Бедовая помощница в академии драконов - Анастасия Милованова

— Пошли уже, — бурчит Искра. — А то попадёшь под комендантский час. А тебе лишнее внимание вот вообще не нужно.

— Какая ты мудрая, однако, — киваю я, сверяясь с картником и прикидывая маршрут.

В коридорах тихо, будто «Ресталия» и вовсе вымерла. Лишь где-то вдали слышатся голоса.

— Опыт, — хмыкает Искра и замолкает.

Меня это полностью устраивает. Слишком уж много всего нужно уложить в голове. Не скажу, что узнала об инари что-то новое, но и того, что рассказала Ноктурна, хватает, чтобы понять: мои опасения не напрасны. Дар надо скрывать — и как можно дольше.

И вроде бы я всё для себя решаю, но в сердце рождается протест. Я никак не могу принять слова смотрительницы о драконах. Упрямое сердце верит, что тот же Райгард не такой.

— Алиса, — тихонько зовёт Искра, когда я преодолеваю несколько витков винтовой лестницы.

— Что? Ты чего болтаешь?

— Замри. Ты ничего не слышишь? Не видишь? — так же тихо произносит книга.

И я ведь послушно останавливаюсь и так же исполнительно напрягаю слух и зрение. В узком коробе лестницы гуляет ветер, а сгущающиеся сумерки рисуют жуткие тени.

— Я ничего… — ворчу, но тут же замолкаю.

И наконец-то различаю и далёкий шелест голосов, и пурпурные отблески, ложащиеся на ступени ниже.

— Драконьи боги, — шепчу я, чувствуя, как холод ужаса поднимает волоски на загривке. — Это то, о чём я думаю?

— Чтобы это понять, надо это увидеть, — философски замечает Искра.

Впрочем, меня уговаривать не надо. Прежде чем нестись к Райгарду и докладывать о явлении Бездны, нужно хотя бы визуально в этом убедиться. А то вдруг там внизу нерадивые студенты вечеринку устроили, а я тут всю «Ресталию» на уши подниму.

Спустившись на несколько ступеней, я изо всех сил вытягиваю шею и заглядываю ниже. Сияние усиливается, но что или кто там разговаривает, по-прежнему не видно. А потому я решаюсь спуститься ещё ниже. Если память мне не изменяет, внизу эта лестница оканчивается холлом, за которым располагаются разрядные камеры. Может быть, ребята решили потренироваться?

— Скоро… — доносится до меня потусторонний шёпот, заставляющий остановиться на месте.

Подавшись вперёд, я заглядываю за лестничный столб и тут же делаю несколько шагов назад. Там, внизу, в пурпурном сиянии висит глашатай Бездны. Я ни с чем не перепутаю эту фигуру, закованную в бронированные доспехи. Именно этих существ я видела на страницах сказок, которые так любили внуки лотты Аделис. И именно глашатаи знаменуют полноценное явление Бездны, когда в наш мир проникают чудовища с иной стороны.

— Тебе воздастся, — снова слышится пугающий голос.

И мне бы посмотреть, кто же этот второй, кому воздастся, но сияние усиливается, и я попросту не рискую быть обнаруженной. Развернувшись, я бросаюсь со всех ног. Как взлетаю наверх — не понимаю, как добираюсь до лестницы, ведущей к преподавательским покоям, — тоже не замечаю. Останавливаюсь, только когда в меня влетает Люцина.

— Смотри, куда прёшь! — орёт она, застёгивая корсаж на праздничном платье.

Протиснувшись мимо, аристократка пускается бежать вниз. Я успеваю заметить лишь растрёпанную причёску и красные щёки. Но это всё отпечатывается в сознание картинками и тут же смывается тревогой от появления в академии глашатая.

Уже через мгновение, позабыв о столкновении с Люциной, я стучусь в дверь Райгарда.

— Забыла что-то?! — прилетает в меня вместе с распахнувшейся створкой.

И вместо доклада я замираю с открытым ртом. Декан стоит передо мной в одних брюках, с мокрой шевелюрой и стекающими по голому торсу каплями воды.

Перед глазами тут же всплывает и растрёпанный вид Люцины, и её красные, очевидно, от смущения щёки. Мозаика произошедшего складывается в голове с пугающей скоростью. И с такой же скоростью прилетает укол в сердце. Пускай мне ничего с Райгардом не светит, но всё равно. Как неприятно-то…

Глава 20. Обострение ситуации

Райгард Скайрид

Этот день определённо решил меня добить. Вайресс с какого-то перепуга решила присоединиться к нам с братом в обсуждении политических вопросов. И, конечно же, не забыла высказать Айрнгарду своё драгоценное мнение о моей помощнице. В итоге мозг я напрягал не только из-за активизировавшихся на границах Файерндорнов, но и по поводу так тщательно откладываемого мною династического брака. Ресса почему-то решила, что я могу повести себя как оголтелый юнец, впервые влюбившийся и ставящий предмет обожания на первое место. Пришлось доходчиво объяснять родственникам, что с помощницей у меня сугубо деловые отношения, да и сердце моё давно уже не имеет права голоса. С тех пор как Лейана сделала выбор в пользу принца Файердорна, я отдал приоритет разуму. И брат, и сестра об этом знают, однако вопрос моей женитьбы всё равно поднимается на каждом нашем совещании.

Возможно, потому, что я и сам уже не настолько уверен в своём решении посвятить жизнь службе.

— Бред, — раздражённо бросаю я, глядя на себя в запотевшее зеркало.

Ванная комната заполнена паром, а долгожданная тишина приятно расслабляет. Однако до спокойствия мне далеко. Неясная тревога и постоянно возвращающиеся к Алисе мысли не дают мне покоя. Как и странная реакция дракона, рвущего поводки контроля. И я никак не могу разобраться, от чего конкретно зверь сходит с ума: от возможного явления Бездны или от беды под именем Алиса?

— Потом, всё потом, — потерев переносицу, бормочу я.

Надеваю подготовленную пару брюк и выхожу из ванной. И тут же застываю на пороге. Картина, открывшаяся мне, должна шокировать, но подобное я не раз уже видал. Дешёвый трюк с проникновением в мою постель в своё время опробовала практически каждая дочь благочестивых семейств, составляющих аристократию империи. Естественно, в надежде, что я оскорблю это самое благочестие, а потому буду вынужден смыть позор женитьбой.

Вот и сейчас на лежащую на моей кровати Люцину я смотрю скорее с сочувствием, чем с удивлением или, как вероятно рассчитывала девица, вожделением. Нет, чисто с эстетической точки зрения у Люцины всё хорошо. И это хорошо девушка выгодно преподносит, оголив ноги и распустив корсаж.

Только вот не работает это со мной. Не интересно. Не цепляет, и вообще, чем больше я смотрю на то, как Люцина кокетливо хлопает ресничками и томно прикусывает губу, тем сильнее разгорается раздражение в груди. Да и дракон агрессивно порыкивает на задворках сознания. Прикрываю