Монолог фармацевта. Книга 2 - Хюганацу

не жила в Хрустальном дворце. Прислужницы Лихуа сяньфэй по-прежнему глядели на нее настороженно, словно не девица перед ними, а какой-то злой дух, но Маомао не придавала их взглядам особого значения. Ее больше занимало поручение, как бы вырастить синие розы, ради которых она день за днем наведывалась в чужой дворец. Благо господин Дзинси обо всем заранее похлопотал, и препон ей здесь не чинили.

Среди нескольких пожеланий, которые Маомао выдвинула своему господину, была купальня с подогревом, построенная при Хрустальном дворце для того, чтобы теплая вода помогла вывести из тела наложницы Лихуа яд. Несмотря на многие беды, выпавшие на долю сяньфэй, госпожа сохранила свой титул и почетное место при государе. Иные могли бы счесть, что в такой просьбе она откажет, однако та без вопросов дала свое позволение. Что до Маомао, то она ничуть не сомневалась в щедрости госпожи Лихуа и потому-то вздумала обратиться за помощью к ней.

Но совесть не позволяла Маомао воспользоваться добротой наложницы просто так, не подарив ей что-нибудь взамен. Поэтому, посетив Хрустальный дворец после долгого перерыва, она первым делом вручила госпоже Лихуа один из новых трактатов о любовных утехах, посланных Малахитовым чертогом совсем недавно. Книгу Маомао поднесла со словами: «Здесь все то, что любит наш государь».

Она прекрасно знала, с каким нетерпением император ждет новых трактатов, и один из них вполне могла преподнести ему одна из любимых почтенных подруг.

Узнав, сколь драгоценна сия книга, наложница Лихуа ответила благоразумным молчанием. Приняв дар, она величавой поступью удалилась в свои покои, пока прислужницы провожали ее беспокойными взглядами и отчаянно шептались. Маомао холодно посмотрела на бесстыдниц, намекая, что не дело служанкам болтать, какие подношения приносят госпоже.

Заручившись расположением хозяйки Хрустального дворца, Маомао выдвинула господину Дзинси еще одно пожелание. Она попросила его распорядиться, чтобы купальню со всех сторон обнесли стенами и соорудили сверху потолок, дабы пар не только устремлялся вверх, но и расстилался по купальне, а не улетучивался в небесах. Также в сооруженных стенах устроили многочисленные окошки, чтобы свет свободно проникал внутрь. И хотя средств на эти хитрости требовалось немало, господин Дзинси платил за все щедро и без счета. Увидев, что ее замыслу ничто не препятствует, Маомао окончательно успокоилась, хотя и подумала: откуда у дворцового евнуха столько серебра? Неужто его жалованье так велико, что он может исполнять любые прихоти ничтожной служанки?

Когда стены и потолок соорудили, в парильню, устроенную на месте купальни, стали заносить саженцы, и вскоре там рядками выстроились десятки горшков, а то и целая сотня, если не больше того. Окутанные теплым паром, саженцы роз потихоньку приживались на новом месте и принимались расти. В ясные дни Маомао выносила горшки на яркое солнце, а в холода топила парильню всю ночь напролет и неустанно поливала раскаленные камни водой, дабы поднимающийся от них пар согревал подмерзающие стебли. Вот так она следила за достатком тепла и влаги.

Хлопоча день и ночь, Маомао могла так набегаться, что у нее расходились швы на ноге. Однажды господин Гаошунь, навещая ее в парильне, заметил у Маомао кровь и тут же принял решительные меры: он приставил к ней помощницу, дабы госпожа травница лишний раз не утруждалась. К счастью, посланной девицей оказалась Сяолань.

Маомао и представить себе не могла, как господин узнал об их знакомстве, но такой смотрительнице обрадовалась. Что до Сяолань, то она с радостью откликнулась на зов, когда узнала, что за помощь с розами дают сладости и можно увильнуть от своей работы.

Пожалуй, Маомао дотерпела до самого конца и не умерла от истощения лишь благодаря заботе и самоотверженной помощи Сяолань.

Все ухищрения с парильней понадобились Маомао для того, чтобы заставить ростки роз дать бутоны раньше срока. Каждый цветок распускается в определенное время, но бывает и так, что некоторые деревья, кусты и травы цветут не по сезону, а из какой-то своей странной прихоти.

Маомао понадеялась, что чем больше кустов, тем вероятнее благоприятный исход, и распорядилась заготовить их с избытком. На все про все ей выделили месяц, и она до самого конца не знала, получится ли у нее. И как же обрадовалась Маомао, когда заметила первые бутоны! Добиться их появления раньше срока оказалось в разы сложнее, чем после окрасить розы в нужный цвет.

Господин Дзинси старался всячески пособить в ее нелегком деле и даже прислал несколько евнухов на подмогу, но Маомао предпочитала лично следить за достатком тепла и влаги в парильне. Она не могла допустить, чтобы из-за чьей-то оплошности побеги замерзли и погибли.

Порой то ли из любопытства к загадочному, то ли из страха перед запретным во двор к Маомао заглядывали прислужницы Хрустального дворца, однако она старалась не обращать на них никакого внимания. Ругаться с девицами и гнать каждый раз у Маомао просто не хватало сил. Взамен этому она придумала иное верное средство.

В один из дней Маомао размышляла, чем бы ей заняться еще, пока она приглядывает за розами, и невольно засмотрелась на свои пальцы. Повинуясь внезапному порыву, она, недолго думая, нанесла на ногти алый порошок и со всей осторожностью, как можно ровнее, втерла его тканью.

Чаще всего ногти красят на «улицах цветов», но во дворце императорских жен такое как будто не прижилось. По крайней мере, ни одну деву-чиновника с крашеными ногтями в его угодьях не встретишь. Скорее всего, причина крылась в том, что яркие ногти мешают ежедневным обязанностям прислужниц. Впрочем, далеко не все служанки трудятся с утра до ночи и до упаду. К примеру, прислужницы Хрустального дворца не любят изнурять себя работой, зато любопытства у них было хоть отбавляй. Неудивительно, что они, завидев крашеные ногти Маомао, тут же захотели себе такие, даром что наблюдали их издали и рассмотреть хорошенько не могли, хотя Маомао нарочно выставила руки напоказ. Потеряв к синим розам всякий интерес, служанки Хрустального дворца разбежались кто куда и стали рыскать по комнатам в поисках подходящих красок.

«Мне же лучше», – с ухмылкой сочла Маомао.

Она придумала свою хитрость совершенно случайно и решила развить свой успех, предложив наложнице Лихуа тоже покрасить ногти. Ведь во дворце, как и в любом обществе, что-нибудь да будет в ходу. А охоту к той или иной вещи задают наложницы, коим благоволит большинство.

Даже низшая служанка могла небывало вознестись, если удостоится благосклонного взора государя. Неудивительно, что ведомые этой мечтой девы-чиновники только и делают, что подражают наложницам высшего ранга. В особенности не спускают глаз с Гёкуё гуйфэй и Лихуа сяньфэй, поскольку те ходят у его величества в любимицах. Разумеется,