Академия Последнего Шанса - Наталья Добкевич

Я знала ответ.

Это была не дрожь от холода.

---

Киран остался один.

Стоял посреди подвала, сжимая и разжимая кулаки. Метка на руке горела огнём. Так сильно, как не горела никогда.

— Чёрт, — выдохнул он. — Чёрт, чёрт, чёрт.

Он ударил кулаком в стену. Камень треснул.

Он спас бы кого угодно, но только не себя.

Потому что сейчас, когда она стояла в его руках, дрожала, смотрела на него своими серыми глазами, в которых отражалась тьма...

Он забыл, кто он. Забыл, зачем здесь. Забыл, что должен её убить.

— Ты идиот, Веласкес, — сказал он пустоте. — Ты покойник.

Метка пульсировала в ответ.

Она знала. Она всегда знала.

---

Глава 4

Я не спала всю ночь.

И дело было не в скрипучей койке и не в холоде из щелей. Дело было в нём. В том, как он смотрел. В том, как отдёрнул руки. В том, как я сама замерла в его объятиях, не в силах пошевелиться.

Что это было?

Я злилась. На него — за то, что поставил меня в такое положение. На себя — за то, что позволила. На весь мир — за то, что я вообще здесь оказалась.

Утром я встала разбитая, злая и с синяками под глазами. Магистра Бригс отправила меня мыть полы в восточном крыле. Я драила каменные плиты с таким остервенением, что чуть не стёрла руки в кровь.

— Ты чего такая злая? — спросил Лиам, появившись в коридоре с книжкой под мышкой.

Я чуть не подпрыгнула.

— Не выспалась.

— А, бывает, — он присел на корточки рядом, совершенно не обращая внимания на то, что я с тряпкой и ведром. — Слушай, тут такое дело. В субботу в Академии бал. Ну, как бал — вечеринка для студентов. Ты бы хотела пойти?

Я уставилась на него.

— Лиам, я полы мою. Видишь? — я помахала тряпкой.

— Ну и что? Я могу провести тебя как гостью. Потанцуем, поешь нормально, отдохнёшь от этой дыры.

Он смотрел с такой надеждой, что отказать было невозможно. И, честно говоря, мысль о том, чтобы хоть на пару часов выбраться из своей каморки и перестать думать о золотых глазах, звучала заманчиво.

— Я подумаю, — сказала я.

— Отлично! — он просиял. — Я зайду вечером в субботу.

И убежал, даже не дав мне возможности передумать.

Я смотрела ему вслед и чувствовала себя паршиво. Лиам был добрым. Настоящим. Не заслуживал, чтобы я использовала его как отвлечение.

Но я всё равно думала об этом.

---

В полночь я снова спустилась в подземелье.

Дверь была открыта. Киран стоял у стола, перебирая какие-то амулеты. При моём появлении он даже не обернулся.

— Раздевайся, — бросил он. Голос ледяной. Как будто вчера ничего не было.

Я сняла плащ. Осталась в платье.

— Садись в круг.

Я села. И вдруг поняла, что меня трясёт. От злости.

— Вы будете делать вид, что ничего не произошло? — спросила я.

Он замер. Медленно повернулся.

— А что произошло?

— Вы... — я запнулась. — Вы вчера...

— Я вчера учил тебя контролировать магию, — перебил он. — Всё остальное тебе показалось.

Я вскочила.

— Не показалось!

— Сядь, Айрис.

— Нет!

— Сядь.

Он сказал это тихо, но так, что у меня подкосились ноги. Я рухнула обратно в круг.

Киран подошёл. Остановился на границе светящихся камней. Скрестил руки на груди. Смотрел сверху вниз, и в золотых глазах не было ни тепла, ни холода — только пустота.

— Слушай меня внимательно, — сказал он. — Я здесь не для того, чтобы ты строила иллюзии. Я здесь, чтобы научить тебя выживать. Если ты ждёшь от меня чего-то другого — ты ошибаешься.

— Я ничего не жду!

— Хорошо. Тогда займёмся делом.

Он подошёл к столу, взял какой-то амулет и бросил мне. Я поймала рефлекторно. Амулет был тёплым и слегка вибрировал.

— Держи в руках, — сказал Киран. — Это накопитель. Он будет впитывать твою магию, если ты потеряешь контроль. Сегодня будем учиться делать выброс сознательно.

— Что?

— Ты должна научиться выпускать силу по команде, а не только когда испугаешься или разозлишься. Для этого нужно разозлиться сознательно.

— Легко сказать.

— У тебя есть на что злиться, — усмехнулся он. — Вспомни что-нибудь.

Я закрыла глаза. Вспомнила.

Сесилию с её "северная крыса". Стражника у ворот, который назвал меня дворняжкой. Магистру Бригс, которая швыряла мне объедки как собаке.

Ничего.

Магия молчала.

— Не получается, — сказала я.

— Слишком мелко, — отрезал Киран. — Копай глубже.

Глубже.

Я не хотела копать глубже. Потому что глубже было то, о чём я не думала пять лет.

— Не надо, — прошептала я.

— Надо, Айрис. Твоя магия запечатана там. В том дне. Пока ты не откроешь эту дверь, ты не сможешь контролировать силу.

— Вы не понимаете!

— Понимаю. Лучше, чем ты думаешь.

Он подошёл ближе. Опустился на корточки напротив меня.

— Я знаю, каково это — видеть смерть близкого человека, — тихо сказал он. — Я знаю, каково это — винить себя. Думать, что ты мог что-то сделать, но не сделал. Это не отпускает. Но оно не должно управлять тобой.

Я смотрела в его золотые глаза и видела в них что-то новое. Боль. Настоящую, живую боль.

— Кто у вас умер? — спросила я.

Он не ответил. Просто смотрел.

— Вспоминай, Айрис, — сказал он. — Или мы никогда не сдвинемся с места.

Я закрыла глаза.

И вспомнила.

---

Мама улыбается. Протягивает мне яблоко. "Айрис, принеси корицу".

Я бегу на кухню. Ищу на полках. Нахожу. Возвращаюсь.

Дверь исчезает.

Трое в чёрном.

Мама кричит: "Беги!"

Я бегу. Я всегда бегу. Я трусиха. Я бросила её.

Она кричит. Долго. Страшно. А потом тишина.

---

Я открыла глаза.

По щекам текли слёзы. Я даже не заметила, когда начала плакать.

Амулет в моих руках светился. Ярко. Чёрным светом.

— Молодец, — тихо сказал Киран. — Ты сделала это.

Я смотрела на светящийся амулет и не могла остановить слёзы.

— Зачем? — прошептала я. — Зачем вы заставили меня это вспомнить?

— Чтобы