Иномирная акушерка ее величества - Юлия Зимина

— Ох, леди Мирия! Ваши глаза сияют ярче, чем звезды над цитаделью!

Но девушка оказалась серьезной и наученной строгой дисциплине в поместье леди Виарии. Она с непроницаемым, строгим лицом вытерла стол, забрала у него ведра и сухо отрезала:

— Звезды над цитаделью я не видела, а вот грязную посуду вижу прекрасно. Шли бы вы на пост, спасибо за помощь!

Дрейк поперхнулся, растерял весь свой шарм и, грустно вздохнув под мой тихий смех, поплелся охранять коридор. Мирия явно не спешила падать в его руки, словно спелый плод!

И вот пришло время укладываться спать.

Я привычно подготовила горячую купель для Аэлины, помогла ей вымыть длинные волосы, расчесала их, а после покинула покои, отправляясь к себе.

За окном уже вовсю хозяйничали густые сумерки. Зажегши светильник, я села за стол и принялась дорисовывать стадии развития ребенка. Так увлеклась проработкой деталей, что не заметила, как пролетело два часа.

Наконец, поставив последнюю точку, я со стоном встала из-за стола и сладко потянулась, чувствуя, как ноют затекшие мышцы спины и шеи. Решив отправиться за водой, чтобы привести себя в порядок и лечь спать, я вышла в коридор.

Было тихо. Но в самом конце коридора заметила яркую полоску света, пробивающуюся из-под двери кабинета его величества.

Изначально хотела отдать ему свои рисунки завтра утром, но раз императора можно поймать в одиночестве прямо сейчас, то так было даже лучше! Не придется выдумывать поводы, чтобы отвлечь его от Аэлины.

Я быстро вернулась к себе, взяла пергаменты и направилась к дверям кабинета, вежливо кивая ночным стражам, которые стояли на постах.

Подойдя к массивным дверям, я негромко постучала.

— Войдите, — тут же раздался приглушенный голос императора.

Я толкнула створку и переступила порог.

Внутри обнаружился не только Олден. У камина, скрестив руки на груди, стоял Ксандр. Лицо моего командира было донельзя мрачным и задумчивым. Император же сидел за столом, запустив пальцы в светлые волосы, и выглядел так, словно на него только что рухнул потолок.

— Что произошло? — испуганно выпалила я, чувствуя, как внутри всё обрывается. И только потом поняла, как бесцеремонно влезла. — Ой, простите, ваше величество, — я тут же потупила взгляд, приседая в извиняющемся реверансе.

— Ничего, проходи, — тяжело вздохнул Олден, делая глубокий вдох и махая рукой, чтобы я присела на свободное кресло у стола.

Не стала возникать. Послушно села, положив свитки на колени, и не отрывала тревожных глаз от императора. По нему было очень хорошо заметно, что его действительно терзает нечто страшное.

В кабинете повисла гнетущая тишина.

— Вдовствующую императрицу укусила ядовитая змея, — глухо выдохнул Олден, нарушая молчание.

— Что? — я ахнула, широко распахнув глаза.

— Как эта тварь вообще попала в резиденцию… даже мысли допустить не могу, — Олден болезненно нахмурился, сжав кулаки.

Но я… я могла допустить такую мысль! Еще как могла!

Медленно повернула голову и встретилась красноречивым взглядом с Ксандром. И по его потемневшим глазам точно поняла: наши с ним мысли сейчас полностью совпадают — никакая это не случайность! Спланированные, отчаянные действия. Спектакль, разыгранный с одной-единственной целью — найти повод вернуться во дворец! 

— И… — я осторожно взяла себя в руки, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Как она? Насколько всё серьезно?

— В письме написано, что плохо, — мотнул головой Олден, сглатывая ком в горле. — Мать без сознания. У нее жар и судороги. Лекарь, что был отправлен с ними, перепугался до смерти. Он… он нарушил мой приказ не покидать резиденцию. Оправдывая это угрозой для жизни члена императорской семьи, собрал их всех в экипажи, и сейчас они спешно направляются обратно в столицу. Завтра к утру будут здесь. Очнется ли матушка после укуса… неизвестно…

«Еще как очнется! — мрачно подумала я, холодея от осознания грядущих проблем. — Такие ядовитые твари так просто не помирают!»

45. Змеиный укус

В покоях вдовствующей императрицы царил удушливый полумрак, пропитанный густым запахом лечебных благовоний.

Сама хозяйка этих роскошных комнат неподвижно лежала на широкой кровати, накрытая тяжелым парчовым одеялом, прикидываясь бессознательной, безвольной тушей. Ее привез спешный экипаж из Изумрудной резиденции. Буквально час назад перепуганные слуги, надрываясь, доставили императрицу-мать во дворец в закрытом паланкине якобы в бесчувственном состоянии.

Но, несмотря на всю внезапность этого возвращения, Олден уже примчался к родной и любимой матушке со всех ног. Этот факт не мог не радовать вдовствующую императрицу. И как бы ей сейчас ни хотелось триумфально улыбнуться, видя плоды своих инсценировок, она не смела шевельнуть даже мускулом лица. Ведь нужно было натурально, безупречно прикидываться, что она находится глубоко в коме от укуса крайне ядовитой змеи, которая по «совершенно непонятной» причине каким-то немыслимым образом заползла на охраняемую территорию резиденции.

Змея…

Эта потрясающая в своей простоте и жестокости идея пришла в голову вдовствующей императрице спонтанно, но оказалась удачной. Она тут же привлекла к делу лекаря. Того самого, который был отправлен вместе с ней в ссылку.

Императрица-мать заставила его приготовить слабенький, несмертельный яд. Смесь должна была быть такой, чтобы ее следы гарантированно оставались в крови как минимум недели две. Так, чтобы любая проверка серебряной иглой подтвердила интоксикацию, и Олден своими собственными глазами увидел: его матушка действительно находится на грани.

Вдовствующая императрица настолько всё идеально продумала, что даже лично приказала этому дрожащему лекарю продырявить ей щиколотку железными зубцами, искусно имитируя укус змеи.

Нужно было видеть перекошенную, потную физиономию этого труса, когда она озвучила свой приказ. Лекарь трясся от животного страха, обливаясь холодным потом и мелко стуча зубами, когда заносил острие над ногой своей госпожи. За преднамеренное ранение члена имперской семьи, пусть даже и по ее собственной воле, любому простолюдину грозила только одна мера наказания — смертная казнь. И пусть он умом прекрасно понимал, что сама вдовствующая императрица потребовала от него этого действа ради большой игры, трусливая, мелкая натура лекаришки никак не могла взять себя в руки. Ей пришлось пригрозить вырезать всю его семью, чтобы он, наконец, ударил.

Зато результат превзошел все ожидания. Как итог, на щиколотке вдовствующей императрицы сейчас красовался багровый след от укуса змеи. Его даже специально немного растерли соком ядовитого плюща, чтобы было четко видно пугающее, пульсирующее воспаление, распространяющееся вверх по вене.

— Как матушка? — послышался у самой кровати встревоженный голос Олдена.

Вдовствующая императрица контролировала свое дыхание. Следила за