Покойся по кусочкам - Кэндис Райт

Пожимаю плечами.

— Кто знает? Погода непредсказуема.

— Неважно, я разберусь. Могу купить что-нибудь на месте. О Боже, я так нервничаю.

Она гладит ладонями свою юбку.

Подхожу и обнимаю ее.

— Дыши. Ты отлично проведешь время. Буду скучать по тебе. Сделай миллион фотографий для меня.

— Обязательно, обещаю. Вау, если бы папа знал, что я это делаю, у него бы случился инфаркт.

— Он справится. А то, чего он не знает, ему не навредит.

Она выдыхает и кивает, убирая волосы за ухо — привычка, говорящая о том, что она нервничает.

— Я так хочу поехать с тобой. Если бы всё было на пару недель позже…

— Не-а. Даже не думай о том, чтобы чувствовать себя виноватой. Это я согласилась на конференцию, хотя уже обещала работать на тебя. Если кто и должен чувствовать вину, так это я.

— Может, просто договоримся не чувствовать себя виноватыми?

— Давай. И вообще, теперь ты сможешь провести пару недель в автодоме с мистером Mотоклуб.

— М-м-м… — неопределенно бормочу я, следуя за Невеей внутрь.

— И что это значит? У вас всё в порядке?

— Я сейчас злюсь на него.

Сажусь, пока она вытаскивает свой чемодан из-под кровати и начинает бросать в него вещи.

— Что случилось?

Прикусываю губу, но знаю, что она не отстанет, пока я не выложу всё. Так что рассказываю. Всё — от того, как проснулась одна в постели Джи, до того, как увидела свой шлем в руках Моники, и слов, которые мы с Джи сказали друг другу.

Она молча слушает, продолжая собирать вещи. Когда я заканчиваю, встаю и иду за ее туалетными принадлежностями в ванную. Возвращаясь, вижу, что она сидит на краю кровати.

— Ты знаешь, я всегда буду на твоей стороне. Всегда. Так что, если тебе нужно, чтобы я ненавидела Джи, так и будет. Вырежу дырки для сосков во всех его футболках и пролью колу ему на клавиатуру.

Я улыбаюсь и сажусь рядом с ней.

— Чувствую, сейчас последует «но»?

— Но я думаю, ты переборщила. Мог ли он поступить иначе? Конечно. Но в конце концов, его работа — обеспечивать безопасность Моники. Так что, если это значит проверять ее среди ночи или позволить ей ехать на его мотоцикле, то пусть будет так. Это не значит, что он хочет ее. Любой, у кого есть глаза, это видит. Но если ее присутствие на мотоцикле так тебя беспокоит, то думаю, небольшое возмездие не помешает. Пусть второй лучший друг прокатит тебя. Кажется, Тут не будет против подразнить Джи.

— Великие умы думают одинаково, — говорю я. — Сказала ему, чтобы он попросил Хэвока забрать меня. Невооруженным взглядом было видно, что он хотел спорить, когда я сказала, что это ничего не значит, но не смог, не подтвердив при этом мою точку зрения.

— Так коварно. Моя вторая любимая черта в тебе.

— Правда? А какая первая?

— Твой отличный вкус в выборе лучших друзей, конечно.

— Конечно, — сухо отвечаю, смеясь, когда она тыкает меня в бок.

— Просто дай ему шанс всё исправить, ладно? — она смотрит на меня, и я киваю.

— Кроме того, я слышала, что злой секс так-же хорош, как и примирительный.

— Ты не только низкая как Йода100, но и мудрая, как он.

— Я достаточно высокая, чтобы ударить тебя в грудь.

Отпрыгиваю, смеясь.

— Не могу поверить, что мой маленький ребенок уже вырос и…

— Спасает Китай? — заканчивает она со смехом.

— Я вдохновлялась Му-Шу, да, но хотела сказать — едет в Лондон без меня.

— Как бы ни любила цитаты из «Мулан»101, я уже взрослая, Эмити. Могу сама о себе позаботиться. Иногда это не так заметно, но… — ее слова заглушаются, когда я закрываю ей рот рукой.

— Я знаю, что можешь. Если бы так не думала, не позволила бы тебе сесть на самолет и улететь на другой конец света.

Она задумывается на мгновение, а затем расслабляется. Убираю руку от ее рта.

— Ладно, я верю тебе, — она притягивает меня и крепко обнимает.

Вдыхаю ее запах и держу близко к себе, сглатывая комок в горле. Шутки в сторону, знаю, как это важно для нее.

— Мне пора. Я должна быть в костюмерной прямо сейчас. Просто хотела, чтобы ты знала — я так горжусь тобой, Невея, и знаю, что Ситлалли тоже гордилась бы.

— Думаешь?

— Абсолютно точно.

27

Каким образом Эмити может выполнять сложные трюки за несколько дублей, когда Монике нужно двенадцать попыток, чтобы просто встать на нужную метку — для меня загадка. Если ад существует, то я точно в нем.

— И… стоп. Всё, перерыв пятнадцать минут, — кричит Стефан.

— Слава Богу, — бормочу себе под нос, наблюдая, как Стефан направляется к Монике.

— Что, черт возьми, происходит, Моника? Если так пойдет дальше, мы не уложимся в сроки.

— Ты не понимаешь, Стефан. Я под огромным давлением, и вся история с моим сталкером просто выжимает все силы. Не могу есть, не могу спать. Постоянно боюсь, и никто не знает, кто это может быть. Господи, может, это вообще ты!

Стефан захлебывается от возмущения, шокированный обвинением.

— Могу тебя заверить, это не я.

— Да, но разве не это сказал бы мой сталкер?

Он закрывает рот и качает головой.

— Почему бы тебе не пойти немного отдохнуть? С Джи, охраняющим твой трейлер, ты точно уснешь.

— Ну, если ты настаиваешь. Дженезис, не хочешь зайти со мной? Уверена, тебе будет удобнее на моем диване.

— Мне и здесь нормально, Моника. Не нужно дополнительное удобство, чтобы выполнять свою работу.

Она хихикает.

— Не будь глупым. Как это может быть просто работой, если мы друзья?

Она проводит пальцами по моей руке, прежде чем я успеваю отстраниться.

Я хмурюсь, но она уже уходит.

— Эта женщина, — ворчит Стефан.

— Она всегда была такой?

— Веришь или нет, но во время съемок первого фильма она была совершенно другим человеком. Потом фильм вышел, стал большим хитом, и она взлетела к славе, о которой раньше только мечтала. И вдруг та девушка, которой она была, исчезла, а ее место заняло… вот это.

— Говорят, слава меняет людей.

— Это так. Слушай, я в индустрии больше двадцати лет, и она не для всех. Точно не так гламурно, как кажется. Здесь есть токсичный подтекст, который процветает, выживают только сильнейшие, — он хлопает меня по спине. — Я пойду, посмотрю, сможет ли Эмити снять эту сцену. Если Моника