После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа - Ольга Тимофеева

— А когда поверишь? Когда она на коленях просить прощения будет или когда хоронить ее будем?

— Вот тогда, возможно, подумаю.

— Давид, ну ты же не такой.

— У нее денег осталось после той операции, что она себе может и на сердце сделать и в санатории полежать, и телешоу снять.

— Она сказала, что ей эти деньги теперь не нужны.

— Да ладно?

— Да.

— Слушай, а я знаю, как ее проверить. Знаю, что бы она никогда в жизни не сделала.

Глава 56. Давид

М-да… Хуже всего, если ее эта болезнь окажется правдой, а я не поверил. Сын, называется…

Ну а чего она хотела и ждала после всего?

Ладно. Раз уж решил, то надо действовать. Если сделает то, что говорю, тогда хоть надежда будет, что и правда не врет.

Набираю маму.

— Сынок…

— Привет, мам.

— Ты позвонил.… прости, Давид, я… — часто дышать начинает. — Тебе Тая рассказала?

— Да.

— Спасибо ей скажи.

— А ты сама что, не можешь?

— Я сказала, еще раз скажи. Если бы не она…

— Мам…

— Я знаю, что ты не веришь, но я правда в больнице.

— Тебе нужна операция?

— Да. Но теперь деньги не нужны, эту делают бесплатно, но я не хочу, пока не поговорю с тобой, не увижу еще раз, не обниму. Мало ли… как все закончится.

— Проходили уже это.

Тяжело дышит.

— Мам, ты же понимаешь, что ты виновата.

— Понимаю и не отрицаю. Но как доказать тебе, что не вру сейчас…

— Легко. Ты говорила, что все деньги от операций не потратила.

— Да. Все на счете лежит. Хочешь забрать?

— Нет, хочу, чтобы ты это перевела все Тае.

— Тае?

— Да. На моих дочек. Я им немного недодал за все эти годы. Если ты конечно раскаиваешься, хочешь тоже свою вину перед ними искупить.

— Ты уверен?

— Я уверен.

— Хорошо, — тихо отвечает.

— Не мне перевести, а ей.

— А как я это смогу?

— Думаю, твои юристы найдут ее координаты.

— Хорошо, Давид. Если это надо, чтобы ты приехал…

— Нет, мам. Это надо, чтобы я тебе верить начал опять, что ты не относишься плохо к Тае и моим дочкам. Потому что однажды я уже тебя выбрал. Не заставляй второй раз выбирать между вами.

— Хорошо, когда приедешь… я бы хотела, внучек увидеть.

— Посмотрим.

Отключается, потому что говорить тяжело.

А спустя час Тая возвращается и врывается ураганом ко мне в кабинет.

— Это что такое? — тычет мне в лицо банковским переводом с шестью нулями. — почему мне деньги поступили от твоей матери?

— Это тебе и дочкам алименты от бабушки.

— Ты с ума сошел?! Мне зачем столько?

— Забери себе эти деньги.

— Они твои.

— Давид…

— Тая, она принципиально не хотела, чтобы тебе что-то досталось. Я просто захотел проверить, если она правда раскаивается и переживает, то вернет эти деньги. Понимаешь, мне она вернет в любом случае, потому что я сын. А вот тебе просто так, нет. Она не отдаст то, что так долго сохраняла и копила, если только правда не осознала, что натворила и что эти деньги ей теперь хуже только делают. Теперь я ей верю.

— Она сама их отдала?

— Да. И еще она хотела увидеть девочек. Ты не против?

— Я еще в шоке от ее поступка.

— А я, если честно, рад.

— Что она в больнице?

— Видимо, ей надо было туда реально попасть, чтобы начать ценить то, что у нее есть, а не то, что ей казалось у меня должно быть, — тяну ее к себе на колени и обнимаю.

— Я рада за тебя.

— А я рад, что ты со мной.

Вечером идем забирать Витаминок из сада. Амина, конечно, сразу обниматься. С ней легко и просто. Девочка-девочка, которой чуть внимания и она уже тает.

С Виткой сложнее. Но от этого интереснее.

— Тая, могу с ней поговорить наедине?

— О чем?

— Мне же надо наладить контакт. Хочу попросить съездить со мной к бабушке.

— Пробуй.

— Вита, — зову ее.

Та смотрит подозрительно.

— Иди сюда, детка, — помогает Тая.

Тогда идет.

— Я вас оставлю или с вами посидеть? — шепчет.

— Оставь.

— Вит, садись, — киваю на скамейку, — мамочка, — киваю Тае, — ты погуляй. У нас важный разговор.

— Я буду возле качелей, — поднимается и идет к Амине.

— Ну что? — Вита складывает по-деловому руки на груди.

— Я очень люблю твою маму, Вит.

Она хмыкает, как прокурор.

— Я тоже ее люблю.

— Мы же можем вдвоем ее любить? Ты как дочка, я как мужчина.

— Так что, любить маму можно?

— Ну, если мама сама не против…

— Мама не против. Но у меня к тебе другое дело. Может, поможешь мне?

— Чем? — упирается пяткой в скамейку.

— Знаешь… моя мама сейчас в больнице.

— А что с ней?

— У нее сердце заболело, вот тут, — показываю на грудь. И я очень за нее переживаю. Сильно. Даже когда делаю вид, что не очень. А еще больше боюсь туда идти. Там же все с уколами ходят.

— Ты же меня возил, ничего.

— Так то детская больница, там меня лечить никто не будет. А во взрослую идти я боюсь.

— Там не страшно.

— А может ты бы хотела со мной сходить, ну, чтобы мне там укол не сделали?

— Ну ты что, не знаешь? — трясет рукой. — Там лечат только тех, кто лежит,