Бывшие. Дядя доктор, спаси мою маму - Лия Малинина

Мы очень сблизились в первые полгода, когда я приехала в Италию. Развод с Костей, неожиданная беременность и новость о том, что мой бывший муж уже нашел себе замену — все это просто выбило меня из колеи.

Филипп постоянно и, как-то ненавязчиво, был рядом. Поддерживал, заставлял выходить на прогулки, даже на прием к врачу меня возил. Я была безумно благодарна ему за дружбу и поддержку, но…

Но просто дружба со мной его не устраивала, и он как-то незаметно исчез из моей жизни.

Мы не виделись несколько лет, он учился в Америке, а встретились вновь в прошлом году, когда Филипп стал правой рукой отца. Недавно российский филиал их компании выиграл тендер на реновацию аварийного здания в Питере, и они привлекли к работе архитектурное бюро, в котором я работала.

Руководство решило, что я лучше всех сотрудников подхожу для этого проекта. Я Петербурженка, училась и жила в этом городе, «чувствую его дух», как сказал Антонио, мой шеф.

Филипп курировал этот объект и мы вместе прилетели в Питер. Несколько дней назад назад он в очередной раз предложил встречаться, но я не смогла дать ему ответ, который он ожидал. Он для меня по-прежнему был только другом.

После Кости я так и не смогла никого пустить в свою жизнь. Умом-то понимала, что нужно двигаться дальше, влюбиться, возможно, построить семью, но сердце! Сердце молчало! Сердце, которое уже однажды сделало свой выбор.

И вот теперь Филипп Риччи стоит в моей палате, с огромным букетом, а я чувствую лишь растерянность и какое-то странное неудобство, словно изменила мужу и меня поймали с поличным.

Я невольно перевела взгляд на Костю. Он побледнел, желваки заходили по щекам. Он медленно поднялся со стула и распрямил плечи.

Фил, как всегда, выглядел, словно щеголь: черные, удлиненные и слегка вьющиеся на концах волосы, доставшиеся ему в наследство от папы итальянца, серый костюм в тонкую полоску, белоснежная рубашка, расстегнутая сверху на несколько пуговиц, серые лоферы на ногах. В руках огромный букет алых роз.

— Ма белла, — он опустил букет прямо на мою кровать и пожирал меня взглядом, — я чуть с ума не сошел, пока тебя искал. Твоя мать оборвала все телефоны! Как такой ужас мог с тобой произойти? — его горячий южный темперамент пробивался сквозь железную выдержку крупного бизнесмена.

— Уважаемый, — ледяным тоном произнес Арефьев, — пациентка только из реанимации, ей запрещены посещения, и вот это, — он поднял букет и сунул обратно в руки Филиппа, — тоже пока лишнее.

— Слушай, док, — нежданный гость сразу изменил свой доброжелательный тон, и проговорил с сильным итальянским акцентом, который пробивался у него, когда он злился или волновался, — я забираю Арину в элитную частную клинику, нечего ей здесь делать. Девочку заберет мой секретарь, я отдал распоряжение подыскать для нее няню.

— Арина только после операции, ее сейчас нельзя перевозить, а Диана, — от повернулся и через плечо глянул на дочь, которая замерев, наблюдала за мужчинами, — Диана останется со мной.

— А ты кто такой, чтобы принимать такие решения? — Филипп бросил на Костю холодный презрительный взгляд человека, который не привык, чтобы ему перечили.

— Заведующий хирургическим отделением, Арефьев Константин Михайлович, — таким же ледяным тоном проговорил мой бывший муж.

Ощущая искрившее в воздухе напряжение, дочь сползла со стула, тихонько подошла к Косте и обхватила его большую руку своими ладошками, будто в поисках защиты.

Арефьев вздрогнул от неожиданного прикосновения, опустил голову вниз и расплылся в счастливой улыбке, глядя на дочь.

Малышка прижалась к его бедру и подозрительно поглядывала на Филиппа. Она его недолюбливала. Тот, конечно, пытался с ней подружиться, задаривал дорогими игрушками, но Диана была к ним абсолютно равнодушна.

— Филипп, — я посмотрела в его большие карие глаза, — извини, что заставила тебя переживать и спасибо за заботу, но я останусь здесь, — перевела взгляд на Костю и Диану, — я сама сейчас позвоню маме и успокою ее.

— Так это что, — со злостью выплюнул Филипп, глядя на меня, — тот самый докторишка, который обрюхатил тебя и бросил? Тот, по которому ты убивалась столько лет?

Костя дернулся, собираясь кинуться на него, но остановился, будто вспомнив, что рядом с ним дочь. Он подхватил малышку на руки и прижал к себе. Диана хлопала глазами, не понимая, что происходит, а у меня от слабости кружилась голова.

— Немедленно покиньте палату или я вас отсюда выведу, — прорычал Арефьев.

— Арина, — повернулся ко мне Фил, не обращая внимания на моего бывшего мужа, будто его здесь не было, — не забывай, ты работаешь на меня, зависишь от меня, я плачу тебе зарплату и оплачиваю твой отель.

— Арина на больничном, а в проживании в отеле она больше не нуждается, — Костя подошел к двери и широко распахнув ее произнес ледяным тоном, — а теперь, покиньте палату.

Я видела, как Арефьев сдерживается из последних сил, пытаясь сохранить самообладание. Филипп поравнялся с ним и пренебрежительно бросил:

— Ну давай, поиграй в папочку, посмотрим, надолго ли тебя хватит, — зло выплюнул он и повернулся ко мне, — только ко мне Арина, не приходи за утешением, когда в очередной раз у вас все рухнет!

Фил вышел, громко захлопнув за собой дверь и в палате воцарилась гробовая тишина, которую через минуту нарушила наша дочь:

— А что значит «поиграй в папочку»? — звонким голосом спросила она, вопросительно глядя на Арефьева.

Глава 7

Арина

Костя растерялся от неожиданного вопроса дочери, собрался что-то ответить, но я его опередила:

— Диан, ты же знаешь Филиппа, — я попыталась придать своему голосу беззаботное выражение, — он совершенно не умеет шутить.

Костя повернул голову и вопросительно посмотрел на меня, я же бросила на него выразительный взгляд, умоляя сейчас ничего не говорить Диане.

— Как ты смотришь на то, чтобы познакомиться с моей мамой? — Арефьев поставил дочь на пол и присел перед ней на корточки. — Она печет самые вкусные на свете пирожки.

Диана вопросительно глянула в мою сторону.

— Панцеротти, — с улыбкой проговорила я.

Так уж сложилось, что печь я не умею совсем, а для моей мамы такая еда под строжайшим запретом. Она блюдет фигуру и знает с десяток рецептов приготовления смузи, а вот с пирожками проблема. Мы их пробовали только в кафе.

— М-м-м-м, — нараспев промурлыкала малышка, — обожаю панцеротти с моцареллой!

— Ну, — Арефьев озадаченно почесал затылок, — с моцареллой пирогов не обещаю, но с картошкой точно