Школа драконьих жен, или Мама, вас здесь не стояло! - Дарина Ромм

— Со мной нет, я просто заново узнавала мир и училась тому, что другие дети давно знали, а я забыла. Но когда мы переехали в другой город, у нас пропали все фотографии и видеозаписи. Это такие портреты на бумаге и движущиеся портреты на специальной пленке, — пояснила для меня. — Мама очень переживала по этому поводу, а бабушка – нет. Так что у меня совсем нет ранних детских фотографий. Я понятия не имею, какой была в младенчестве и детском саду.

И снова для меня пояснила:

— Детский сад – это место, куда отводят малышей на то время, пока их родители работают.

— У вас нет нянек или слуг, чтобы присматривать за детьми, когда родители заняты своими делами? — не понял я.

— У кого-то есть, если семья богатая. Мои родители разбогатели только после переезда – папа стал заниматься бизнесом, и у нас появились деньги. Но мне няня уже не нужна была, я выросла. Других детей у моих родителей не было, так что и няньки оказались не нужны.

— А слуги? — спросил я. Мне было интересно, как жила Полли в своём мире.

— Домработницы были, да. И на даче у нас жили дядя Вася и тётя Люба, муж и жена. У них был маленький домик на нашем участке. Дядя Вася был сторожем и садовником в одном лице. А его жена следила за порядком в доме и готовила – мама не очень любила возиться на кухне, — в голосе Полли появилась улыбка – похоже, ей было приятно вспоминать то время.

— Ты была счастлива в том мире? — спросил я, а Снежок поднял лохматую голову и недовольно рыкнул – неужели эта поразительно умная скотина ревнует Полли к её прошлой жизни?! Хотя чему я удивляюсь, сам-то тоже… Ревную. Особенно к этому её муженьку…

На мой вопрос Полли ответила:

— Да, я была счастлива.

— Что было дальше?

— Дальше… Я выросла. Бабушка умерла. Я вышла замуж. Родители погибли. Костик мне изменил. Свекровь вытолкнула меня в окно. Я очутилась в чужом теле и в чужом мире, — перечислила Полли тусклым голосом.

Я ещё немного поразмышлял, решая, рассказывать ли ей то, что выяснилось в лазарете, когда Жаэль провёл диагностику её состояния. Потом, стараясь быть аккуратным, задал вопрос:

— Полли, а ты уверена, что этот мир и это тело – чужие для тебя?

74

74

Полина

За окном давным-давно сгустилась ночь, но у меня сна не было ни в одном глазу. Подложив подушки повыше под спину, я сидела в кровати. Смотрела в окно на усыпавшие небо желтоватые похожие на веснушки звездочки и перебирала в памяти наш с Нарром разговор.

Точнее, его слова про то, что мир и тело, имеющиеся у меня, – мои изначально.

— Понимаешь, моя хорошая, — объяснил он, обнимая меня и крепко прижимая к своему боку. — Странная болезнь, которую ты описала, похожа… В общем, есть магический ритуал, с помощью которого души переселяют в другие тела. Это непростое дело, и не все выживают после такой… Процедуры. Тело с насильно подселенной душой болеет, пытается отторгнуть чужую сущность. Жар, беспамятство, про которые ты рассказала, очень напоминают симптомы этого ритуала.

— Нет, Нарр, это ерунда какая-то. — Я даже начала смеяться, правда, не очень искренне и весело.

— Пропажа твоих детских портретов и то, что ты ничего не помнила про прежнюю жизнь, подтверждают мои предположения, — не отступил он. — У тебя просто не было этой прошлой жизни, ее жил кто-то другой. А твои настоящие воспоминания заблокировали.

— Кому и зачем такое проделывать со мной, тем более с ребенком?

Нарр в ответ помолчал, а потом ответил такое, что у меня окончательно зашел ум за разум.

— Я думаю, та девочка, в чье тело вселили тебя, действительно заболела и, скорее всего, умерла. А ты… Тебя таким образом спрятали.

— От чего или кого меня прятать? — Я таращилась на серьезное лицо Нарра, и думала, что попала в какое-то зазеркалье. Сейчас выскочит Шляпник, или придет Шахматная Королева и скажет, что это просто игра.

Но никто не пришел. А Нарр ответил на мой вопрос так:

— Тебя спрятали, чтобы не нашли те, кто очень хотел, но не должен был найти. Кто это, почему оба ключа-петушка оказались в твоих руках, и как это все связано, я не знаю. Но Жаэль обнаружил на тебе мощнейшую магическую печать, Полли. Что под ней – неизвестно, снимать ее силой нельзя – мы не знаем, какие последствия это вызовет. И еще…

Тут он перевел дыхание, а потом сказал то, что я и так, в принципе, знала: что я дракон, чью сущность долго подавляли разными зельями… Но в лазарете меня «прочистили», поэтому совсем скоро я стану летающим чудовищем, закованным в броню.

Конечно, Нарр не так выразился, это уже моя интерпретация. Он, наоборот, был очень романтичен. Нежненько и чуть не мурлыкая от удовольствия, сказал, что скоро я стану прекрасной изящной драконицей. Что от моего вида у всех мужчин-драконов будет сносить голову. И добавил еще более нежно и ласково:

— Поэтому никаких «не выйду за тебя замуж», Полли. Никаких «мне надо подумать». Как только ты поправишься, мы с тобой пойдем в храм. Иначе, пока на тебе не будет моего браслета, мне придется без остановки драться за тебя с другими драконами. А кто тогда королевством будет командовать, если я все время буду занят твоей охраной? — И заржал, скотина бессовестная.

На это я велела ему проваливать из моей комнаты, потому что мне нужно подумать и прийти в себя от таких новостей. Конечно, вопросов к Нарру у меня еще был вагон и маленькая тележка. Но задавать их, а тем более слушать ответы уже не было сил.

В общем, указала товарищу королю на дверь, а он взял и ушел, негодяй!

Я в одиночестве поужинала прилетевшей на подносе едой. Почесала бок Снежку, лежащему на коврике у кровати и довольному, как кот на теплой печке. Пожаловалась на то, что ничего не понимаю в происходящем. Получила от мантикора искреннее сочувствие, умылась и забралась в кровать. Думала, сразу засну. Но ночь уже перевалила за свою середину, а я все лежала и думала.

Промаявшись еще час, я встала и пошла в туалет. Посидела на «троне», вымыла руки и,