Ох уж эти иномирянки! - Юлия Викторовна Меллер

— Господин действительный статский советник, я исполню все ваши условия, только не гоните, — заглядывая в глаза Головина, твёрдо произнёс Игнат. — За изучение порталов не жалко жизнь положить. Столько загадок!

— Ну что ж, посмотрим, — кивнул чиновник. — Со своим информатором я вас познакомлю, только извольте отнестись к ней со всем уважением. Если она выкажет хоть тень недовольства после общения с вами, то вы будете отстранены.

— Она? Вы сказали «она»? — не мог поверить Совушкин. — Но можно ли верить ей? — нервно кусая губы, засомневался Игнат.

— Госпожа Образцова очень разумная женщина, — хмуро ответил Головин, обжигая аспиранта неприязненным взглядом.

Совушкин беспомощно захлопал глазами и быстро-быстро закивал. Внезапная холодность всегда спокойного чиновника лучше всего подсказала ему, что с госпожой Образцовой надо вести себя крайне предусмотрительно.

— Я даю вам пару часов, чтобы вы переоделись в свежее и поедем к ней.

Молодой ученый растеряно посмотрел на свой почти новый мундир, на вполне чистые ботинки, но подскочил, явив готовность переодеться. За отпущенное время он успеет перекусить, а служанка почистит одежду и попшикает одеколоном, чтобы забить запах пота.

Глава 20. Кладезь знаний

Ольга устало откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Молодой ученый, которого привёл советник, оказался чрезвычайно любопытным и настойчивым. Всеволод Аристархович его одёргивал, но Совушкин умудрялся затронуть настолько интересные темы, что Ольга сама испытывала воодушевление и старалась отвечать.

Пусть ее объяснения были лишены конкретности, но она задавала направление для дальнейших поисков получения ответов, черпая знания из многотомной массы прочитанных книг, фильмов, форумов. Человечество на ее Земле уже сформировало немалое количество теорий о наличие множества обитаемых миров, с размахом обрисовало разнообразие жизни, выставило ряд вопросов и углубилось в теоретические споры. Так что Ольге было чем удивить собеседников.

— Достаточно, Игнат Сергеевич, — остановил аспиранта Головин. — На сегодня хватит. На данный момент от вас требуется проанализировать полученные от Ольги Дмитриевны сведения о новшествах её мира и решить, что мы можем запустить в производство при минимальных затратах в ближайшее время.

Ольга с облегчением вздохнула и с позволения гостей, ушла к себе, давая им возможность переговорить между собой.

— Господин статский советник, я всё сделаю! Но позвольте узнать, отчего такая спешка? Всё, что госпожа Образцова рассказала и ещё расскажет, не имеет цены… — ученый не договорил, что считает нужным уделить внимание именно глобальным вещам, а не той мелочи, на которой прямо сейчас можно заработать.

— Поскольку наш отдел заново формируется, и вы в нём состоите по доброй воле, то я вам объясню, — сухо начал Головин, не одобряя излишней восторженности.

Он подозревал, что аспирант уже видит себя общающимся с представителями иных миров, пожимает им руки и садится пить чай. В его представлении все происходит чинно, а основой всего благородство. Он забыл уже какая клоака образовалась в его родной академии, где так любят говорить о справедливости и чести.

Совушкин едва мог усидеть на месте, но тяжелый взгляд Головина придавил его, заставляя ослабнуть ноги. Советник меж тем весомо ронял каждое слово, остужая пыл Игната.

— Нам необходима финансовая независимость, чтобы с минимальными задержками внедрять в наш мир бесценные идеи из мира Ольги Дмитриевны, — пояснял Всеволод Аристархович. — Ни моих, ни ваших средств не хватит, чтобы оплатить создание модели дирижабля или самодвижущейся повозки. Нам не хватит средств даже для того, чтобы сделать аппарат для сахарной ваты и распространить его. Или вот: вы узнали у Ольги Дмитриевны, что в её мире на каждой двери стоит электрический замок. Скажите мне, можем ли мы начать с этой малости?

— Хм, я понял, — запустив пятерню в уложенную прическу, аспирант разлохматил затылок и воодушевленно закивал. — Я сделаю таблицу!

Он показал на листок, где Образцова показывала способы подачи информации. Там же были нарисованы пули, автоматы, танки, платья с костюмами, машины, сумки-тележки, кассовые аппараты, телефоны, зубные нити и ирригаторы, игрушки, пробки для бутылок, подгузники и прочее, что пришло ей в голову во время расспросов.

Совушкин хватался за любое новое слово и впивался как клещ, проясняя непонятное и только ещё больше застревая в мире незнакомых предметов. А Образцова ещё рассказала об улучшении свойств известных материалов при помощи вулканизации, электролиза и электроэрозии. В этой сфере она путалась, но направление для исследований задала.

Чуть более подробно рассказала о безотходной обработке нефти. Аспирант был в шоке, что в этом процессе ничего не идёт на выброс, и особенно его поразило, что из нефти в её мире научились делать ткань. Образцова заикнулась, что нефть идёт и на изготовление продуктов — и чуть не потеряла доверие своих слушателей!

— Да, пожалуй, таблица будет наиболее показательна, — одобрил Головин. — Особенно если вы расположите в порядке возрастания требуемых материалов, которые у нас ещё не изобретены. Начинайте с простого и двигайтесь к сложному, но обязательному для нас.

— Немедленно приступлю к работе! — отозвался Игнат, сообразив, что держит в своих руках финансовое благополучие отдела и, соответственно, своё.

Аспирант начал собирать исчерканные записями листы, мысленно уже решая поставленные задачи. Он одобрял, что советник не собирается полагаться на милость покровителя и имперских чиновников. И невольно подумал о том, что в академии могли бы поступать точно так же, а не ходить с протянутой рукой.

Студенты постоянно что-то изобретали и бежали хвастать в научное сообщество, а оно грабило их! Однако, возмущаться было не принято и даже чревато осуждением. Но никого ничему это не научило. Каждый новый изобретатель был уверен, что с ним этого не случится и мотыльком летел к мнимому признанию, чтобы опалить свою душу чужой расчётливостью и беспринципностью.

Игнат даже замер, осознав, что только в научных кругах многоголосо воспевают мировую общественность, наделяя её высокими моральными качествами, а остальные просто работают, подсчитывают доходы и убытки, планируют развитие своей идеи и защищаются от конкурентов.

Аспирант даже посмотрел в окно, ища взглядом родную академию, где столько сил уходит в пустословную говорильню. А люди дела находятся вне её!

Ольга услышала, что ее гости начали собираться, вышла, чтобы проводить. Увидев, что молодой ученый чем-то расстроен, она ободряюще похлопала его по плечу:

— Вы отдохните, прежде чем продолжать разбирать бумаги, — посоветовала она ему.

— У нас мало времени, — хмуря брови, возразил ей аспирант. — Господину статскому советнику нужны результаты, а я только первое звено в его цепочке.

— Да? Ну, конечно же, — не особо понимая, что имеет в виду Совушкин, Ольга всё-таки одобрительно кивнула.

— Надолго не прощаюсь, — твёрдо произнёс Игнат и убежал, прижимая к груди