Измена. Я тебе отомщу - Анастасия Пырченкова

ума его квартиру, после чего подумали и выставили её на продажу. Это стало нашей первой большой прибылью с учётом разницы в цене, которая была бы “до” и стала “после”. Нам понравилось. Поэтому следом мы купили другую убитую квартиру, сделали из неё конфетку и снова продали по высокой рыночной стоимости.

Так наше дело вышло на новый уровень и быстро набрало обороты.

Это было одновременно сложно и легко. А главное, нам обоим это нравилось.

Отец был горд. Мать Миши постоянно хвалила. А сам брат возненавидел меня за это ещё больше.

Его бесило, что мне удалось за такой короткий срок начать зарабатывать неплохие деньги, в то время как он продолжал довольствоваться тем, что ему предлагал отец. Тогда брат решил повторить мой путь, но у него ничего не вышло. И это вызвало в нём ещё больше злости и зависти. Он стал ставить палки в колеса моего дела. Подговаривать людей, перехватывать доставки, мешать моему развитию. Но безрезультатно.

В итоге, ненависть стала обоюдной.

Не знаю, почему я повёлся в тот день на уговоры матери и пришёл к ним домой на знакомство с его девушкой.

Наверное, решил, что возможно теперь Миша наконец успокоится, направит свои эмоции в другое русло.

К сожалению, ошибся.

Нет, не в Мише. В своём решении прийти.

Один взгляд на белокурое чудо в простом солнечном платье выбил почву из-под ног. А стоило ей поднять на меня свои зелёные глаза и улыбнуться, я понял, что окончательно пропал.

Вот так просто. С одного лишь взгляда. С простой её улыбки.

Впервые в жизни завидовал уже не Миша, а я. За то, что он встретил это чудо раньше меня. Что это на него она смотрит с таким восхищением и желанием. От него принимает ухаживания, комплименты и кольцо.

В тот день я так и не досидел до конца вечера. Уехал ещё в самом начале. Не выдержал того, как по-собственнически брат прижимал её к себе, а я этого сделать не мог.

А потом она сама ко мне пришла. Заявилась в кабинет в белоснежном наряде, похожая на неземное существо, что я даже не сразу понял, что это не видение.

Последующие слова и вовсе прозвучали насмешкой над всеми моими чувствами к ней.

«Женись на мне вместо брата, Александр Вертинский», – сказала она.

И ни разу не шутила.

Хотя поначалу я именно так и подумал. Что это очередная подстава брата.

Но нет. Девушка и впрямь пребывала в отчаянии от его измены и чудовищной задумки.

Даже я впал в шок, узнав, что он решил провернуть, как именно поступить с этим чудом. Моим чудом. Да, с того мгновения она стала моей. И я не собирался отдавать её больше никому. Что сразу же и обозначил.

И пусть я для неё был лишь инструментом к достижению цели. Я не собирался отступать и сдаваться. А там… там я обязательно сделаю всё, чтобы она меня полюбила. Чтобы не просто была со мной, а моей.

И она ею стала.

Вся. Полностью. Моя.

А вскоре нас станет четверо, и от этой мысли в груди всё сжималось в ощущении счастья.

Да, я стал долбанным слюнтяем рядом с ней. Да и плевать. Что угодно, лишь бы моя красивая девочка всегда была рядом. Она и наши дети.

И всё же я ошибся.

Мне казалось, я всё просчитал. Оградил её от Михаила, как мог. Брат и сам по итогу отступил. Но, как оказалось, не сдался. А я слишком расслабился, растворился в собственном счастье.

И теперь её не стало. Миша забрал её. А сидящий напротив меня следователь только и мог, что хмуриться, слушая мой рассказ, пока медики из скорой латали мою голову.

Ну хоть где-то я не ошибся. Ещё когда ехали на кладбище, позвонил Серёге. А когда не вышел на связь, он вызвал наряд.

Они нашли меня бессознательного между могилами и привели в чувства, вызвали помощь.

Но толку?

Моей жены рядом уже не было.

И никто ничего не видел, не слышал, не знал. Я и сам не мог с точностью сказать, что это был Михаил, потому как подлый удар пришёлся со спины, и я попросту не видел лица нападающего. Помню лишь, как вскрикнула Ольга. На этом всё.

Всё!

– Хреново, – вынес вердикт следователь по окончании моего рассказа.

Я и сам понимал, что на основе моих показаний нельзя обвинить брата в содеянном. Но это точно был он. Больше просто некому. И от мысли, что моя жена сейчас где-то там, с ним, одна, беременная и уязвимая, хотелось крушить и убивать всех вокруг.

Особенно когда понял, что даже найти её не могу. Помимо ранения, брат ещё и средство связи уничтожил, чтобы я не мог ни до кого дозвониться и попросить о помощи.

Гадство!

Вот и следак не оценил.

– Ладно, забудь о телефоне, – постановил. – Лучше подумай, где твой брат может сейчас находиться. Возможно, у него есть какой-то схрон. Или может знаешь места, где он чаще всего бывает, помимо дома?

– Мы не особо общались, и я никогда этим не интересовался, – признался, морщась уже не только от боли, но и от чувства безысходности. – Это лучше у родителей спросить, – поправил бинты у брови, завернув их внутрь, чтобы не мешали.

Ко всему прочему жутко тошнило, но я через силу заставлял себя держаться. Потом поболею, когда найду свою красавицу.

– Значит спросим у них, – кивнул мужик. – Ладно, восстанавливайся. Как что узнаю, позвоню.

И мне ничего не оставалось, как принять его ответ. Хотя внутри все клокотало, требуя действий. Но приходилось ждать. Подошедший следом Серега тоже лишь молча сдавил мне плечо в качестве поддержки.

– Идём, я тебя отвезу, – предложил.

Никуда ехать не хотелось, но и сопротивляться сил не было, когда он поднял меня на ноги и повёл к своей машине. Моя стояла чуть в стороне, в тени деревьев.

И я при взгляде на неё вспомнил, что там тоже установлен локатор, отслеживающий местоположение телефона Ольги. Я позаботился об этом после случая на парковке.

– Серёг, тормози, – позвал друга, останавливаясь. – Давай в мою.

Он не стал спорить. То ли из-за моей травмы, то ли по моему лицу догадался, что сейчас не время для этого, просто послушно свернул в другую сторону.

Дверцу открывал тоже он, у меня банально сил не было на это. Руки тряслись, голова