Развод в 57: Любовница в Моем Белье - Магисса

Я указала на экран.

— Ранняя конструкция у Тимура появилась до копии «Контура». Та же ранняя конструкция с внутренней меткой оказалась в изделии Ядвиги. Её фирма заплатила Тимуру в день появления копии, указав номер нашей партии. Что именно здесь обычное?

— Способ договориться до того, как спор уничтожит три компании.

— Это не ответ.

— Это то, ради чего я приехал.

Он открыл папку. Внутри лежали два листа без подписей. Юрист протянул руку, но Феликс сначала посмотрел на меня.

— Я могу привести Ядвигу к закрытому соглашению. Остановка модели, возврат материалов, компенсация подтверждённых расходов и отказ использовать клиентскую часть. Без публикаций и взаимного добивания.

— Взаимного? — переспросила Нонна. — Это она наш пояс скопировала или мы её?

Феликс не ответил ей.

— Условие касается Жанны.

Я не взяла листы.

— Какое?

— Ты отказываешься от личных претензий ко мне по передаче пакета, журналу и действиям в период подготовки сделки. Ядвига урегулирует коммерческую часть. Тимур отдельно отвечает за хранение и давление на женщин. Компания получает деньги и возможность работать.

— А удалённые строки?

— Входят в отказ от претензий ко мне. Журнал восстановлен. Ущерб можно определить без показательного процесса между супругами.

Слово «супругами» легло рядом с чужим бельём и моей старой выкройкой. Семейный сервиз, которого я не заказывала.

— Развод ты тоже предлагаешь закрыть одним актом? — спросила я.

— Нет. И доли сейчас не обсуждаю.

Он не смешивал всё вслух. Только условие уже ставило возврат украденного рядом с моей готовностью простить удаление следов.

Юрист просмотрел первый лист.

— Здесь отказ шире. Он включает любые требования по доступу, передаче и использованию материалов до сегодняшней даты.

— Это обычная формула закрытого соглашения.

— Это обычная попытка купить неизвестный объём прощения, — сказала я.

Феликс сжал край папки и отпустил.

— Жанна, у нас осталось меньше двух месяцев резерва. Закрытая договорённость даст деньги раньше суда и остановит линию Ядвиги до следующей партии. Ты можешь быть права и всё равно оставить людей без работы.

Удар пришёлся точно. Не по гордости. По списку из четырнадцати фамилий, графику малой партии и зарплатной дате.

Я посмотрела на Нонну. Она не подсказывала. Сабина сидела, сцепив пальцы, и впервые не пыталась угадать, чью сторону выгоднее поддержать.

— Сколько времени действует предложение? — спросил юрист.

Феликс ответил мне:

— До послезавтра, шесть вечера.

— Тогда послезавтра в одиннадцать будет закрытая встреча всех сторон.

Он нахмурился.

— Я предлагаю сначала согласовать условия без Ядвиги и Тимура.

— Нет. Вы будете в одной комнате. Ядвига с представителем, Тимур с адвокатом, Сабина, совладельцы «По себе», наш юрист и Демьян. «Контур» направит своего представителя. Ада ведёт протокол. Телефоны остаются снаружи, образцы и выписки осматриваются только по описи.

— Это превратится в обмен обвинениями.

— Поэтому у встречи будет повестка.

Я повернулась к юристу.

— Первое: происхождение спорной конструкции. Второе: папка, копии и последовательность передач. Третье: платёж с номером фабричной партии. Четвёртое: сохранение материалов и прекращение использования.

Юрист записал четыре строки.

Феликс закрыл папку. Предложение осталось у него.

— И ещё, — сказала я. — Отдельным пунктом внесите удалённые Феликсом строки журнала.

Глава 33. Моя разумная версия (Феликс)

от лица Феликса

Я разложил документы не по датам, а по степени опасности.

Слева лежали фабричные накладные и платёж фирмы, связанной с Ядвигой. Посередине — резервный журнал до очистки. Справа — переписка с Тимуром и Сабиной. Последняя стопка была тоньше остальных. Мой юрист переставил её в центр.

— На закрытой встрече начнут с удалённых строк, — сказал он. — Потом перейдут к переписке. Если мы будем ждать, пока её покажет Сабина, вы с первой минуты станете человеком, который опять принёс не всё.

— Я принёс вам всё необходимое.

— Это не одно и то же.

Мы сидели в моей квартире за обеденным столом. Жильё рядом с офисом я выбрал сам, договор подписал сам и не нуждался в женщине, чтобы найти чистую рубашку. С бытом было просто. Труднее — решить, какую версию себя я собираюсь защищать.

Закрытую встречу назначила Жанна. Телефоны должны были остаться снаружи. Внутри собирались совладельцы, юристы, Демьян, Сабина, представитель Ядвиги и документы «Контура». До встречи оставалось меньше двух суток. Этого хватало, чтобы подготовиться. Не хватало, чтобы изобрести невиновность.

— Разделим действия, — сказал я. — Передача лишних папок, удаление строк, публикация и шантаж. Это не одно действие и не один участник.

— Верно. Но вы хотите разделить факты или ответственность?

— И то и другое. Я не создавал публичную ссылку. Не отправлял сообщение Эльвире. Не продавал материалы Ядвиге.

— А о лишних папках знали до утечки?

— Знал.

— Попросили удалить?

— Нет.

— Что попросили?

Я открыл нужную строку.

«Ничего сейчас не удаляй. Сначала соберём пакет и посмотрим, что уже ушло. Тестовые строки уберу из видимого журнала».

Юрист прочитал молча.

— Вы понимали, что среди лишних папок личные записи?

— Тимур написал о закрытых карточках и личных тестах.

— Значит, понимали.

— Да.

— Зачем убрали строки?

— Хотел отделить тестовую выгрузку от договорного пакета и не остановить сделку до выяснения состава.

— Это ваша разумная версия?

Я посмотрел на фразу. Она была точной. Я действительно хотел сохранить сделку и выяснить состав. Одновременно я хотел, чтобы Жанна, Роберт и служба безопасности не увидели, что выяснять следовало раньше.

— Это правдивая часть, — сказал я.

— А полная?

— Я боялся, что доступ закроют до подписания пилота и Сабину сделают ответственной за всё.

— Поэтому заранее приготовили ответственным Тимура.

В другом сообщении стояло: «Если Жанна узнает о выгрузке, весь риск повесим на внешний ключ».

— Подготовил вариант, — ответил я.

— В котором вашего указания ничего не удалять не было.

— Да.

Юрист закрыл папку.

— На встрече я могу оспаривать выводы, границы ущерба и стоимость требований. Не могу защищать выбранный вами фрагмент переписки от соседнего фрагмента. Либо передаёте полный проектный экспорт сейчас, либо готовитесь объяснять, почему снова отбирали правду.

Я не любил, когда мне предлагали выбор из двух вариантов, составленных другим человеком. Обычно находил третий.

В этот раз третий вариант был хуже: ждать, пока всё принесут две женщины, которые мне больше не верили.

Звонок в дверь прозвучал до того, как я ответил юристу.

Сабина вошла с небольшой дорожной сумкой. Не сняла пальто и отказалась от чая. У меня оставались её блузка, косметика, зарядное устройство и папка с копиями кампании. Всё поместилось в сумку, кроме папки.

— Рабочие материалы опишем отдельно, — сказала она. — Я не хочу, чтобы потом выяснилось, будто забрала доказательства.

Юрист поднялся.

— Я могу уйти