Развод в 57: Любовница в Моем Белье - Магисса

Глава 31. Открытый файл

Официальное приглашение Роберту отправил Демьян. Я увидела письмо только в копии.

«Явка» в нём не требовалась. Было указано: предоставить пояснения по журналу «Контура», передать личный ноутбук на ограниченную проверку и при желании присутствовать при начале копирования. Дата, время, перечень участников. Ни одного слова от меня.

Роберт ответил через девять минут: «Подтверждаю. Ноутбук и зарядное устройство привезу. Границы проверки принимаю».

Нонна прочитала ответ поверх моего плеча.

— Зарядное взял. Уже надёжнее половины подрядчиков.

— Это не конкурс.

— Хорошо. Приз не выдаём.

К назначенному часу в конструкторской подготовили отдельный стол. На нём лежали опись, новый пакет для устройства и распечатка событий комнаты данных. Клиентские карточки убрали в сейф. На экране Демьяна оставались только номера объектов, служебное время и контрольные суммы.

Роберт приехал один. На плечах пальто растаяли несколько хлопьев мокрого снега. Он поздоровался с Нонной, Демьяном и со мной одинаково. Ноутбук принёс в закрытой сумке, зарядное устройство — в боковом отделении.

Я заметила его руки раньше лица и разозлилась на собственную память.

— Садитесь, — сказал Демьян. — Сначала последовательность. Потом устройство.

Роберт не выбрал стул рядом со мной. Положил перед собой подписанное объяснение и начал читать.

— До приезда в Ладинск я подтвердил технический приём контейнера сделки. Мне сообщили, что в разделе видеоматериалов находятся обезличенные записи испытаний готовой линии. В час сорок семь в первую ночь проверки я открыл объект «ЖО_ТЕСТ_ЛИЧНОЕ_03».

Он не говорил «случайно нажал». Не называл файл неудачно подписанным.

— Запись началась с кадра, на котором Жанна Ордынцева была без одежды. Я узнал её и закрыл объект. Не сохранял его, не делал снимков экрана и не пересылал. Просмотр не сообщил службе безопасности в тот же день. Позже не сообщил Жанне до возникновения личных отношений.

Нонна сидела напротив и не отводила взгляда. Демьян записывал время каждого утверждения.

Роберт продолжил:

— Когда Жанна спросила меня прямо, открывал ли я личный файл, я ответил «нет». Это была ложь. Я боялся, что признание поставит под сомнение мою пригодность для проверки и разрушит отношения, которые уже хотел продолжить. Ни одна из причин не давала мне права скрывать просмотр.

В комнате работал только маленький сканер Демьяна. Он протянул лист, проглотил его и вернул с другой стороны.

— После предъявления полной строки журнала я признал действие, передал объяснение «Контуру» и попросил исключить меня из ежедневного обмена материалами. Сегодня предоставляю ноутбук. Согласен на проверку рабочего профиля, истории браузеров, локальных и синхронизированных хранилищ за указанный период, записей подключённых носителей и удалённого пространства в пределах технической возможности.

Он положил лист на стол.

— Дополнение одно. Жанна не обязана возвращать мне доверие. И не обязана продолжать отношения, даже если проверка не найдёт копии файла.

Я не поблагодарила.

Демьян придвинул опись.

— Устройство ваше личное?

— Да.

— Использовали его для работы по сделке?

— Да. Доступ к комнате данных выполнялся с него через защищённый рабочий профиль.

— Другие люди им пользовались?

— Нет.

— Внешние носители подключали?

— Рабочий накопитель «Контура» для документов сделки. Личные резервные копии хранятся на домашнем сетевом диске. Доступ к нему тоже предоставлю, если поиск на ноутбуке покажет синхронизацию нужного периода.

— Облачные хранилища?

Роберт назвал два. Одно рабочее, одно личное. Продиктовал адреса учётных записей и согласился сохранить активные сеансы до фиксации. Пароли в опись не вносили. Он должен был вводить их сам по запросу Демьяна.

— Проверка не доказывает, что копии не существовало нигде в мире, — сказал Демьян. — Я смогу установить, есть ли на переданном устройстве совпадающий файл, его фрагменты, следы загрузки, сохранения, синхронизации или переноса на известные носители. Формулировка результата будет именно такой.

— Принимаю.

Роберт включил ноутбук, ввёл пароль и вышел из-за стола. Демьян подключил устройство через блокиратор записи, снял сведения о диске и запустил создание побитовой копии. Исходник после этого выключили и опечатали. На пакете расписались Роберт, Демьян и Нонна как свидетель передачи.

— Почему я? — спросила Нонна.

— Потому что вы проверяете номера раньше, чем верите человеку, — ответил Демьян.

— Тогда пакет пока условно пригоден.

Роберт почти улыбнулся. Я увидела это и отвернулась к экрану.

Известная контрольная сумма моего видео находилась в материалах проверки. Для поиска не требовалось воспроизводить запись. Демьян настроил сравнение файлов, фрагментов и браузерного кэша, отдельно проверил журналы загрузок, синхронизации и подключённых устройств. Результат не мог появиться за пять минут.

Пока копирование шло, я задала вопросы, которых не было в квартире Роберта.

— Каким устройством вы открыли файл?

— Этим ноутбуком. Через личную учётную запись и рабочий профиль «Контура».

— Другой человек мог войти под ней без вашего пароля?

— Действовал ещё аппаратный ключ. Он был у меня.

— После закрытия видео что вы открывали?

— Карточку объекта, перечень согласий и манифест раздела. Саму запись больше не запускал.

— Другие личные объекты смотрели?

— Нет.

Я посмотрела на Демьяна.

— Что подтверждает журнал?

— Один потоковый запуск вашего файла, затем обращения к карточке и манифесту. Повторного воспроизведения нет. Не все действия внутри проигрывателя журналируются, поэтому ответы о перемотке и звуке отдельно сверяем с кэшем.

— Вы формировали выгрузку из комнаты данных? — спросила я Роберта.

— Нет. Мои права позволяли просматривать и отмечать объект для проверки, но не экспортировать контейнер.

— Какой документ вы изменили после просмотра?

— Технический журнал не менял. В первичной записке указал проверку структуры раздела и не назвал личный объект. Отдельный инцидент не оформил.

— То есть скрыли событие не удалением, а неполным отчётом.

— Да.

Нонна положила ручку.

— Кто определял, какие фабричные документы «Контур» запросит у Феликса?

— Я утверждал перечень сверки по пилоту.

— Вы могли менять сами накладные?

— Нет. Получал копии от передающей стороны и фабрики, затем сопоставлял с реестром проекта.

— Поэтому ваша расшифровка нам пригодится, — сказала Нонна. — Но только расшифровка.

Она посмотрела на меня, не подталкивая к ответу.

Я открыла подготовленный Демьяном протокол участия. В нём Роберту разрешалось объяснять только документы «Контура»: время приёма пакета, версии приложений, связь с фабричными накладными и внутренние номера проекта. Доступ к клиентским данным, конструкциям и личным материалам закрывался. Все вопросы проходили через Демьяна. Решений по сделке Роберт не принимал.

— Я разрешаю вам участвовать в сопоставлении документов «Контура» с фабричными накладными, — сказала я. — Только в этом объёме.

— Понимаю.

— Это не возвращение в проверку.

— Нет.

— И не изменение личного решения.

— Нет.

Демьян передал ему лист. Роберт прочёл границы, добавил от руки, что не будет делать копий, и подписал.

Проверка рабочего профиля не нашла файла с совпадающей контрольной суммой. Совпадающих фрагментов в свободном пространстве диска