Мой любимый похититель - Мелани Морлэнд

меня. Но я увидел изменения в нем, когда ты была там. Ты заставила его смеяться. Он улыбался и шутил со мной, когда мы разговаривали. Он менялся, когда говорил о тебе. Я верю, что ему действительно не все равно.

Я почувствовала, как у меня сжалось в груди.

— Но?

— Мой брат всегда настаивал, что он создан для скорости, а не для долголетия. Ни одни из его отношений не продлились долго. Я думал, что именно ты сможешь изменить его. Несмотря на то, как вы начали, он казался счастливее.

— Он был счастлив. Мы были, — настаивала я.

— Я спросил его вчера вечером. Напрямую. Предложил вернуть тебя, когда Уинтерс мертв и не может причинить тебе вреда, подозревая, что именно поэтому он тебя отослал.

Я с готовностью кивнула. Чем больше об этом думала, тем больше в этом было смысла. Я знала, что Данте испытывает ко мне чувства. Знала это так же точно, как то, что мне нужно дышать, чтобы жить.

— Он сказал «нет». Без колебаний. Что к нему вернулось равновесие, и он понял, что вел себя глупо. — Паоло встретил мой взгляд, наполненный жалостью. — Мне жаль, но он сказал, что все кончено. Он сожалел, что нарушил твою жизнь, и поручил мне дать тебе все, что ты захочешь. Приобрести для тебя пекарню. Переселить в любую квартиру, какую ты захочешь. Но ты должна двигаться вперед, как планирует сделать он, когда все закончится.

Я уставилась на него, пока его слова доходили до меня.

— Он был очень серьезен, Брианна. Я знаю своего брата и знаю, когда он говорит правду. — Его голос смягчился. — Ты должна поступить так, как он планирует. Думай об этом как о приятном развлечении на некоторое время и живи дальше. Он оставил тебя в лучшем месте, чем нашел.

Гнев прорвался сквозь меня.

— Почему? Потому что теперь я могу жить в более красивой квартире? Открыть пекарню, потому что мне платили как шлюхе за потраченное время? Мне было лучше жить в своей захудалой квартире с низкооплачиваемым и мерзким боссом. По крайней мере, это было честно. Можешь сказать своему брату, что он может засунуть свою квартиру и свои деньги себе в задницу. И он может... — Я глубоко вздохнула. — Отвалить.

Я выскочила из кабинета Паоло и направилась в свою комнату, Каролина шла за мной по пятам.

Она закрыла дверь и уставилась на меня.

— Ты это серьезно?

— Что он может отвалить? Да. Я злюсь. Но не по тем причинам, о которых думает твой отец.

— Считаешь, что не имела для него никакого значения, кроме прихоти?

— Нет. Я кое-что значила. Данте все еще пытается защитить меня. Он всегда пытался защитить меня от всего, кроме себя. — Я села. — А он был тем, от кого я больше всего нуждалась в защите. Он украл мое сердце, едва попытавшись это сделать.

Каролина села рядом со мной.

— И разбил его.

Я повернула голову и встретилась с ней взглядом.

— Он сделал на нем вмятину и разозлил меня, но оно не разбито. Данте непримирим в своих поступках. Делает то, что хочет, как хочет и когда хочет. Не объясняет причин и не просит ни у кого разрешения. То, что он из кожи вон лезет, чтобы загладить вину — это полнейшая чушь. Это у него разбито сердце, а не у меня. — Я встала и зашагала по комнате. — Он связался не с той девушкой, и я собираюсь доказать ему это. — Я остановилась перед ней. — Мне нужна твоя помощь. И твои деньги.

Каролина встала.

— Ты их получишь.

— Хорошо, нам нужно все тщательно спланировать.

ДАНТЕ

Я начинал сходить с ума, меря шагами квартиру. С того момента, как увидел серьезные лица полицейских у своей двери, я понял, что у меня большие неприятности. Я охотно отправился в участок, не забыв перед уходом связаться с адвокатом. Допросы, казалось, были бесконечными, и в конце концов я отказался говорить. Новый шеф полиции был молод, энергичен и очень невысокого мнения о своих более состоятельных гражданах. Ему и его департаменту удалось продержать меня три дня, прежде чем я вышел на свободу и с тех пор застрял в этой квартире.

Делом занимались мои адвокаты. Следователи. На первый взгляд все выглядело не очень хорошо. Были свидетели, которые видели нашу ссору в ночь перед его исчезновением и слышали, как я угрожал ему. У меня не было алиби на тот момент, когда Уинтерс якобы пропал позже. Мои руки были разбиты после драки, как и тот факт, что у меня синяк под глазом, который я получил, когда, напившись, бушевал в квартире в ночь, когда отослал Брианну. По мнению полиции, Уинтерс якобы успел нанести пару ударов, прежде чем я выполнил свои угрозы и забил его до смерти. Все, что у них было, это косвенные улики, но других осуждали и за меньшее. И мне оставалось только надеяться, что в этом деле мы добьемся прогресса.

Благодаря интернету я мог легко управлять своим бизнесом с помощью Zoom и электронной почты, что я и делал, чтобы оставаться занятым, когда не разговаривал по телефону со своей командой. Но я сходил с ума, застряв в четырех стенах.

Без Брианны.

Услышав, что Уинтерс мертв, моей первой мыслью было облегчение. Теперь она была в безопасности от него. Какая-то часть меня радовалась и тут же начала планировать, как вернуть ее, но я понял, что у него есть люди, все еще преданные ему. Те, кто все еще может хотеть причинить мне вред, и лучшим способом будет причинить вред ей.

Поэтому я должен был держать ее подальше.

Паоло уверил меня, что она в безопасности. Несчастна, но в безопасности. Она редко выходила из своей комнаты и мало ела, но Каролина навещала ее. Я запретил ему рассказывать Брианне о том, что происходит. Хотел, чтобы она окончательно порвала со мной. Зная ее, можно было предположить, что ей в голову придет безумная идея, и она заявится, требуя возглавить расследование.

Признаться, эта мысль заставила меня улыбнуться.

Зазвонил телефон, и я принял видеозвонок Паоло.

— Привет, брат.

— Есть новости? — спросил он.

— Нет. У них есть несколько зацепок, которые они ведут. Я был не единственным его врагом. Но на все нужно время. — Я сделал паузу. — Как она?

— Злая, как фурия.

— Почему?

Он сделал паузу, отпив глоток, как я понял, виски.

— Каролина ей все рассказала.

— Вот черт.

— Она хотела прилететь, помочь. Сказала,