильковый цвет расплывается по кайме радужки. Он чувствует, как трепыхающаяся душа, наконец, замирает. По Метке разливается знакомая жгучая боль, но он больше, чем уверен – сейчас она никак не отразится на его инсанис. Он восстановился. Древняя Кровь прокатилась привычным жаром по всему организму, а затем отлила от лица, превратив кожу в бледноватую маску. В первые за долгое время Видар почувствовал себя действительно хорошо. Ни одно переживание не тяготило душу, ни одно чувство не смело разрывать сердце пополам. Организм заработал стройно, без перебоя, как отлаженные часы. Как раньше.

По слуху резанул крик. Душа попробовала шевельнуться, но Видар ни на секунду не отпустил собственных костей. Он резко поворачивает голову в сторону двери.

— Вы слышали это? — изменился даже его голос, нотки малварского льда поселились на голосовых связках, отчего даже Паскаль нахмурился.

— Слышали «что»? — настороженно уточняет Изи.

Стоит Видару перевести на неё взгляд, она отшатывается. Жалость сжимает сердце альвийки железными прутьями.

Видар не отвечает. Вместо этого по стенам тянутся чёрные руки душ, стоит одной выползти в длинный коридор Замка Льда, как Видар срывается следом. Так быстро, что остальные, едва ли успевают подорваться за ним.

Уже отчётливый крик доносится из спальни Эсфирь. Паскаль на ходу хватает со стены два меча, кидая один Себастьяну, а Изикель вытаскивает из кожаных портупей на бедре два клинка.

Дверь с грохотом открывается, Видар останавливается, а вместе с ним тормозят и души, будто не решаясь проскочить внутрь. Паскаль, не успевший затормозить, буквально вносит короля Первой Тэрры в комнату сестры. Оба проскакивают несколько шагов, но умудряются устоять на ногах. Себастьян и Изи, протиснувшись за ними, поддавшись общему стопору, замирают.

Картина со стороны выглядела впечатляющей: Файялл прятался за креслом от взобравшейся на кровать Эсфирь, которая в руках держала огромную, демон её знает откуда появившуюся, вазу, а Себастьян, Изекиль, Паскаль и Видар, вооружённые до зубов, тупо замерли на пороге покоев.

— Как вы вовремя, эта долбанная пикси меня сейчас прикончит! — недовольно бурчит огромный Файялл из-за маленького кресла.

— Не думаю, что кресло спасёт, но, если бы я первым увидел тебя с волосами на голове – я бы тоже напал, — хмыкает Видар, убирая руки в карманы. Темнота душ развеивается.

— Ты вообще седеешь! — шипит он из-за кресла.

— Шутка уже давно устарела, Фай.

Эсфирь медленно переводит взгляд с компании на амбала. Ваза в её руках превращается в подушку.

— Кажется, кто-то вспомнил, что она ведьма, — склоняет голову на бок Изи.

— Не помню, — тихо отвечает Эсфирь, прижимая подушку к груди. — Знаю, но не помню. Ты Изекиль – шпионка Кровавого Короля, да? А ты – ты, кажется, Файялл, капитан Теневого Отряда. Прости, она… то есть я, знала тебя немного другим, — Эффи указывает на голову. — Ты, видимо, его Генерал, а вы… Ты мой брат, а… — она переводит взгляд на Видара, и он почти отпускает собственную душу из когтей. — Ты – Кровавый Король, ставший моим мужем.

Изекиль растерянно моргает, боясь не то, что посмотреть на Видара – вздохнуть лишний раз.

— Как понять «знаю, но не помню»? — первым отмирает Паскаль, костяшки его пальцев белеют – с такой силой он сжимает рукоятку меча.

В покоях Эсфирь с небольшим хлопком появляется Равелия, она ошалело осматривает представившуюся ей картину, а потом подрывается к Эсфирь, протягивая ей руку.

— Идите отсюда, — командует ведьма, пока Верховная недоверчиво косится на блондинку.

— Равелия – моя ведьма, да? — тихо спрашивает Эффи.

— Да, всё так, моя Верховная, — быстро тараторит Рави, чувствуя, как рыжая начинает опускаться на кровать. — Выйдете же отсюда, если не хотите, чтобы в её голове случился перегруз, и всё опять смешалось в кашу!

Ничего не остаётся, кроме того, как подчиниться приказу ведьмы. Выйдя из покоев, Видар расслабленно опирается о стену затылком, рассматривая сверкающий потолок. Наверное, будь он в полном чувственном сознании – он бы умер прямо у её кровати.

— Ты нахрена к ней полез? — Видар слышит краем уха, как Паскаль начинает ссору с Файем.

— Я не думал, что она ни демона не помнит! Я вообще притащил ей чёрные лилии! — фыркает Файялл. — Хрен знает сколько не видел эту пикси, а она на