Развод. В логове холостяка - Ксения Хиж

- Понимаю, - сказал он. – Это серьезный шаг, но поверьте, я могу сделать вас совершенной.

Его слова прозвучали как эхо из прошлого. Те же слова он говорил мне тогда, пятнадцатилетней девочке, напуганной и одинокой.

Осмотр закончился. Администратор пригласила нас в кабинет подписания документов. Пока Руслан переговаривался с персоналом, я извинилась и вышла в дамскую комнату.

Я пыталась унять дрожь в руках, когда дверь открылась. В отражении зеркала я увидела доктора.

- Я принес вам воды, - глухо произнес он и сунул мне в руку пластиковый стаканчик, в котором вместо воды был смятый клочок бумаги. – Вы очень похожи на одну мою бывшую пациентку. Талантливую пианистку. Жаль, что она трагически погибла.

И, не глядя мне в глаза, он быстро вышел.

Я вздрогнула, когда стаканчик выпал из моих рук. Подобрала записку и быстро развернула ее.

Оранжерея. Сегодня в 23:00.

Сердце заколотилось в груди. Он узнал меня. И он боится.

Это ловушка? Или его крик о помощи?

Глава 57

Вернувшись к Руслану и Коробову, я молча показала им записку.

- Оранжерея, - прошептал Коробов. – На территории клиники есть большая частная оранжерея. Это идеальное место для уединенной встречи. И для засады.

- Риск огромный, - сказал Руслан, глядя на меня.

Я закрыла глаза, чувствуя на себе взгляд того испуганного хирурга. Он был частью машины, сломавшей мою жизнь. Но теперь он же мог стать ключом к разрушению.

- Я пойду, - тихо, но четко сказала я. – Если он хочет говорить, я должна его выслушать. Если это ловушка… - я посмотрела на Руслана, - ты меня вытащишь.

- Хорошо. Идем все вместе. До полудня полтора часа.

За это время Руслан и Коробов разработали план. Руслан спрячется в оранжерее. Коробов будет следить за периметром. У всех есть средства связи и, на всякий случай, оружие.

В назначенное время я бесшумно скользнула в тень оранжереи. Воздух был густым и влажным, пах землей и цветами. Гигантские тропические растения создавали причудливые, пугающие тени в свете тусклого солнца, пробивавшегося сквозь стеклянную крышу.

Я ждала, прижавшись к стволу древней пальмы. Каждый шорох заставлял меня вздрагивать.

И вот, ровно в полдень, дверь бесшумно открылась, и в оранжерею вошел доктор. Он был один. Его лицо казалось бледной восковой маской.

- Я знал, что вы придете, - прошептал он, подходя ближе. Его глаза бегали по сторонам. – Я видел вас на операционном столе. Таких, как вы, я не забываю. Вы выжили? Обычно они не оставляют свидетелей. Делают дело, выжимают максимум из возможностей подопечного и отправляют его в утиль.

- Почему вы это делали? – выдохнула я, не в силах сдержать вопрос.

- Они держали мою дочь, - его голос сорвался. – Сначала это была просто высокооплачиваемая работа, а потом я понял, во что ввязался, но было поздно. Они сказали, что, если я попытаюсь выйти из игры, убьют ее. Мне ничего не оставалось. Я создал вас, и тех других. Я стирал лица, как стирают ошибки с чистого листа.

- Где ваша дочь сейчас?

- Не знаю. – По его лицу потекли слезы. – Они забрали ее семь лет назад. Я выполняю их приказы в надежде, что однажды они покажут мне ее живой.

- Много нас было?

- Десять, чуть больше. Талантливые дети. Кто-то стал знаменитым оперным певцом, вы – пианисткой, остальные разошлись по домам богатеев. Многие за границей, я не знаю об их судьбе.

Доктор сжал кулаки, его тело затряслось.

- Вы готовы всё тоже самое повторить на камеру? – спросил Руслан, выходя из тени.

Доктор вздрогнул, а когда вышел Коробов и вовсе покрылся испариной.

- Готов. Мне терять уже нечего.

- Отлично!

Слова доктора повисли во влажном воздухе оранжереи, словно ядовитые испарения. Я почувствовала, как у меня перехватывает дыхание. Мир плыл перед глазами.

- До свадьбы Серафимы и Милы три дня, - сказал наконец Руслан. – Мы придем на регистрацию – Полина и журналисты, и в этот же день выйдут разгромные репортажи об их махинациях. И с дома Подгородова, и ваше интервью. И на церемонии их всех повяжут.

- Звучит феерично, - усмехнулся доктор. – Я о таком и мечтать не мог. Когда пропала моя дочь, весь мир рухнул. Не нужны ни деньги, ни богатства. Мир стал пустым, а тяжесть от чувства вины и подавно заставляла меня свести счеты с жизнью. Но я держусь, заставляю себя просыпаться по утрам и идти на работу, и существовать ради жены и мечты найти дочку. Я дам развернутое интервью, вспомню все случаи. Когда, скажите только? И что мне делать эти дни до разоблачения?

- Вам нужно уйти в тень. И лучше уехать с нами. Мы не можем потерять такого свидетеля.

- Хорошо, только жене позвоню.

- Не нужно. Позвоните ей позже.

- Ладно…

Глава 58

Каждый час был на счету. В безопасном доме, предоставленном Коробовым, кипела работа.

До свадьбы два дня, а нам еще нужно узнать, где Лида. Этим и занимался Руслан. Часть останков из дома Подгородова была неопознанная, но из тех четырёх, что там были по ДНК совпадений с Русланом, не было. И это подарило ему за спиной крылья.

Я же часами репетировала свое появление.

Это должен быть не просто выход в свет, а спектакль, феерия. Я изучала видео своих старых выступлений, вживалась в образ самой себя, той, холодной и величественной Полины Григорьевой, какой меня знал весь мир.

Руслан и Коробов работали с информацией. Используя данные, они выстроили картину. Вырисовывалась ужасающая структура, щупальца которой проникали в политику, бизнес и правоохранительные органы.

Гарик, начальник полиции, был лишь мелким винтиком, случайно попавшим в схему, про Бориса и речи нет, а вот моя свекровь была идеологом и вербовщиком талантов. А настоящими кукловодами были люди, чьи имена заставляли замирать сердце: олигархи с безупречной репутацией, депутаты, близкие к столичной власти.

- Мы не можем ударить просто по Серафиму и его матери, - констатировал Коробов, разложив на столе схемы. – Это как отрезать одну голову у гидры. Нужно обрушить все разом. Свадьба идеальная площадка. Там будут все. И наши доказательства должны быть неоспоримы.

Доктор, рискуя жизнью, передал нам доступ к зашифрованному хранилищу, где годами складировал доказательства: видео с операций, списки пациентов, и