Цена любви и мести 2 - Анастасия Разумовская

— Подождите, эль Диар, — перебил её герцог, — не тарахтите. Я не вижу ни одной причины представлять вам личную мастерскую. Воздухолёт это не шпильки.

Елисель задумчиво посмотрела на него. Щёлкнула пальцами и пробормотала:

— Шпильки! Ну конечно!

Вскочила, подошла к столу, вытащила блокнот, пролистала, раскрыв на странице с чертежом колеса.

— Не болты, шпильки!

Ширан подошёл и заглянул.

— Разрешите.

Забрал блокнот и стал листать. Каменное выражение сменилось глубочайшим удивлением.

— Это ваши рисунки?

— Да, я рисую так себе, — рассердилась Елисель. — Если вам не нравится, просто отдайте. Я не виновата, что вы разочарованы. Ищете себе инженера получше и в штанах.

Она вырвала блокнот из его рук и решительно направилась прочь.

— Елисель, — позвал Ширан.

Девушка обернулась у самого порога, поджала губы и смерила сурового герцога раздражённым взглядом.

— Чертёж на седьмой странице, — мягко спросил допросчик, — это подводная лодка?

— Да. Но она не доработана.

— А на двадцать четвёртой…

— Мешок для прыжка с высоты.

— Зачем?

«Чтобы с башни безопасно прыгать» — чуть не вырвалось у Елисель, но она поджала губы.

— Драконы, — ответила, с трудом, сдерживая обиду. — Рано или поздно непременно начнётся война с Южным континентом. Если завяжется воздушный бой, то, возможно, понадобится прыгать с большой высоты. Но точно рассчитать я не смогла. Нужно экспериментировать, а для экспериментов нужен воздухолёт. А для воздухолёта нужна мастерская. Так зачем вы меня похитили, если не готовы её мне дать?

— Вернитесь и сядьте обратно, — велел Ширан.

Елисель выполнила приказ. Закусила губу, нахмурилась, прижала сумку и уставилась в пол.

— Я предоставлю вам мастерскую, но с одним условием.

— Я не стану вашей женой, — отрезала пленница и подняла взгляд.

Ширан поперхнулся. Откашлялся.

— Хорошо. Договорились. И вы сделаете аборт. Мне не нужен инженер, который через несколько месяцев завершит разработки.

Девушка побледнела.

— Нет.

— Почему?

— Эльфы редко рожают. Мы относимся к вымирающей расе, — пояснила Елисель сухо. — А тут большая удача: мне нет и тридцати, а у меня уже есть ребёнок. И вообще не вижу проблемы: когда родилась я, мой отец не бросил медицину. Просто приносил меня в лаборатории, ходил со мной на лекции, симпозиумы и даже в анатомичку.

— Он — мужчина.

— А я — женщина. Мне легче. У меня детский корм всегда при себе и его не надо греть.

Ширан снова задумался. Елисель напряжённо смотрела на него.

— Хорошо, — вдруг согласился герцог. — Тогда у меня к вам два условия. Вы выйдете замуж. И вы поможете моей жене обрести вкус к жизни. Второе, для вас, полагаю, будет даже проще, чем первое.

Глава 18. Признания и видения

Ирис рисовала бурю. Чёрный вихрь нёс над бурлящим морем сорванный с погибшего корабля флаг. Это был лишь карандашный набросок, но общая атмосфера уже чувствовалась. Двери распахнулись, подняв ветер.

— Я могу тебя поздравить с бракосочетанием? — радостно завопила Елисель и раньше, чем Ирис поняла, что это она, обняла и прижала к себе. — Ты плохо выглядишь. Стоит нам только расстаться, и ты сразу начинаешь плохо выглядеть! Ты похудела и побледнела.

— Откуда ты… Он тебя похитил?

Он похитил даже Елисель! Бедную, ни в чём не повинную Елисель!

— Кто?

Лиса выпустила плечи подруги, пошла между мольбертами, разглядывая. Хмыкнула:

— Если бы у зверюшки была такая мощная голова, зверюшка заваливалась бы вперёд. Ты хоть понимаешь, что такое баланс?

И обличающе ткнула в монстра, пожирающего девушку.

— Тебя похитил Ширан?

— Его Светлость-то? — Елисель рассмеялась. — Ты представляешь герцога в чёрном плаще и маске, крадущегося по коридорам университета? Ты чего такая грустная?

Ирис нахмурилась:

— Откуда ты здесь?

— Меня похитил Баэрд, — великодушно пояснила Лиса. — Он меня скомпрометировал, поэтому я выхожу за него замуж. Будем вдвоём замужними дамами обсуждать пелёнки-распашонки и как бы половчее пожарить котлеты для любимых мужей.

Она сдвинула краски с угла стола и села, болтая ногами.

— Ирис, не задавай дурацких вопросов и не получишь дурацких ответов, ну. Твой Ширан обеспокоен тем, что ты потеряла вкус к жизни. Я, конечно, хотела предложить ему самоубиться на твоих глазах, чтобы тебя повеселить, но мне почему-то кажется: герцог не проникнется этим предложением. А жаль.

Ирис рассмеялась, закусила губу.

— Ты выходишь замуж за Баэрда?

— Ага. Так-то неплохой морячок. Вице-адмирал к тому же.

— А Эйв?

Лиса подняла брови, задрав их почти на затылок.

— А разве принц — вице-адмирал?

— Нет, но он отец…

— … нации и все дела. Знаю. Но принцы женятся на принцессах, разве нет? Кому как не тебе это знать.

Ирис погрустнела. Вцепилась бледными пальцами в подлокотник кресла:

— Лиса, я…

— Ой да ладно! Мне тоже не нужен принц. К нему слишком много прилагается: светские рауты, этикет, покушения на жизнь и всё то дерьмо, которое, как ты знаешь, я ненавижу всей душой. Баэрд — парень попроще, к тому же он единственный, кто смог толково объяснить разницу между крейсером и монитором. А ещё он неплохо шарит в течениях Ядовитого моря.

— Но Эйв…

— Любит меня. Да-да, я знаю. По дням мольбы. В дни благодарений он предпочитает бассет. И я его не осуждаю: играть в карты очень увлекательно. Я как-то три дня подряд дулась на пятерых и едва не провалила экзамен. Это очень смешная история, сейчас расскажу. У тебя есть что поесть?

Ирис смотрела на неё, пытаясь понять, и не могла. Жизнерадостность подруги раздражала. Как можно болтать о подобной ерунде, когда мир гибнет? Её мир.

— Не знаю, — проворчала принцесса. — Наверное, где-то там, в столовой. Если ты не заметила, я не очень могу пройти и посмотреть…

— Ты когда ела?

— Не помню, но я не…

— Отлично. Поехали тогда.

Елисель спрыгнула на пол, схватила кресло за ручки, лихо крутанула (Ирис чуть не вывалилась) и покатила из комнаты.

— Я не хочу есть, — резко возразила Ирис.

— А я хочу. Но мне неудобно жрать в чужом доме в одиночестве. Так что тебе, как хозяйке, придётся составить мне компанию. Ух ты, это что? Ванная? Ничё так. Ты не против, если я потом ополоснусь?

— Нет, — буркнула принцесса.

«Ну понятно, — думала она, — Ширан велел ей отвлечь меня от мрачных мыслей. И даже Елисель не станет возражать Ширану. Почему бы им всем не оставить меня в покое?»

В столовой Елисель нашла хлеб, колбасу, сыр и какую-то зелень, соорудила бутерброды, согрела чай, разлила по чашкам, поставила одну на стол перед Ирис и села напротив.

— А теперь скажи, подруга, какого