Власть Печатей - Ада Николаева

коробки, а те, что на выброс, – в мусорные пакеты. Со стороны занятие выглядело более чем удручающим, да и после ночной встречи с Каем мне совсем не хотелось что-либо делать. Меня беспокоили слова мага, будто брошенные на прощание, когда сама я не в состоянии сорваться и отправиться за ним следом, чтобы выяснить наверняка. Как же я ненавижу быть беспомощной! А ведь казалось, что эти времена давно прошли, но увы…

Пока мама перебирала хлам, я только имитировала активное соучастие, развалилась на мягком ковре и медленно подбирала пары детским варежкам. Она рассказывала историю каждой вещи, к которой я прикасалась, и мне стыдно, что я её почти не слушала. Никак не удаётся отделаться от мыслей о Кае. Он ведь явно что-то недоговаривает!

Закончив с варежками, я взялась за коробку с перчатками и даже приметила для себя стильную кожаную пару. Однажды ведь придётся вернуть Каю его артефакт, и тогда мне снова понадобится скрывать левую руку.

– Я возьму их себе? – спросила у мамы.

– Конечно! – воскликнула она. – Купила их в свадебном путешествии миллион лет назад. Дороговато было для нас в то время, но так сильно понравились, что отец твой не стал возражать. А когда вернулись домой, я про них напрочь забыла и совсем не носила. Они почти новые. И теперь – твои.

– Спасибо, – сухо поблагодарила маму, пропустив мимо ушей очередную памятную историю.

Отсортировав перчатки, распаковала следующую коробку, в которой оказались старые фотоальбомы. Их можно было и не трогать, а сразу запечатать обратно, ведь кто станет выбрасывать воспоминания, вот только мне и самой стало любопытно освежить в памяти, какими были родители в молодости, а мы с Лёшей – в раннем детстве.

Пролистав свадебные фотографии мамы с папой, фото годовалой меня в розовом тазике и снимки брата в детском саду в костюме морковки, я вошла во вкус и потянулась за тёмно-синим старинным альбомом. Архив в прошлое открывал чёрно-белый снимок моей прабабушки примерно в том же возрасте, как сейчас мне. С ума сойти, насколько мы с ней похожи: те же тёмные волосы, овал лица и форма носа, та же тонкая шея и – в целом – схожее хрупкое телосложение. Только прабабушка куда женственнее и грациознее меня – это читается в её позе прямо со снимка. В любом случае приятно осознавать явное сходство с такой красивой девушкой, даже если я – её блёклая современная копия.

С улыбкой на лице пролистнула пожелтевшую страницу, как вдруг внутри меня что-то ёкнуло. Я машинально прислонила ладони к губам, попутно выронив из рук альбом. Он беззвучно упал на ковёр, оставшись открытым на прежней фотографии. С неё на меня смотрели двое: моя красавица прабабушка и мой прадедушка Константин, выглядевший точь-в-точь как король Беллиан. Те же светлые волосы, только причёска другая, те же ровные зубы в шутливой улыбке. Такие же точно глаза, оттенок которых невозможно определить на чёрно-белом снимке, но разрез тот же. Я видела это фото раньше, и вот откуда Беллиан казался мне столь знакомым, будто бы мы встречались прежде… Но как?.. Как такое возможно и что всё это значит?..

– Мама?.. – ошарашенно обратилась я к ней. – Это ведь мой прадед, верно?

– Да, это твой прадедушка Константин, – подтвердила она.

Яснее не стало, но я хотя бы убедилась, что не схожу с ума, и снимок передо мной действительно существует.

– У нас есть ещё его фотографии?

– Прадедушки? – уточнила мама. Я утвердительно кивнула. – Нет, это фото единственное. В те времена люди не так частно фотографировались, да и прожили они вместе с прабабкой недолго. Константин вскоре ушёл на войну и не вернулся.

– Неужели… – задумчиво протянула я.

– Представляешь, он погиб, так и не узнав, что станет отцом. А прабабушка, бедняга, осталась одна с ребёнком на руках. Хотя в те страшные времена подобное было не редкость.

Мама всё говорила и говорила, пока я вспоминала события «Ночи живой нечисти» в замке и чёрно-белую невесту в лабиринте. Я не видела лица девушки за фатой, но уже тогда она показалась мне до боли знакомой. Неужели это была проекция моей прабабушки? Но как?.. Беллиан ведь молод!

– Можно взять фото? – перебила маму, всё ещё думая о своём.

Нужно показать снимок Каю. Он-то уж точно сможет во всём этом разобраться.

– Конечно, милая, забирай, – согласилась она, но тут же добавила: – А нашу с папой фотографию взять с собой в Оксфорд не хочешь?

– Э-э… да. Да, конечно, и её тоже возьму.

Наконец-то мы закончили разбирать старые вещи, и мама оставила меня одну. Я заперла за ней дверь, принявшись метаться по комнате, погружённая в свои мысли. Она же ещё несколько раз стучала и звала завтракать, чем сильно раздражала. В какой-то момент я даже огрызнулась, после чего она прекратила, и настала блаженная тишина. Мне требовалось сосредоточиться и поразмыслить над увиденным. Я всё ещё крутила в руках фотографию, разыскивая в ней признаки иллюзии. Ничего. Фото реальнее некуда, и это сводит с ума.

– Решено, я возвращаюсь! – буркнула себе под нос. – Кай должен увидеть снимок. Вот только как мне вернуться?..

Гаррет перенёс меня домой при помощи телепортационной бумаги, но запасной не дал. Похоже, у них с Каем заготовлен иной план моего возвращения, а учитывая, что известно всего два способа перемещения, то это должен быть один из них. Так что либо Гаррет самолично явится и вручит мне в руки бумагу, или же… Я бросилась к своему шкафу, вспоминая прошлогоднее приключение, когда нам с Каем пришлось следить за Уру Арненом по просьбе мадам Акрот, дабы убедиться в его верности. Тогда в его кабинете мы воспользовались шкафом переноса, исписанным изнутри специальными рунами. Эти закорючки я ни с чем не спутаю, если увижу снова.

На пол полетели зимние вещи, а за ними вешалки и… Бинго! Догадка подтвердилась: кто-то превратил мой шкаф-купе в произведение оккультных искусств (так бы решила мама, заметь руны первой). А что до меня – пора возвращаться в Верхний мир, не стану даже переодеваться и прощаться с родителями. Мой скорый отъезд вызовет много вопросов, лучше потом им позвоню и извинюсь, всё равно это уже вошло у меня в привычку.

Ввиду отсутствия карманов пришлось затолкать фотографию предков в лифчик, а босые ноги вставить в тяжёлые зимние ботинки, вышвырнутые минуту назад из шкафа. Обувь не смотрелась бы настолько комично, не будь она надета вместе с голубыми пижамными шортиками и розовой футболкой с котёнком. Но всё это неважно, главное сейчас – вспомнить, как