После развода. Ненужная истинная дракона - Анна Лессер

— Полегче?

Я не знала.

— Мне не полегче, Герберт. — Произнесла сдавленно и цокнула языком. — Мне не полегче. Мои дети сейчас находятся непонятно в каком состоянии. Этот приём у короля. Я не понимаю, для чего должна на нём присутствовать.

Герберт покачал головой.

— На самом деле, наше присутствие там вместе даст повод задуматься о том, что в семье Шейн все по-прежнему хорошо.

— Для чего? Для чего короне об этом задумываться? — Зло спросила я, и очередной сугроб зашипел под моей ладонью.

И самое страшное, что я не ощущала холода зимней ночи. Я стояла в домашнем платье, Герберт стоял в брюках и в рубашке. У него изо рта вырывался пар. А я даже не ощущала, что воздух вокруг меня холодный.

— Хотя бы просто потому, что некоторые вещи должны оставаться незыблемыми.

— Герберт, когда ты говоришь загадками, ты лучше не делаешь. Ты только усугубляешь ситуацию.

— Если тебе неприятно, если ты не желаешь присутствовать на этом приёме, я не буду ни в коем случае настаивать. Но подозреваю, что если ты не явишься туда сама, то в скором времени тебя пригласят на аудиенцию насильно.

Я замерла и уставилась на мужа ошарашенным взглядом.

— О чем ты говоришь?

— О заговорах, о наказаниях, Анна.

— Только не надо врать, будто бы вся эта ситуация с настоящей истинной, — я взмахнула руками, намекая на то, что это был сарказм, — дело рук какого-то недоброжелателя.

— Не думаю. Я почти уверен, что здесь я подставился сам. А вот королевский приём это то, где, скорее всего, нас захотят подставить уже намерено.

Глава 59

Анна.

Я не стала продолжать разговор с Гербертом, потому что все его домыслы, помыслы мне казались во-первых — безрассудными. Во-вторых — даже если это была провокация, даже если и считалось, что таким образом будет строиться заговор чисто против рода Чёрной Стали, то я в этом участвовать не собиралась. Мне намного было проще вообще исчезнуть из столицы вместе с детьми. Только бы Адалинда пришла в себя.

Я не собиралась играть в эти непонятные игры. Мой потолок, который я собиралась пробить — выяснить, что же такое случилось с леди Роуз, что она вдруг безумно сильно захотела дезинформировать меня. И что немаловажно, какую цель преследовала она.

Рано утром я услышала, как Руперт спустился на занятия. Сама опять полночи просидела, мечась из одной спальни в другую, желая, чтобы Адалинда была со мной рядом. Но, к сожалению, когда я несколько раз заглянула в спальню, то увидела дремлющего полусидя Герберта, а на его груди, мирно посапывающую Адалинду, укрытую тонким пледом.

Мы не разговаривали. Слова были излишни. Хотя бы просто из-за того, что Герберт понял мой настрой в отношении светской встречи.

И поэтому утром я чувствовал себя ещё больше разбитой, нежели чем с вечера. Я не поняла, в какой момент, но бессонница, усталость и давящее чувство тревоги за ребёнка просто сломало меня.

Я сидела в лавандовой гостиной. Помимо учётных книг, перебирала корреспонденцию, которая валялась здесь все время. И вдруг осознала, что просто не могу: мне больно, мне страшно.

И тот человек, который должен был меня защищать, которому я вверила свою жизнь, судьбу, этот человек причинил мне самую невозможную боль.

И меня плачущую, застала леди Айлин.

Она проявила максимум такта в этот момент, просто стоя за моей спиной.

— Не убивайся. — Произнесла она впервые со времени нашего знакомства без слащавой нотки повеления, снисхождения. — Не убивайся, Анна. Мужчины злы.

Шорох юбок, касание домашних туфелек на тонкой подошве и отделанных сатиновой тканью, украшенной кристаллами…

Ковры скрывали все звуки.

И поэтому, когда Леди Айлин опустилась в кресло напротив моего диванчика, я покачала головой.

— Мужчины злые, нелогичны. Мужчины часто одержимы. Не убивайся. Я очень надеюсь, что когда-то тебя действительно начнёт заботить количество гарнитуров.

Я прикрыла ладонью рот, чтобы не расхохотаться в голос.

— Если вы думаете, что оказавшись в моей ситуации, вам посмели бы отдать эти бриллиантовые гарнитуры, то вынуждена вас разочаровать.

— Глупости. Если бы не злосчастное стечение обстоятельств, ты бы и больше полугода не просидела в тишине и в безденежье. Герберт отвечал на мой вопрос: почему так произошло. Потому, что он рассчитывал, что разберётся за пару Лун со своим драконом и принудит его принять ту истину, на которую Герберт покажет. Как бы это не чванливо звучало, но мой сын всегда относился к тому разряду людей, которые всегда получают то, что хотят. Поэтому не убивайся. Сейчас твои изумруды, бриллианты, бирюза, агаты, яшма, золото, платина, серебро — все лежит в сундуках в сейфовой комнате. И она не запечатана от тебя. Это все твоё. Ты можешь в любой момент взять и собрать ридикюль, и тебе никто ничего не скажет. Мужчины злы, Анна. Безответственны иногда. Но чаще всего, когда нервничают — глупы. — Леди Айлин произнесла это с такой верой в собственное наблюдение, что у меня мороз пошёл по коже.

Её зрачки стали вертикальными.

— Вам легко говорить. За вами сила рода.

Но леди Айлин усмехнувшись, покачала головой.

Я пыталась донести до неё то, что ей легко рассуждать о мужской глупости, когда она снопом искр может разжечь все поленья в каминах. Когда она своей магией может покорить стихию.

Но что она бы делала, если бы была на моём месте?

— Ты думаешь, все так просто? Нет, Анна. Мне достался дар. Но при этом мне не досталось какой-то женской наивности. Я прекрасно оценивала свои шансы, когда выходила замуж за Тадеуша. Я всех драконьих богов молила о большой семье. Но, к сожалению, Герберт это мой единственный сын. А у тебя двое детей. Если бы это не случилось с вами, то я почти уверена, что третий наследник возглавил бы род Лунного Камня. Кто-то теряет, кто-то находит Анна. Ты можешь родить ни одного ещё ребёнка. Ты можешь сделать так, что твои дети возглавят несколько родов. К сожалению, у меня, кроме моей силы, циничности, единственного ребёнка ничего больше не было. Послушай меня, Тадеуш никогда бы не сделал того , что сделал Герберт. Ни один здравомыслящий дракон никогда бы не заставил своего зверя корчится в муках, скованного собственной