Снега Ниссы - Изабелла Халиди

Молча Дуна прокрутила в голове то, что только что рассказал король, и сравнила это с историей, которую рассказал ей Мадир, когда смотрел на ручей Ниам.

Согласно версии Мадира, сам король Лукан повел ниссийские армии в битву в тот день на равнинах Ифигении, так что боги преподнесли какой-либо драгоценный дар самому человеку, а не его предкам. Если Дуна действительно рассматривала непостижимую перспективу того, что боги даже спустились с небес, чтобы посетить человечество, то зачем им дарить монарху цветок, который из всех вещей знаменовал бы их благодарность людям за их жертву?

Почему бы не даровать народу Ниссы грозное оружие, или вечную жизнь, или что-нибудь более существенное…

Она ахнула, внезапное осознание поразило ее. Вот и все. Дар вечной жизни. Дуна нашла источник кажущегося вечным существования короля Лукана.

Но как редкий цветок вписался во все это уравнение? Как это помогло ему прожить так сверхъестественно долго? И почему остальные воины не получили такого же подношения? Должно было быть что-то еще.

— Я хочу тебе кое-что показать, Дуна.

Древний правитель подвел ее к двойным стеклянным панелям. Раздвинув их и войдя в дверной проем, Дуна лишилась дара речи.

Они вышли на широкую террасу с балюстрадами из белого доломитового камня. Великолепные пышные кустарники с множеством экзотических цветов и не менее величественные, возвышающиеся деревья покрывали обширное открытое пространство. В центре террасы стояли массивные горизонтальные каменные солнечные часы.

Дуна могла только с благоговением смотреть, широко открыв рот. Она никогда раньше не видела такого великолепия. Это было так, как будто она находилась в совершенно другом мире, который не принадлежал стране смертных.

Король Лукан подошел к огромному устройству, стоящему на трех ножках, с черным удлиненным зеркалом. Цифры и различные символы окружали множество циферблатов, которые можно было найти вокруг цилиндра устройства.

— Это телескоп, единственный из известных существующих.

— Что он делает, Ваше Величество?

— Посмотри сама, — сказал он, жестом приглашая Дуну подойти поближе.

Поколебавшись, она приникла к окуляру. Долю секунды Дуна ничего не видела; полная темнота. Затем, когда король повернул ручку сбоку оптической трубы, ее поразило изображение, настолько божественное и захватывающее дух, что ей показалось, что она смотрит на сами небеса.

Миллионы и миллионы мерцающих радужных огоньков были разбросаны в поле ее зрения, некоторые так близко друг к другу, что образовывали скопления великолепных, мерцающих форм, которые, казалось, парили в самом темном из забвений.

Она попыталась подобрать слова, чтобы спросить этого загадочного мужчину, что это за шедевр, но ничего не вышло у нее изо рта. Это было так, как будто ее разум не мог сформулировать вопрос, как будто осознанный ответ вообще не был нужен. Это взывало к ее душе, притягивало ее, как магнит, сила импульса протянуть руку и стать единым целым с небесами была настолько сильной, что глаза Дуны наполнились слезами, а сердце болезненно заныло, как будто из него выжимали саму жизнь.

Король Лукан повернул ручку еще раз, изменив то, что предстало перед глазами Дуны. Задыхаясь, она вцепилась в свою тунику кулаками, скручивая ткань так, что та едва не порвалась.

В поле ее зрения плавали три ослепительно сияющие бело-желтые звезды, одна из которых была значительно больше двух других. Самая большая из них была настолько яркой, что ее ослепительный желтый свет затмевал ту, размером с карлика, которая, казалось, была почти приклеена к нему, настолько близко они были. Третья звезда находилась дальше, слева от них, такая же яркая, но почему— то более уединенная, словно нежеланная в их поле зрения.

— Это, моя дорогая Дуна, Полярная Звезда, — сказал он, его рука все еще лежала на циферблате.

— Но видны не одна, а три звезды. Тогда которая из них?

Он указал на предвечернее небо, которое медленно приобретало более темный оттенок по мере того, как дневной свет начал переходить в вечерний.

— Когда мы смотрим на наше ночное небо невооруженным глазом, видна только одна сверкающая точка, которую мы, люди, считаем Полярной звездой. Однако настоящая Полярная звезда на самом деле представляет собой тройную звездную систему, как ты можешь ясно видеть в телескоп.

Он повернулся к ней, продолжая:

— Первичный желтый сверхгигант находится на орбите со своим меньшим собратом, что делает их своего рода парой. Пара, в свою очередь, находится на более широкой орбите, а третья, далекая звезда, которую вы можете отчетливо видеть, выделяется сбоку от них.

Дуна кивала, пока королевич объяснял ей запутанное расположение созвездий.

— Считается, что Полярная звезда — самая яркая звезда на нашем ночном небе. Она принадлежит к созвездию Малой Медведицы, иначе известному как Малый Ковш. Она символизирует руководство, надежду, доверие и удачу. Всегда указывает на север, вот почему моряки используют ее, возвращаясь домой из моря.

Король улыбнулся, как будто хранил тайну, в которую больше никто не был посвящен.

— У наших предков Полярная звезда называлась по-другому. Они назвали ее Хранительницей Богов, потому что верили, что сами божества обитают на Полярной Звезде, и что если кто-то последует за Полярной Звездой, она приведет его в Царство Богов.

Он снова повернул ручку, жестом приказав Дуне вернуться на свое место у окуляра.

— Этот желтый сверхгигант, — он сфокусировал объектив, когда Дуна ахнула в сотый раз за вечер, — это небесное королевство Аарон, дом короля Нкоси, Бога Неба и Правителя всех богов.

Совершенно ошеломленная и охваченная благоговейным страхом, Дуна могла только смотреть на представшее перед ее глазами зрелище. Желтая, слегка пульсирующая светящаяся звезда лежала, окутанная густыми темными облаками пыли, образуя феноменальное эхо огней великолепных оттенков пурпурного, розового и голубого.

Казалось, что он был встроен в свое пыльное окружение, на фоне темного неба, заполненного бесчисленными фоновыми галактиками.

— Впечатляюще, не правда ли? — спросил король, и его голос был полон печали. — Если бы каждый человек мог смотреть на это величественное зрелище невооруженным глазом, я верю, что человечество было бы склонно творить больше добра в этом мире, чем зла. Что мы будем стремиться стать достаточно достойными, чтобы достичь высот самих небес, хотя бы для того, чтобы взглянуть на них хотя бы на одно-единственное мгновение в нашей жалкой жизни.

— Что это за третья, далекая звезда? Почему она так далеко от двух других? — спросила Дуна, отчаянно пытаясь, но безуспешно, осознать тот факт, что ей показали мифическое Царство Богов, и ни кто иной, как Правитель Королевства Нисса.

Он еще раз отрегулировал циферблат.

— Она принадлежит Королевству Исфет, где — если доверять источникам — заперт Бог-Змей Апофис.