Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

Но всё равно надеялась, что отец даст мне выбор, что позволит хотя бы познакомиться с претендентами, хотя бы сказать своё слово.

Наивная дурочка.

Лукас — его доверенное лицо, его правая рука, человек, который последние три года вёл все дела отца, управлял поместьями, собирал налоги, решал конфликты. Хитрый, расчётливый, льстивый. С неприятной улыбкой, которая никогда не доходила до глаз. С липкими руками, которые он то и дело клал мне на талию, на плечо, на поясницу, якобы случайно, якобы из вежливости, но я чувствовала, как под этими прикосновениями кожа покрывается мурашками отвращения.

Сначала он мне даже… нравился. Или я заставляла себя думать, что нравился, видя намеки отца.

Он был образованным, начитанным, умел поддерживать разговор, знал, как сделать комплимент, как произвести впечатление на молодую девушку, выросшую в изоляции родового поместья. Но потом…

Потом был тот день, когда отец уехал в столицу по делам, оставив меня одну в доме, и Лукас пришёл «обсудить свадебные приготовления». Мы сидели в библиотеке, я листала каталог тканей, выбирая материал для платья, и вдруг… он просто подошёл сзади, положил руки мне на плечи, наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание у своего уха.

«Ты такая красивая, Микэль. Так соблазнительно красивая. Мне не терпится сделать тебя своей.»

Я попыталась встать, отстраниться, но он прижал меня к стулу, не давая двигаться, и его руки скользнули ниже, к груди, к талии, сжимающие, мнущие, и я закричала, вырвалась, убежала в свою комнату и заперлась там, дрожа всем телом от ужаса и унижения.

Когда я рассказала отцу, он только рассмеялся — коротко и насмешливо: «Ты же будешь его женой. Какая разница, сейчас он тебя тронет или после свадьбы? Не выдумывай проблемы на пустом месте, дочь. Лукас — достойный человек. Ты должна быть благодарна, что он вообще согласился на тебя в таком возрасте. У меня будет достойный преемник для дел.»

Благодарна.

БЛАГОДАРНА!

Вот тогда я поняла, что отец не защитит меня. Никогда не будет на моей стороне. Для него я была лишь разменной монетой, инструментом для укрепления связей, для передачи земель и титула надёжному человеку, который продолжит его дело после смерти.

И тогда я приняла решение.

Дикое, безрассудное, отчаянное решение, которое заставляло меня просыпаться по ночам в холодном поту, дрожащей от ужаса и стыда. Но другого выхода не было. Его совсем-совсем не было.

Я лишу себя невинности. По собственной воле. С человеком, которого выберу сама.

Лукас не захочет «порченую» невесту. Никто из знатных мужчин не захочет. В нашем обществе девственность невесты ценилась превыше всего, была символом чистоты, достоинства и хорошего воспитания. Потерять её до свадьбы означало навлечь позор не только на себя, но и на весь род.

Отец будет в ярости! Но он не сможет выдать меня за Лукаса против воли жениха.

План был безумный. Опасный. Унизительный. Но это был единственный способ спастись.

Несколько недель я обдумывала, как это сделать и с кем. Мысль об этом вызывала тошноту, заставляла сжиматься в комок и рыдать в постели, тщетно обнимая потускнувший мамин портрет, будто бы от этого она могла бы ожить, могла бы защитить меня.

Но я заставляла себя думать холодно и рационально, как если бы планировала военную операцию, а не собственное… падение.

Мне нужен был человек, на которого не мог бы повлиять отец. Человек, находящийся вне его досягаемости, вне его власти и контроля. Иначе отец испортит жизнь и ему, и мне ещё больше, найдёт способ заставить этого человека молчать или вообще исчезнуть. Или еще хуже — выйти за него. Сменив одного ненавистного мне человека другим.

И тогда я вспомнила слухи, которые разносила по дому моя старая нянюшка — любительница посплетничать, когда думала, что её никто не слушает.

В прямо на границе наших земель находился военный отряд, состоящий как из наших воинов, так и воинов Княжества. Драконорожденные — молодые, сильные, опасные, брошенные в ссылку в Тёмногорье для «защиты границ».

На самом деле эта «почётная ссылка» — способ избавиться от неудобных членов королевской и княжеской семьи, от тех, кто мог претендовать на трон, кто был слишком популярен у простолюдин дворян, слишком влиятелен, слишком опасен для правящей династии.

Одного из них нянюшка упоминала чаще всего — явно со слов восхищённых служанок, которые ездили на рынок в приграничный город и видели этих воинов лично.

Кайлас из рода Дарлаков. Младший сын младшего брата Безумного Князя, изгнанный за участие в подготовке военного мятежа, который пытался свергнуть тирана. Герой многих сражений. Уже командир отряда, несмотря на молодость.

Говорили, что он красив — высокий, белоснежные волосы, глаза цвета льда.

Говорили, что он силён — мог поднять взрослого мужчину одной рукой, мог сражаться часами без устали.

Говорили, что он неприступен — никогда не заходил в таверны, где работали девушки за звонкую моменту, никогда не принимал приглашений от местных знатных дам, желающих согреть постель героя-изгнанника.

Идеальный кандидат!

Он не знал моего отца. А отец не мог повлиять на него. Если я выдам себя за простую крестьянскую девушку… он никогда не узнает правды!

После очередной ссоры с отцом — когда он запер меня в комнате на три дня без еды, только с водой, наказывая за отказ примерять свадебное платье, — я решилась.

Ночью, когда в доме все спали, я выбралась через окно своей спальни, спустилась по виноградной лозе, оплетающей стену, и побежала к конюшне. Оседлала лошадь — тихо и быстро, стараясь не разбудить конюха. И поехала, прочь из дома. Прямо к границе, к военному лагерю.

В лесу я переоделась в простое платье служанки, которое украла у одной из горничных. Распустила волосы, спрятав под платок. Испачкала подол, обувь и руки землёй, чтобы выглядеть как крестьянская девушка, работающая в поле.

И придумала историю: я служанка из соседней деревни, заблудилась в лесу, ища сбежавшую молодую барыньку. Прошу помощи и ночлега до утра.

Глупая, неубедительная история, полная дыр и противоречий. Но я надеялась, что темнота, моя растерянность и слёзы сделают её хоть немного правдоподобной.

Ночной лагерь встретил меня запахом дыма, жареного мяса и мужским смехом.

Костры горели яркими пятнами в темноте, отбрасывая длинные, дрожащие тени на палатки, на лица воинов, сидящих вокруг огня. Они пили из кружек, смеялись, рассказывали какие-то истории, играли в кости, передавали друг другу флягу.

Грубые, шумные,