Утро начинается с... любви - Ксюша Литт

Парили над собой, над землёй, над Василием этим рыжим…

Мы остались на ужин в доме родителей Андрея. Неудобно было отказываться, и, честно говоря, не хотелось расставаться с Андреем. Я бы осталась где угодно, лишь бы быть с ним.

И пусть это ошибочное решение, пусть… Отчаянно не хотелось терять то ощущение, которое укрыло меня мягким уютным одеялом, обещая безоблачное счастье на много-много лет.

За ужином мы отлично пообщались. Родители Андрея оказались хорошими людьми, совершенно простыми, лишёнными лоска больших денег, как я себе его представляла. Никакой напыщенности и высокомерия.

Они продолжали жить в старом дачном доме, в самом обычном СНТ, переделав его в зимний, лишь изредка возвращались в свою квартиру. И отказывались переезжать в элитный посёлок, куда перебрался сын, решили, что здесь им удобней, привычней, как минимум. Да и Василий знает все окрестности, знаком с местными котами и лягушками.

Естественно, никто не отказывался от благ, которые открывали деньги сына, но и образ жизни не меняли. Андрей же в простой обстановке выглядел вполне гармонично, без глянцевого блеска, золочёного напыления и флёра огромного состояния.

Просто Андрей, пусть даже Максимович, но Андрей.

Человек, который однажды решил добиться успеха и добился.

Мужчина, который любит меня, и которого люблю я.

– О чём задумалась наша мамуля? – выдернул меня из воспоминаний голос Андрея. Теперь уже моего мужа.

Предложение, к слову, он сделал именно в этой кофейне, преподнеся кольцо самым банальным из всех возможных способов – в бокале с шампанским. Тогда он ещё боялся делать широкие жесты, опасался моей реакции, а зря…

Повторное предложение, с приглашённым фотографом, в пафосном до скрипа зубов отеле на фешенебельном курорте мне тоже понравилось. Не такая я скромная мышка, как оказалось, и жесты в мою честь мне нравились.

Не часто. Но почему бы и нет?

– Ой, привет! – подпрыгнула я.

Поцеловала Андрея в щёку, на секунду замерев от родного запаха, окутывающего меня. Подняла на руки смеющегося сынишку, чмокнула в нос, который так и норовил ускользнуть от непрошенной ласки, ведь вокруг так много нового, интересного, важного… и сладости на витрине… пирожное с кремом, например.

Ведь не зря родители сюда привели, значит, будет пир!

Знает он, знает, что сладкое вредно, но если очень хочется, то точно полезно!

Вон, Варя вчера вообще кошачий корм стащила из миски Василия…. Родители сказали – полезно, раз в рот полезло, а в его четырёхлетний рот пирожное очень даже влезет. Вся витрина!

Годовалая Варя в это время крепко спала на руках папочки, не подозревая о внесённом вкладе в пищевые пристрастия старшего брата.

– Тысячу лет здесь не был, – оглянулся Андрей. – Смотри-ка, ремонт сделан, – кивнул одобряюще.

– Вообще-то это твоя кофейня, – шепнула я. – Ты не знаешь, что творится в собственном бизнесе, товарищ владелец?

– Умение делегировать обязанности – залог успешного успеха, – засиял в ответ муж. – Кстати, как твоя конференция? Как там… биохимия, физиология и микросферная роль биоорганизмов?

– Биосферная роль микроорганизмов, – поправила я. – Отлично.

Конечно отлично, иначе быть не могло.

Сразу после свадьбы я ушла из магазина сантехники, устроилась в научно-исследовательскую лабораторию по биохимии. Поначалу зарплата была откровенно смешная, в общем-то, она не окупила бы и расходы на общественный транспорт, пользуйся я им, зато впервые в жизни я занималась тем, что действительно нравилось, чем болела, о чём переживала всей душой.

Но почти сразу пришлось уйти в декрет. Само собой, я была безумно рада рождению Ярослава, на целых два года забыла о существовании биохимии и мира вообще, погрузилась в материнство, пила полной ложкой пришедшее счастье. Позже вернулась в лабораторию, достигла каких-то успехов, и… подоспела Варя.

С доченькой я выбралась из декрета раньше. В девять месяцев на половину дня, сейчас уже на полный.

И вот моя первая конференция в этом году, с собственным скромным докладом! Не такие и достижения, положа руку на сердце, но взгляд Андрея говорил, что он страшно гордиться мной.

Все гордятся!

– И скоро я лечу во Франкфурт-на-Майне на конференцию общества GDCh Biochemistry, – продолжила я. – Мне понадобится время, чтобы подготовиться.

– Правда? Я рад. Правда, рад! – искренне отреагировал Андрей.

Как же отлично иметь поддержку в лице собственного мужа. Любящего мужа, поправочка.

– Пока ты не улетела любоваться красотами собор святого Варфоломея и площади Рёмерберг, у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

– Какое?

– Провести день вместе, ночью оставить детей няне и… пуститься в настоящий разгул. Знаю я тут недалеко одну квартирку, которая давненько не слышала звуков разгула.

– Настоящего разврата, – повела я бровями.

– Самого отвязного.

– Грязного.

– Пошлого.

– До самого утра…

– А утро начнём с кофе.

– А утро начнём с… любви.

Эпилог

Эпилог

С первым снегом в этом году природа, словно решив вознаградить всех за долгое ожидание, расщедрилась на славу – завалила всё вокруг сугробами, устроив огромный праздник для жестянщиков. Ну и для детишек, конечно, тоже.

Андрей, аккуратно въехав в послушно раздвинувшиеся перед хозяином ворота собственного двора, с усмешкой проводил взглядом сооружённого перед самым домом счастливо улыбающегося снеговика. Слегка покосившееся ведро на снежной голове поблёскивало в свете вечерних фонарей, на месте носа торчала рыжая морковка, шею обвивал ярко-красный Варькин шарф, к рукам из веток была прикреплена совковая лопата – всё как полагается. Постарались его малявки от души – ничего не забыли, такое чудо состряпали. Смешные.

Довольные, наверняка, как удавы, что зима наконец пришла. Дождались.

С не менее довольной улыбкой на лице Андрей вошёл в дом и прислушался, определяя, где находится его семейство.

Голоса доносились из столовой.

По-быстрому скинув с себя одежду, пошёл на звук.

Уже больше шести лет этот дом его больше не встречал тишиной, с того самого апрельского дня, когда он привёл сюда решившуюся наконец довериться ему Дину.

Он знал, уверен был, что однажды всё же она переборет свой страх перед призрачным новым предательством, перестанет вредничать и делать вид, что Андрей ей безразличен. Потому что ни черта не получалось у неё скрывать всё ещё живущую в ней любовь к нему. Пыталась убить, очень старалась, но, к счастью, не смогла.

И он дождался, добился, а она сдалась. Вот так вот.

И, скорее всего, именно в эту же апрельскую ночь их уже сразу стало трое.