Когда ты проснешься… - Андрей Эмдин

— Есть. Но ты уверена, что тебе это нужно?

— Саша, не будь занудой, как… — она запинается, — как Саша. Не тот, который ты, а тот Саша. Программист! Коллега наш, создавший этот чертов дурацкий остров!

Мы проходим на кухню. Я открываю бар и показываю девушке бутылку вина. Она отрицательно машет головой:

— Крепче! Градус снижать — не по-программистски, — последнее слово удается ей с трудом.

Ставлю на стол два бокала, лед и открытую бутылку виски. Ира пробует крепкий напиток прямо из горла, кривится, но одобрительно кивает.

— Что случилось? — наливаю спиртное в бокал, бросаю несколько кубиков льда.

— Я рассталась с Сережей, — сообщает она и пальцем размазывает по столу мокрую каплю, вылетевшую из бокала.

— Это кто?

— Ну тот, с острова. Моя «идеальная пара», посланная мне системой в мой второй заход. Этот рук не распускал, вел себя прилично, но сейчас я понимаю… Саш… Какие же мы ра-а-азные! — тянет она, в бессилии упав на сложенные на столе руки.

— Не все так гладко в виртуальном царстве, стало быть?

— В виртуальном царстве все оху… очень хорошо! — поправляется Ира. — А вот в реальном… Нет, он хороший парень, и все такое. Но вот чувствую — не мое! Ну, не кинулся бы он меня спасать, окажись мы на обновленной программе «Лайнер». Вот не кинулся бы!

Я улыбаюсь.

— Черт! Вот, может, мне снова пойти в игру? Попросить, чтобы твой лайнер, да мне прям в голову… И чтобы какой-нибудь мужик бы меня красиво спас! А перед этим еще и красиво… ну ты понял. Сколько там у нас есть до трагедии?

— Сутки, — отвечаю я.

— Немного, — досадливо крякает пьяная подруга. — Но я бы ничего, поступилась своими этими… ик! Принципами! И вообще, Саш, ты во всем был прав тогда на острове… Какая я ду-у-ура… — На ее глазах проступают слезы и, кажется, она снова готова забиться в рыданиях.

Спешу ее отвлечь от горестных мыслей:

— Не переживай, Ир, ты чего? Ну, оказалась система несовершенной, бывает! Вон, мой бывший коллега, дядя Боря, вообще до сих пор уверен, что знакомиться надо в библиотеках, а не в этих наших, как он говорит, «иньтерьнетах» — и ничего!

Ира пьяно улыбается глупой шутке и, кажется, решает пока не плакать.

— А этот дядя Боря — хороший? — с надеждой в голосе спрашивает она.

— Хороший. Из него бы вышел для тебя отличный… дедушка.

Ира прыскает:

— Вот все хорошие мужики, видимо, или уже женатые папки, или… дедушки. Вот погружусь в Сашкин остров и… утоплюсь в океане!

— И схлопочешь еще одно предупреждение второго уровня, — резонно замечаю я.

— В тестовых мирах этический контроль не действует, — отмахивается Ира и добавляет, подумав: — И слава богу! А то меня просто не пустили бы в мою маленькую Швейцарию…

Я не уточняю, что такого неэтичного происходит в ее личном виртуальном пространстве. Достаточно было того, что сейчас происходило с ней в пространстве, вполне осязаемом.

Мы с ней некоторое время еще выпиваем и разговариваем на отвлеченные темы. Точнее, Ира рассказывает обо всех своих отношениях с мужчинами. Кажется, она успокоилась и даже немного протрезвела, потому что больше не делает попыток расплакаться. Уходим покурить на балкон, и только я закрываю за нами дверь, как девушка вдруг резко подается вперед и, прежде чем я успеваю среагировать, впивается в мои губы. Я впадаю в ступор от этой неожиданной нежности. «Почему меня на этом балконе постоянно целуют?» — проносится в голове комичная мысль, но я сразу же себя укоряю за абсолютно неуместное сравнение. Ира не играет роль, как это делала Света. Ей плохо, по-настоящему плохо. И она пришла ко мне за помощью. Но могу ли я протянуть руку утопающей, если сам в последнее время только и делаю, что тону и топлю корабли?..

Не встретив от моих губ взаимности, Ира отстраняется и смущенно спрашивает:

— Я тебе не нравлюсь?

— Нравишься, — честно отвечаю я, чувствуя, как меня предательски накрывает ощущение дежавю — настолько ситуация развивается похожим с моим недавним клубным фиаско образом.

— Врешь, — равнодушно отвечает Ира, но в отличие от Светы не обрушивает на меня поток ругательств, а молча докуривает сигарету и вышвыривает окурок в окно.

— Нет, не вру. Правда нравишься, — неловко нарушаю я паузу, когда мы снова оказываемся на кухне. Ира молчит, смущенная своим внезапным порывом, о котором теперь, похоже, жалеет. — Просто не так, как…

— Ладно, я, пожалуй, пойду, — тихо перебивает меня девушка, чувствуя, что повисшая в воздухе неловкость плохо совместима с дальнейшим непринужденным общением.

Не знаю, что на меня нашло, может, хмель от нескольких стаканов виски, которые я успел принять, успокаивая заплаканную вечернюю гостью, а может, отчаяние человека, который больше не видит других способов добиться желаемого, кроме как наугад случайным людям рассказывать о своей боли. Так или иначе, я останавливаю начавшую было подниматься со своего места Иру и жестом прошу ее сесть.

Она садится и вопросительно смотрит на меня. И тогда я рассказываю ей, с чем связано мое появление в «Неслучайной Встрече». Рассказываю о шутке Вадима и о том, как я в неведении наслаждался идеальным отпуском. Как вышел из погружения, не дождался взаимности и пытался разыскать подругу. Как чудом оказался в архитектурном отделе и как, наткнувшись на глухую стену, попытался все испортить, модифицировав программу «Лайнер».

Как и все немногочисленные посвященные в мою тайну, Ира слушает, не перебивая. Лишь иногда ухмыляется, встречая в моем рассказе знакомые ей фрагменты программы «Остров». Когда я заканчиваю рассказ, Ира вдруг искренне и от души матерится, переплюнув в мастерстве даже реплику Вадима, обнаружившего во вскрытом сейфе праздничный торт.

— Ты еще более сумасшедший, чем я думала! Но до чего красивая история! — завистливо хнычет она. — Меня бы так кто-нибудь искал…

— История была бы красивой, будь у нее счастливый конец, — понуро отвечаю я. — Или пусть даже и не счастливый, но хоть какой-нибудь! Я совершенно не знаю, что мне делать.

— А что говорит Илья?

— Илья не может ничем помочь. Даже ваше подразделение программистов держат отдельно от архитекторов. И только моя вопиющая наглость и взломанный сценарий «Лайнера» стали событием, которое Громов посчитал достаточно весомым, чтобы сделать исключение и собрать совместное совещание. Иначе мы никогда не встретились бы.

— Это точно, — соглашается Ира и, задумавшись, хмурит лоб. — Мы можем попробовать обратиться к моему знакомому Грише. Он главный программист «Встречи», был моим руководителем до того, как меня командировали в ваш отдел.

— У