Бессмертная - Елена Александровна Тимофеева

Солдаты спешили укрыться за казарменными стенами, дозорные бежали с башен, стаскивая на ходу пристывшие шеломы. В один миг так промёрз металл, что голову обжигал.

Последний не добежал, свалился наземь. Сван Молот выскочил, подхватил, и Дред Поллес подоспел, с двух сторон загребли солдатишку, доволокли до крыльца, в тепло втащили и дверь заперли.

— Ухи-то вчистую отморозил! — покачала головой Медведица. — Отгнивать потом будут, облезут все, обрастут неровно, точно у эльфа сказочного! Тащите его к печке, сердешного!

— Огонь поддерживайте в печах большой! — велел воевода. — Дров в достатке! Не хватит, кровати и лавки попалим! Метель пережить бы, а коль осада, отсюда обороняться будем, дома крепкие! Окна, что бойницы, выстоим!

— Да не приведи нам отсюда обороняться, Сван! — ахнула Медведица и за голову схватилась. — Да как же! — прошептала в ужасе. — Бессмертный же там остался! В капище!

— Чё ему будет-то? — пожал плечами воевода. — Бессмертный же! Вот эти два дурня, что в скалы попёрлись, точно свою погибель там встретят!

— Государь мой! — побледнела Медведица. — Сказал же Бессмертный, не пущай, да разве его удержишь? Верно, голову сложил уж, замёрз насмерть!

— Прими душу его, Кронос! — Руанский воевода поднял вверх руку, сотворил знамение.

— Чё раскаркался? — рявкнул на него Дред Поллес. — Чирей тебе на язык, воевода, такое говоришь! Живыми вернутся!

— Коль на то воля Всевышнего будет, — пробурчал Сван Молот, но не чаял уже видеть среди живых ни Феанора, ни жреца бога Сета.

Медведица подошла к окну, смотрела, как беснуется метель, закручивает в белые пелена площадь. Уже светало. Дред Поллес подошёл, встал рядом, обнял её. И Сван Молот подошёл тоже, взял за руку её, и она крепко сжала его пальцы в своей ладони.

А в скалах тихо было. Вниз сошла метель, оставив спокойным поле битвы за господство миром. И когда ристалась с Безликим Нортом руанская королева, а принцесса шла к Долине времени, верховный жрец бога Сета и владыка острова Форс поднимались к хрустальному замку, счастливо минуя участь замёрзнуть в снежной буре.

— Противостояние Демиры и Норта меня не касается! — Феанор грациозно стряхнул упавшую на ресницы снежинку. — Не королеву иду выручать. Мне туда нужно, где хранятся золотые ключи от врат бесконечности.

— В самом сердце зимы, где господствует белая боль и холодная ненависть, — сказал Чёрный Велор.

— Ты знаешь, где это? — спросил царь.

— Знаю, — ответил жрец.

— Скажи, куда идти?

— Вместе пойдём, — решил Велор.

— А королева? Одну её против Норта бросишь? — удивился Феанор.

— Где им быть, как не у Долины времени? — снисходительно пояснил Верховный. — Куда ещё они пойдут, и где ещё поджидать их Норту, как не там, охраняя главное своё сокровище?

Феанор зачерпнул снега, сунул в рот, пожевал, сплюнул.

— Чё стоишь? — кивнул Велору. — Чего ждёшь? Пошли давай, коль знаешь, куда топать!

Жрец пустынного бога не уронил себя до перепалки, повернулся и зашагал по ступеням выше.

Снова схлестнулись клинки тяжёлых мечей. Демира отразила мощный удар, нанесла ответный. Качнулся Многоликий, но устоял на ногах. Ничего почти не осталось от его любимой гостиной, потоки энергии разбили камин, в каменное крошево превратили скамьи и кресла. Глубокие трещины прорезали пол, и зыбко стоять было, уходила из-под ног опора, рушился хрустальный замок.

Закрываясь, будто щитом, серым крылом, демон зимы прыгнул вперёд, взмахнул мечом. Вскользь пришёлся по плечу удар, чуть зацепило. В сторону ушла Демира, стремительно развернулась, рубанула, промахнулась, едва успев уклониться от лезвия противника. В пол вонзился меч Норта, выбив сноп искр из белого камня, расколов мраморный пол.

Королева вперёд прянула, но лишь едва задела противника по гладкому, точно из серой стали отлитому, торсу.

Однако кровь властелина скал, выглядела, как у простых смертных — красная и густая. Узкой струйкой поползла она из раны, и Демира облегчённо выдохнула. Как бы ни был силён соперник, он смертен, как всякий под солнцем, и убить его можно.

Она потеряла счёт времени, казалось, бой длился вечность. Сила, взятая вероломно из груди последнего из Сов, утекала, иссякая в безумной этой бойне. Но противники равны оказались, и сколько ещё хлестаться, покуда обозначится тот, кто слабее?

Ранение разъярило Норта. Он чуть склонил голову, увидел кровь. Коснулся негнущимися пальцами раны, поднял вверх длинную руку, и, точно творя древний ритуал, провёл по лбу, окрасив алым белую кость.

— И-и-и! — Пронзительный визг вырвал из окон железные рамы, бросил их в пропасть.

Горбом поднялись вверх мраморные плитки пола, раскололись, разлетелись в стороны. Затрещал дверной проём, скособочился, треснул пополам, и ушла вниз часть стены. Кровь хлынула из ушей Демиры, и утратила руанская королева дар слуха, исчезли звуки, наполняющие мир, мёртвая тишина окутала его. Она кричала, сражаясь яростно, но не слышала своего голоса, лишь видела летящие из-под клинка искры.

А время, звеня ржавой цепью, крутило своё вечное колесо, отмеряя минуты и слагая их в часы, и ничтожна была в бесконечном его беге битва хозяина Ледяных скал и руанской королевы.

В какой-то миг изменилось тело земной женщины, вырвался на свободу зверь. Демон с красным огнём в глазах и чёрными волчьими лапами нанёс мощный удар, столкнув в обрыв Безликого, бросился следом. Развернулись и захлопали кожистые крылья, и битва продолжилась в воздухе.

— Сто якорей мне в глотку! — бросил проклятие Феанор, вскинул руку и сотворил знамение Кроносу. — Гляди, жрец, тухлую рыбу мне в тарелку!

В сером небе, в белых лучах зимнего солнца сражались два демона, кружили, сходились, нападали и отбивали удары. Рушился замок, падали вниз прозрачные глыбы хрусталя, дождём золотых брызг разбивались в солнечных лучах.

— Боги всесильные! — вскричал царь. — Прогневались на меня! За грехи послали такую тёщеньку!

— Да будет тебе! — утешил его Чёрный Велор. — А то не знал ты, что все тёщи — ведьмы!

Совсем рядом упала остроконечная верхушка башенки, взметнув снег, осколок зацепил Феанора, чиркнул по шелому, охнул царь, пошатнулся.

— Полундра! — взревел. — Очистить палубу!

— Туда, бежим! — показал направление жрец.

Забыв об усталости, не чувствуя холода, проваливаясь в рыхлый снег, они поспешили туда, где стеной смыкались скалы, охраняющие вход в Долину времени.

Снаружи послышался слабый треск, будто раскололось что-то тонкое,