Порочный союз - Айви Дэвис

Антонио резко дернулся в сторону, прижимая нас обоих к контейнеру, когда мимо просвистела пуля. Я ахаю, потрясенная тем, что на самом деле нахожусь в эпицентре перестрелки прямо сейчас. Поговорим о другой жизни, отличающейся от чтения книг и хождения по музеям целыми днями.

Антонио прикладывает палец к губам, призывая меня к молчанию. Затем он ждет.

Когда дуло пистолета мужчины касается контейнера, Антонио хватает его и направляет в небо. Пистолет стреляет. Я зажимаю уши, пытаясь сдержать самый ужасный из пронзительных звуков. Антонио бьет парня кулаком в горло, опрокидывая его на спину. Затем ему удается выхватить пистолет у парня, но прежде чем он успевает выстрелить, мужчина брыкается, опрокидывая Антонио на спину. Они хватаются за пистолет.

— Черт! — Говорит другой мужчина, появляясь в поле зрения. — Я разберусь, Джо. — Он поднимает пистолет, чтобы выстрелить в Антонио, но я уже начинаю действовать. Он даже не видит и не слышит, как я приближаюсь. Я врезаюсь ему в бок, отбрасывая его назад и заставляя потерять пистолет. Я поднимаю его и замираю. Он смотрит на меня в шоке. — Ты не собираешься стрелять.

Я устала от людей, указывающих мне, что я могу и чего не могу делать. Я готова принимать собственные решения и постоять за себя.

Итак, я стреляю.

Он кричит, когда пуля проходит сквозь его ногу, заставляя его упасть на заснеженную землю.

В суматохе Антонио хватает пистолет противника и стреляет ему в голову. Я ахаю, отводя взгляд. Я слышу еще один выстрел, и когда я оглядываюсь через плечо, то вижу, что другой мужчина тоже мертв.

— Идем, — говорит Антонио, хватая меня за руку. — Давай выбираться отсюда.

Я везу Антонио в больницу, чтобы ему оказали помощь с раной. Он пытается возражать, но я твердо стою на своем. — Ты мог умереть, Антонио. Тебе нужна помощь.

— Но я не могу пойти домой, — говорит он, глядя на двери отделения скорой помощи. — Если Франко найдет меня, я покойник.

— Итак, что ты собираешься делать?

— Я собираюсь пойти туда и попросить их привести меня в порядок, но ты должна быть уверена, что он не найдет меня здесь. Как только мне станет лучше... мне нужно будет уехать. Я не могу находиться рядом с тобой, подвергая тебя опасности. Мне придется искать свой собственный путь, пока я не смогу победить Франко. Если я вернусь домой, он снова попытается убить меня.

— То есть ты хочешь сказать, что никогда больше не сможешь увидеть свою семью?

— Именно это я и говорю.

Я молчу, обдумывая все это. — Куда ты пойдешь? — Наконец спрашиваю я.

— Я не знаю. Но мне нужно найти способ занять свое законное положение. Я не могу этого сделать, если беспокоюсь о вас, ребята. Не говорите ему, что вы помогли мне. Все, что ему нужно знать, это то, что я сбежал. И однажды я вернусь, убью его и заберу то, что принадлежит мне по праву. Чего хотел для меня наш отец. — Он крепко сжимает свой кулон в руке, прижимая его ко лбу. — Ты будешь мной гордиться, папа.

Слезы щиплют мне глаза. Мы с Антонио никогда не были так близки, поэтому кажется неправильным, что он прощается со мной, а не с другими нашими братьями и сестрами, особенно с Сесилией. Они всегда были самыми близкими.

— Хотя бы попрощайся с мамой, — говорю я ему. — Она в больнице с Эмилией. Она родила ребенка, — Я объясняю после того, как он вопросительно смотрит на меня. — Мама хотела бы знать, что с тобой все в порядке.

— Хорошо, — говорит он.

Вместе мы входим в больницу, и его быстро отправляют на операцию. Как только он заходит, я нахожу маму и Эмилию в детском крыле больницы.

— Ты нашла его? — Спрашивает мама, бросаясь ко мне.

— Да. Он жив и находится в операционной по поводу огнестрельного ранения. Он поговорит с тобой, как только выйдет.

Мама вздыхает от облегчения. — Слава богу. О, слава богу. — Она притягивает меня в свои объятия. Так много объятий от моей мамы за один день. Если бы я не чувствовала себя такой живой прямо сейчас, я бы подумала, что вижу сон. — Пойдем в коридор. — Она выводит меня из комнаты, потому что Эмилия спит.

— Марко все еще в пути?

— Да. Он продолжает писать мне каждые пять минут, спрашивая, как дела у Эмилии. — Мама устраивается на стуле в ближайшей комнате ожидания. — Я так счастлива, что с Антонио все в порядке.

— Я тоже.

Мама на мгновение замолкает, оглядываясь на проходящих мимо медсестер и врачей. — Итак, как продвигается твой брак? У тебя не было возможности рассказать мне до конца. Ты сказала, Лео причинил тебе боль?

— Он... Это унизительно.

— Я твоя мать. Я со многим справлюсь.

С глубоким вздохом я говорю: — Он заключил пари, чтобы... соблазнить меня. Но потом он попытался поцеловать меня, и Эмилия поймала нас, и Марко заставил нас пожениться. Тем не менее, у нас все шло хорошо, несмотря на трудное начало. Он водил меня на свидания. Свидания в музее! Это так много значило для меня. Пока правда не выплыла наружу, и я не поняла, что он лгал мне все это время. Это очень больно, мам. Так больно. — Мне требуется секунда, чтобы осознать, что я плачу.

Мама гладит меня по спине. — Ты узнала его поближе?

— Я думала, что да.

— Ну, поверь тому, кто любил сложного мужчину, причина, по которой это так больно, в том, что ты любишь его.

Я вытираю слезы, бросая на нее взгляд. — Я его не люблю.

— Разве? Я помню, как вы двое танцевали на свадьбе. Не думаю, что когда-либо в жизни видела тебя более умиротворенной.

— Я... Я не могу любить его, мама. Он солгал мне.

— Ты не думаешь, что он изменился? Если он изо всех сил старался сделать тебе приятное, ты веришь, что все это было ложью?

— Я должна. — Я ерзаю на своем сиденье. Эти жесткие больничные кресла не совсем подходят для длительного сидения. — Иначе будет еще больнее.

— У нас с твоим отцом было трудное начало.

— Правда? Ты всегда казалась такой влюбленной.

Она вздыхает, потирая пальцем висок. — Мы доросли до этого, но на это ушло время. Мне было всего восемнадцать, и это был брак по расчету. Он был старше, более состоявшимся. Сначала я ненавидела его, но мы нашли любовь. Когда он умер, мне показалось, что мое