Выспавшаяся красавица и несносный дракон - Лина Леманн

В полете Доминик приобретает человеческий вид. Его телом испещрено кровоточащими ранами.

Бегу к нему, расталкивая тварей, в чем мне помогает Маттео и король. Мой путь усеян искривленными телами иномирных существ. Мужчины прикрывают Доминика, который осел на выжженную землю. Мелькает черная густая шерсть Айруса.

Падаю перед любимым на колени. Вблизи раны выглядят еще хуже, чем вдалеке. О нет, ты не посмеешь умереть! Не тогда, когда я к себе вернулась! — Это я, Доминик… Это я, Мэл! — возглас вырывается из самых глубин моей души. Я смотрю в лицо любимого мужчины, держу его за холодную руку, целую пальцы и плачу.

— Не держи меня, Мэл, не держи, — едва хрипит он. Из жутких ран хлещет кровь. Я взываю к своей магии и струей пускаю ее в истерзанное тело Доминика. — Отпусти… Я устал… Я не могу, когда все напоминает мне о ней. Это слишком…

— Дурачок! Ты не понимаешь. Это я! Я была все это время и никуда не уходила. Озеро стерло мне память. Не знаю, какими силами я вернулась к тебе. Ты не можешь уйти, просто не имеешь права!

— Мэл? — блеск осознания мелькает в карих глазах, но дыхание Доминика слишком слабое, чтобы могло поддерживать в нем жизнь.

— Я никуда не уходила… — шепчу я. Слезы капают из глаз, стирая с памяти пыль забытья. — Я никогда тебя не бросала. Это все он… отец столкнул меня в озеро. Он надеялся, что новая я не вернется к тебе и будет жить по его планам. Но он просчитался! — из груди вырывается хриплый смех. — Как же он просчитался! Моя душа прошла через все круги ада, чтобы вернуться к тебе, любимый…

Огромная тварь с хлопающими крыльями стремительно спикирует вниз, к нам. Не сожрешь ты меня, ехидна поганая! Направляю руку, и яркий луч света врезается в вурдалака, разрезая его на части.

— Мы созданы, чтобы спасать друг друга, слышишь? Наша история не может вот так закончиться, — реву в голос. Доминик издает последний вдох, и его грудная клетка замирает.

— НЕЕЕЕТ! — ору я, вою в голос раненым животным, погромче вурдалаков.

— Мэл! Мэл! — общего хаоса ко мне пробивается мужской голос.

— Король? — шмыгаю носом я. — Доминик… он… он…

— У нас нет времени, Мэл! Ты должна быть сильной. Озеро, оно поможет. Это наша последняя надежда, — Дамьен шепчет быстро, морщась от боли. Его тоже солидно потрепало. — Оно уже вернуло вас друг другу, надеюсь, магия смилостивится еще раз. Айрус, ко мне! Вы должны дотащить его до озера. Не переживай о нас! Иди вперед и не оглядывайся. Мы прикроем.

С нечеловеческими усилиями я взваливаю на себя и Айруса бездыханное тело самого любимого на свете человека, как тогда давно в особняке. Только в тот раз я его подстрелила. Глупое воспоминание придает мне сил. Улыбаюсь сквозь слезы и переставляю окровавленные ноги. Каждый шаг дается мне с огромной болью, но и каждый шаг окрыляет надеждой. Я становлюсь ближе к шансу спасти его. Я должна. Я справлюсь.

Айрус скулит, с трудом передвигая лапы. Иди на ощущениях. Шаг. Другой.

— Я помогу! — кричит над головой Юстас и исчезает в темноте леса.

То же мне, товарищ.

Однако вскоре из леса вылезают, выходят, выползают тени существ. Василиски, волки, мантикоры и другие волшебные существа показываются на свет. Они готовы выступить и защитить себя.

— Давайте его на меня кладите! — кричит Гюрза, вынырнув из глубины. Сама подставляет спину. Ее рог мерцает в полумраке звездой в полуночном небе.

Единорог ложится, чтобы мы перевалили на нее Доминика.

— И ты что стоишь, запрыгивай! — приказывает кобыла.

Я с трудом забираюсь на черную лоснящуюся шкуру. С кряхтением Гюрза поднимается и пускается вскачь. Айрус бежит рядом, но быстро отстает, поскольку над головой слышны твари, совсем рядом клацают их хищные морды.

Меня бьет озноб, качает из стороны в сторону, я едва не падаю. Слезы рвутся всё обрушивающим потоком, отчаяние готово захлестнуть с головой и навеки погрузить в свои ледяные воды страха и оцепенения. Вся жизнь кажется пустой без Доминика, я не представляю, как буду жить дальше. Смогу ли. Не хочу об этом думать, иначе не сдержу рыданий.

Как он жил без меня…

Из-за деревьев показывается просвет с голубым свечением, и вскоре молчаливая гладь Ледяного озера предстает перед нами. Воды спокойны, им нечего волноваться. Их существование продлится в веках. Для них нет смерти, нет жизни.

— Стой здесь, — прошу Гюрзу, когда мы пришли на пологий берег.

— Ты что, ты его одна не утащишь, — фыркает она. — Я пойду вперед. В этом месте магия теперь бурлит через край, и она никогда не причинит зло волшебному существу. По крайней мере, я на это надеюсь.

Не желая тратить время, я обнимаю Доминика.

Единорог заходит в воду. Веет студеным морозом, не понимаю, как у Гюрзы не свело ноги. Она уверенно движется вперед, хоть и сильно медленнее, чем по земле. Теплый пар дыхания вырывается из наших ноздрей и стелется легким туманом по глади.

Вскоре и моих ног касается ледяная вода. Их сразу же сводит судорогой, я сжимаю зубы, чтобы не закричать. Холод застилает сознание по мере того, как мы заходим дальше. В голове только и бьется: сейчас все закончится.

Наконец становится достаточно глубоко, чтобы я слезла со спины Гюрзы и смогла с трудом стащить Доминика. Воды милостиво принимают нас в свои объятия.

— Я люблю тебя… Всегда любила. С первого дня, как увидела. С тех пор как мы были подростками, а ты не обращал на меня внимание. Каждый твой взгляд был для меня наградой, и я трепетно лелеяла их в душе, складывала в копилку памяти, несмело надеясь на будущее. Я помню твое первое признание, каждый наш поцелуй. Я очень хотела к тебе вернуться. Где-то внутри я знала, что мой дом там, где ты. И если ты сейчас уходишь, куда бы ни пошел, забери и меня. Я обещаю сносить все трудности, куда бы не занесла нас жизнь. Я обещаю