Ты будешь наказана - Ада Ридель

Порабощал, захватывал.

И меня это в принципе никак не смущало. Да, были запреты, были какие-то ужимки. Но не сильно. Я не страдала от этого. Он делал всё для моего блага. Но он слишком изменился. Я поняла это.

И как бы сильно он не любил меня…

Не отпустит.

А я бы ушла. Сделала перерыв. Только для того, чтобы всё переварить. А потом вернуться вновь. Иного выбора у меня нет. Арсанов не даст жить без него. Да и я не уверена, что смогу…

У меня больше никого нет. Только он.

Отец умер. Семья ненастоящая. Ни братьев, ни сестёр у меня нет. Только Эмиль.

И я не знаю что чувствую.

Раздираюсь на две части.

Одна Влада ненавидит, а другая горячо любит. Та я. Прежняя.

Поджимаю губы и сильнее стискиваю чужое запястье.

Единственное, что меня утешает… Он делал больно ей. Той девушке Владе. Не Королёвой. Хотя, чёрт его знает.

— Не лги мне, тварь! — плюётся в лицо. — Вы его убили! Схватили! Да чтоб ты сдохла! Нужно было оставить тебя подыхать там!

— Так оставила бы, — высокомерно смотрю на неё свысока. Она маленькая, а я на каблуках. — Я тебя не просила меня спасать. Это твоя инициатива.

— Да плевать мне на тебя! Где мой мальчик??

Вот так меняются люди в один момент. Раньше она его гнобила. Показывала на меня и твердила: «Влада то, Влада сё». А сейчас, когда пример для гордости пропал… Снова думает о сыне.

— Его тут нет, — говорит Арсанов за спиной. Мне, не ей.

— Да, я поняла, — киваю.

Спокойно отпускаю её руку. И в одно мгновение расширяю глаза, когда она всё же кидается на меня. Но её останавливают. Иван. Делает к ней грубый рывок, обвивает рукой шею. Всего несколько хрипов, а её глаза закатываются вверх. Тело обмякает и оно падает на пол.

Что-то внутри колет.

Мимолётно.

Но тут же потухает.

— Ну что же ты, Ваня, — усмехается Эмиль позади. Я вздыхаю. Неисправим. — Мог быть и понежнее. Но молодец, реабилитируешься.

Я оборачиваюсь к нему.

— Ты же сказал, что убивать не будешь при мне.

Он разводит руками.

— Так это не я, — усмехается. У него опять крышу рвёт. Псих включается. — А Ваня.

Я прикрываю глаза.

— Ладно.

— Ага, — радостно сообщает. Обвивает мою талию рукой. — Поехали домой. Его здесь нет. Мои ребята поищут его.

Я соглашаюсь.

Запахиваю пальто, и, вжимая шею в плечи, выхожу из дома. А напоследок мажу по трупу взглядом. И по мужчине, что выбегает из кухни на крике и смотрит на мёртвую жену со стеклянными глазами.

У меня могла бы появиться хоть капля сочувствия.

Но её отчего-то нет.

*** Смотрю на свои пальцы на ногах и не знаю, как сказать Арсу, что всё вспомнила. Надо ли? Я не сказала ему сразу, солгала. Испугалась, да и взвешивала всё. Боялась ошибиться в своём решении.

И пыталась свыкнуться с мыслью, что тот человек, который делал всё то со мной — мой любимый.

Я вздыхаю.

Убираю мокрые пряди волос назад. Горячая вода бьёт по коже, даёт понять, что я ещё в сознании. Порой мне хочется отключиться, чтобы перестать мучиться в этих дрянных мыслях.

Зачем я вообще всё вспомнила?

Лучше бы и была той Владой, которая ненавидит Арса.

А сейчас…

Как же, блять, тяжело.

— Ты не утопилась там? — я не вздрагиваю на резко раздающийся голос Эмиля. Почему-то так и думала, что он пойдёт за мной. Меня долго нет.

Поворачиваю к нему голову и утыкаюсь щекой в руку, которой обхватываю себя за плечи.

— Пока нет.

— Пока? — выгибает вопросительно бровь. Снимает с себя рубашку, которую мы купили в ТЦ по пути к дому тех людей. — Ты собиралась утопиться?

Осматриваю его натренированное тело и сглатываю. Впиваюсь взглядом в твёрдые мышцы, кубики пресса. В пах, в зоне которого брюки уже натягиваются до предела.

Он всё же неисправим.

— Шутка не вышла? — спрашиваю с какой-то надеждой. Арсанов скидывает с себя брюки и делает шаг вперёд. Залезает в ванную и садится за мной. Утыкается своим вздыбленным членом в мой копчик. — Не вышла…

Я не знаю отчего, но чувствую, как он улыбается. Не вижу, но уверена. Опускает ладони на мою талию. И рывком прижимает к себе.

Касается своим носом моей шеи. Губами. Цепляет её зубами. Я шиплю. И получаю ответ на несказанный мною вопрос. Который так и остался в голове — «За что?»

— Если ты ещё раз такое скажешь, Влада… — кусает. — Я сделаю тебе больно.

Глава 45

— Я поняла, — откидываюсь назад. Прижимаюсь спиной к твёрдой груди и опускаю голову на широкое плечо. Открываю глаза и смотрю на мужчину, пока он трётся своей щекой о мою.

Эмиль бывает ласков как котёнок. Разъярён как Цербер. Его не могу понять даже я. И мне это нравится. Его это поведение. В прошлом, он наказывал ради меня любого. Сейчас, вроде как тоже. Но между этим… Он наказывал меня.

Вот опять я думаю об этом. Легче же не будет.

— Ты у меня чересчур послушная в последнее время, — его рука скользит с талии на грудь. Обхватывает её и слегка сжимает. — Меня начинает это настораживать.

— Почему же? — выдыхаю.

Его пальцы смыкаются на чувствительном соске.

Я прикрываю глаза и закусываю губу.

В обольщении и ласках Эмилю нет конкурентов. Хотя, по сути, у меня никого и не было. Только если…

Тот парень, Дима!

— Спокойная. Не кидаешься на меня, как безумная. И тем более не бесишь. Да и сейчас даже не отталкиваешь меня…

Вторая его ладонь скользит вниз. В воду.

Вот тут она лишняя уже. Я закрыла ногой слив. Поэтому сейчас убираю стопу, и прозрачная с пеной вода уходит вниз. Только мешаться будет.

Эмиль ведёт по низу живота и накрывает лобок пальцами. Проникает ими между губами и опускает их на клитор.

Я слегка выгибаюсь, закусываю с силой губу. Чувствую член Арсанова ещё отчётливее. Ощущение, что вот-вот и он пронзит меня насквозь. Его вообще что-то остановит? Думаю, нет.

— Ты что-то от меня скрываешь?

Делает одно круговое движение пальцами и раздражает клитор.

Вот же…

Тяжело вздыхаю и понемногу скулю.

— Возможно.

Поворачиваюсь лицом к его шее и прикасаюсь губами. В ответ цепляю зубами за его кожу и немного оттягиваю. Ненадолго. Отпускаю, целую. И облизываю языком.

— Но ты ведь тоже что-то утаиваешь от меня?

— Вопросом на вопрос нельзя, — усмехается и накрывает чувствительную горошинку вторым пальцем. Ускоряется и