Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга - Е. Лань

— Нет! — я вырвалась. — Я останусь здесь. Это мой дом. И я буду ждать тебя здесь.

— Сора, это упрямство!

— Это верность!

Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Два упрямых барана.

— Хорошо, — наконец сдался он. — Но я оставлю тебе Тэ-О и половину гвардии.

— Половину?! Тебе нужны люди на фронте!

— Мне нужно знать, что ты жива. Иначе я не смогу сражаться.

Мужчина подошел к столу и налил себе вина. Руки у него не дрожали, но я видела напряжение в каждом движении.

— Император в панике, — сказал он, выпив залпом. — Министры грызутся. Принц требует, чтобы ему дали командование левым флангом, но Император боится отпускать наследника. Во дворце Хаос.

— А ты?

— А я... я должен сотворить чудо. Снова.

Он посмотрел на меня устало.

— Я бы все отдал, чтобы остаться здесь. Лежать с тобой, есть мандарины и слушать, как ты ворчишь на погоду.

— Тогда вернись, — я подошла к нему и достала из рукава сложенную бумагу. — Вернись и ешь мандарины.

— Что это? — он взял лист.

— Это... — я запнулась. — Я читала старые хроники в библиотеке отца. Там было описание одной битвы... столетней давности. Ландшафт похож. И я... я нарисовала, как бы я расставила мебель... то есть войска... если бы это была моя комната.

Хасо развернул лист.

Он смотрел на схему. На стрелки. На пометки, которые я пыталась писать неуклюжим почерком, но военные символы скрыть трудно.

Его брови поползли вверх.

— "Шахты Призраков"? — прочитал он. — "Затопление долины"? Сора... это... это не просто "расстановка мебели". Это геноцид.

— Варвары не знают жалости, — тихо сказала я. — Если ты будешь играть с ними в благородство, они сделают из твоих черепов чаши для вина. Вода и камень — вот что их остановит. Природа.

Он поднял на меня взгляд.

В нем снова было то самое выражение. Подозрение, смешанное с благоговением.

— Ты нашла это в библиотеке отца?

— Да, в очень пыльной книге.

— Название книги?

— "Сказания о безумных садовниках", — ляпнула я первое, что пришло в голову.

Хасо слабо улыбнулся.

— Безумные садовники... Хорошо. Я возьму этот план. Если он сработает... я поставлю памятник этому садовнику.

Он спрятал карту за пазуху, ближе к сердцу.

— Спасибо, Сора.

— Не за что. Просто вернись живым. Иначе мне придется искать нового мужа, а мне лень привыкать к новому запаху.

Он рассмеялся и притянул меня к себе.

— Я люблю тебя.

— Я знаю. Я тоже тебя терплю.

В эту ночь мы не спали. Мы лежали, обнявшись, и молчали. Слов было не нужно. Мы запоминали тепло друг друга, чтобы его хватило на долгую, холодную зиму разлуки.

А утром... утром он уехал.

И я осталась одна в огромном, пустом доме, с медальоном "Теневого Лотоса" в шкатулке и с тяжелым предчувствием в груди.

Пенсия закончилась. Началась моя личная война. И первым делом мне нужно было выяснить, кто именно из "Лотоса" хочет моей смерти.

И я знала, с чего начать.

С той самой "Леди", которая принесла мне отвар для плодовитости.

Рю Хва-Ён.

Она что-то знала. И я собиралась вытрясти из нее правду, даже если для этого придется выйти из дома и навестить её.

Глава 24

Первое утро без него было самым тихим в моей жизни.

Я проснулась по привычке рано, еще до рассвета, и рука машинально потянулась вправо, ища тепло его тела, но пальцы коснулись лишь холодной простыни.

Его нет.

Я лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как огромный дом давит на меня своей пустотой. Раньше я мечтала об этом одиночестве. Я хотела, чтобы все исчезли, оставив меня наедине с чаем и книгами.

Теперь же тишина казалась мне зловещей, она звенела в ушах.

— Ты становишься сентиментальной дурой, Юн Сора, — сказала я себе вслух, чтобы услышать хоть какой-то звук. — Он уехал делать свою работу. Твоя работа — ничего не делать и охранять дом.

Я встала, впервые мне было лень даже лениться.

Я прошла в Западный кабинет. На столе все еще лежали его карты, которые я не разрешила убирать. В воздухе едва уловимо витал запах его чернил и сандала.

На столе лежал нефритовый печать Главы Клана, теперь это была моя ноша.

Вошел Тэ-О. Он выглядел уставшим, но собранным. Теперь он был моей тенью, моим единственным доверенным лицом в этом мире.

— Доброе утро, Госпожа. Новости из дворца?

— Пока нет, — я села в кресло Хасо, оно было мне велико. Я чувствовала себя ребенком, укравшим трон отца. — Но они будут. Император напуган, а напуганный правитель делает ошибки.

— Гарнизон усилен, — доложил Тэ-О. — Мы проверяем каждого торговца, который подходит к воротам. «Теневой Лотос» затих.

— Они не затихли, Тэ-О, а выжидают. Они знают, что Лев ушел на охоту,