Его обвиняемая. Рецепт помилования - Алена Шашкова

— Ноара Марта, — поставив чашку на стол, спрашивает Кайан, — а раньше тоже вы заказывали продукты? Сами?

Экономка удивленно вскидывает брови, присаживается на один из стульев и нервно теребит фартук, как будто понимает, что сейчас происходит что-то важное. Мы с Кайаном переглядываемся.

— Конечно, я. А кто ж еще? Так-то я чаще всего Бенджи в город отправляла, а он обратно уже телегу нанимал, — отвечает она.

— И именно вы всегда принимали?

Кажется, она совсем перестает что-то понимать. Зато по поводу того клочка бумаги появляется больше ясности.

— Конечно, я. За ними же контроль и контроль нужен! Даже за Бенджи. Юн он еще, в голове временами ветер, — сетует экономка.

— И никогда ничего лишнего и нового вы не обнаруживали? Что не заказывали? — продолжает Кайан. — Какие-то новые продукты?

— Нет, — растерянно говорит Марта.

Шадхар молчит, я кусаю губы. Значит, тот клочок дорогой бумаги со списком продуктов, записанным рукой Крауга, — это что-то гораздо более интересное.

— Марта, вы же с Бенджи ходили в Гримспорт? — произношу я.

Элис помнит, что ходили. Чаще всего на выходных. Не на каждых, но все же ходили.

— Да, на службу в храм Хранительницы, — отвечает Марта. — Там в полнолуние главные службы.

Щека Кайана дергается. Он отодвигает от себя чашку и поднимается.

— Если список полный, я его перешлю сейчас ноару де Вольфу, а к вечеру все будет уже у вас, — твердо говорит он.

Экономка даже растерялась.

— Да, конечно, — кивает она. — Это было бы замечательно.

Кайан уходит, а я наливаю себе свой сладкий кофе.

— А когда вы последний раз были на службе? — уточняю я.

— Как обычно… В полнолуние. Перед вашим арестом, — отвечает Марта.

Перед арестом. Если эфиролиты привозили в поместье в полнолуние, а после этого точно ничего не увозили, то…

Я сжимаю пальцами чашку, а сладкий вкус перекрывается горечью осознания. Контрабандные эфиролиты все еще где-то здесь.

Глава 36

Солнце беспрепятственно проникает сквозь прозрачную крышу оранжереи, заливая оживающую вокруг флору. Я в очередной раз захожу сюда, как будто именно здесь скрыты ответы на все мои вопросы. Проверяю растения, заглядываю под кадки.

Что ищу? Да понятия не имею! Хоть какой-то намек на то, как вообще управляется местный полив. План Кайан так и не нашел, хотя пересматривал бумаги уже и по моей просьбе. Есть трубы, есть вентили. Они уходят под пол или в стены, ну или выходят из них — тут как посмотреть.

Хоть расковыривать каменные плиты, чтобы узнать, что там. Кайана попросить или Рейнара. Они магией наверняка смогут сделать это довольно быстро и относительно аккуратно.

Эта мысль начинает казаться уже не такой безумной. По крайней мере, она гарантированно дала бы ответ, верно ли мое предположение, что место хранения эфиролитов связано с системой полива. Мне кажется слишком внезапной и слишком удобной потеря плана.

— Хозяйка, смотрите, ваш маленький питомец действительно лучше себя чувствует, — зовет меня Бенджи. — Смотрите, как золотится. И когда вы только успели привести его в порядок?

Я с улыбкой подхожу к пареньку, который то с одной, то с другой стороны рассматривает золотолист, который мы с Кайаном посадили ночью.

— Вчера вечером, — отвечаю я. — Скажи, а часто ты встречал измененные эфиром растения?

Бенджи округляет глаза:

— Что вы, хозяйка. Конечно, нет! — говорит он. — Это бы означало, что из шахт есть утечка эфира. А этого же быть не может!

Я натянуто улыбаюсь и киваю. Увы, может. Учитывая то, что здесь появился измененный золотолист и говорящий енот, тут не просто утечка. Откуда-то сифонит со страшной силой, и вопрос лишь времени, когда поток станет такой силы, что пострадает не только лес, но и ближайшие города.

И почему у меня есть подозрение, что и на этот случай уже готовы объяснения для людей? Взрыв? Катастрофа? Несчастный случай в шахтах?

— Да, конечно, — говорю я Бенджи, стараясь не выдать своего скептицизма. — Ты молодец. Оранжерея преобразилась. Как только меня оправдают, сразу можно будет закупать новые растения.

Паренек смущенно пожимает плечами:

— Только вот холодно тут, — говорит он. — Вроде в этой части все закрыто, да только даже с солнышком не прогревается. Кажется, что теплее тут было раньше. Даже зимой.

— Может, от дома просто грелось? — предполагаю я. — Или на эфиролитах отопление было. А Крауг растащил их все.

— Не думаю, — раздается голос шадхара, и Бенджи напрягается, но от меня не отходит. — Я кое-что нашел в документах.

Кайан подходит ближе и кладет свою ладонь рядом с моей на край кадки с золотолистом.

— Старый граф действительно был очень хорош в инженерных решениях, не только в аптекарском деле, — говорит шадхар. — Среди документов были старые письма, в которых упоминалось, что граф собирался провести трубы от горячего источника на территории поместья.

Элис туда не ходила. Когда-то, очень давно, после купания в этом источнике она очень сильно заболела, ее лихорадило несколько дней. Девочка чуть не оглохла.

Графиня, которая считала, что горячая вода из-под земли — точно проявление посланников Жнеца, сказала, что болезнь из-за источника, поэтому больше туда Элис не пускали. Да и сама она тоже не ходила.

Я бы поставила на то, что девочка простыла. У Элис было не самое крепкое здоровье.

Но не думаю, что тот случай заставил бы графа отказаться от системы обогрева с помощью природной горячей воды.

— Получается, то, что мы видим, может быть и для отопления? — я киваю на трубы вдоль стены.

— Думаю, да, — говорит шадхар. — Здесь перед нами и то, и другое.

— И где одно, там и второе, — продолжаю я свою сумбурную мысль и тут же дополняю: — То есть если мы найдем, как идут трубы от источников, точнее, куда они идут, то мы можем найти и вход под оранжерею.

— Возможно, — кивает